Цитаты

Цитаты в теме «бабушка», стр. 13

Сидят бабульки, предлагают семечки,
С надеждой смотрят проходящему в глаза...
Ах, время, время! Вот настало времечко,
Кто б раньше про такое рассказал...

Не потому сидят, что делать нечего,
Не оттого, что скучно по домам,
У них-то дел всегда - с утра до вечера,
Как у обычных русских бабушек и мам.

А только " как же сидеть-то, милые",
Когда на пенсию, что в месяц раз вручат,
Таблеток купят (по здоровью хилому) ,
А на гостинцы для своих внучат?

А на обувку (уж не с импортными бирками),
А за квартиру, а еще - за свет?
Уж не до мяса, не до сыра с дырками,
На фрукты и подавно денег нет.

Вот и бредут с утра, как на работу,
Скдадные стульчики с собою прихватив,
Благодаря "хозяев" за заботу,
Что от крыльца не прогоняют их.

Сидят в мороз, в жару и в дождь, бывает,
Хоть нелегко им это по годам.
Они молчат, лишь взглядом зазывают:
"Купите семечки, недорого отдам"
Бабушка и внучек
(Б.Рысев-Э.Успенский)

Лился сумрак голубой
В паруса фрегата...
Провожала на разбой
Бабушка пирата.

Два кастета уложила
И для золота мешок,
А еще кусочек мыла
И зубной порошок.

Чашка есть, ложка есть,
Чистая рубашка есть,
Есть мушкет пристрелянный
И бочонок рома.
Он такой рассеянный -
Все оставит дома.

"Дорогой кормилец наш,
Сокол одноглазый!
Ты смотри, на абордаж
Попусту не лазай.

Без закуски ром не пей -
Это вредно очень.
И всегда ходи с бубей,
Если дело к ночи.

Без нужды не посещай
Злачныя притоны.
Зря сирот не обижай -
Береги патроны!

Серебро клади в мешок,
Золото - в подушку..."
Но на этом месте внук
Оборвал старушку:

"Слушай, старая карга!
Если все это тебе
Так уже знакомо -
Поезжай-ка ты сама,
Я останусь дома!"

...Дует ветер голубой
В паруса фрегата...
Провожали на разбой
Бабушку пираты.
Я люблю праздники.
В праздники можно многое из того, что нельзя себе позволить в будние дни.
Вспомните, наверное, такое с вами случалось: вы приходите к дорогому человеку и говорите:
С Новым годом! — и она, конечно, понимает, что вы ей сказали: «Я вас люблю, вы для меня дороже жизни».
Праздники многое облегчают.
Ну, скажем, врываетесь вы к своей родной бабушке и с порога:
— Бабушка! Христос воскрес!
А бабушка смотрит на вашу праздничную физиономию и понимает, что вы уже расписались с соседской Нинкой, не окончив еще института.
И бабушка, вздохнув, отвечает:
— Воистину воскрес, — мол, подождали бы с детьми, пока хоть.
Праздники, конечно, бывают нечасто, но все-таки бывают, и если вы, как и я, не очень смелый человек, приберегите для себя:
«С Новым годом, я без вас не могу!»
«Да здравствует день шахтера, жду вас вечером».
«Троицын день, мама, я вернусь утром».
И самое простое и мудрое: «Добрый день, всего вам светлого!»
С чем я только ни встречусь на свете,-
Все понятным становится мне.
А чему это малые дети
Улыбаются часто во сне?

Правда,что же им может присниться?
Два-три дня-вот и все их житье.
Развеселая птица-синица?
Так они не видали её!

Не видали её-ну откуда?
Ничего не слыхали о ней!...
Может,снится им попросту чудо,
То,которого нету чудней?

А быть ,-подумайте сами!-
Им смешно,что над ними в траве
Папа с мамой стоят вверх ногами,
Ходит бабушка на голове?

Нет я думаю, все же не это.
Только, знайте, как не крути,
Никакого другого ответа
До сих пор не могу я найти.

И когда свою дочку качаю,
В полдень или порою ночной,
Я улыбку её замечаю,
Что-то вдруг происходит со мной.

У меня аж по самые уши
Раздвигаются краешки рта,
И вливаются в тело и душу
Непонятная мне доброта.

Словно в окунулся я росный,
Словно детство вернулось ко мне...
Обнажая беззубые десны,
Улыбается дочка во сне.
Малыш сидел в песочнице и лепил куличики. Вокруг него валялись разноцветные формочки, но
Малышу они были не нужны — свои песочные фигуры он придумывал сам. Неподалеку на лавочке прикорнула Бабушка малыша. Она сладко дремала, изредка открывая глаза, чтобы проверить, как там её внучок. А на другой конец скамеечки присел маленький Ангел. Он как раз пролетал мимо и решил немножко передохнуть. Ангел с интересом наблюдал за работой Малыша. Ему тоже захотелось что-нибудь слепить.
Ангел огляделся вокруг, размышляя из чего бы ему сделать свои куличики. Его взгляд упал на
проплывавшее мимо вальяжное облако.
— А слеплю-ка я фигурки из облаков, — подумал Ангел и рьяно принялся за работу.
В этот день небо над Городом было особенно нарядным. Ведь его украшали облачные куличики
маленького Ангела — потешная лошадка, милая черепашка, маленький слоненок, пушистые
барашки, уютный кот и много-много облачных ромашек!
Чем дальше развивается цивилизация, чем выше её нормальный моральный уровень, со всяческой заботой об экологии, простуженных китах, бездомных кошечках и прочих стареньких бабушках, тем чудовищнее становится противоположный полюс. Допустимое зло. Представимое зло! Да, люди в целом становятся лучше, чище, милосерднее. Но – как расплата за эту принятую всеми мораль, за декларируемые ценности и заповеди, растет темный клубок, прячущийся в душе. Есть у меня коллега, очень хорошая девушка. Как-то мы с ней общались на сходную тему и я спрашиваю: «За какую сумму ты бы могла убить человека? » Ну, пообсуждали кандидатуру, сошлись на мне самом, как индивидууме приятном и симпатичном. Она меня в миллион долларов оценила. В общем, даже приятно стало, киллеры и за десятую процента этой суммы работают Потом обсудили вопрос с убийством невинного ребёнка. Ну, тут, кажется, она больше бы попросила. Но! Ты понимаешь – всё допустимо для современного человека! Все! За самые заурядные баксы, которые она, в общем-то, умеет зарабатывать! Куда до нас инквизиции и гестапо! Им хоть приходилось оправдываться перед собой – это, мол, «еретики», а это – «недочеловеки». Нам же никаких оправданий не надо, только цену назови! Для того, чтобы сделать маленький персональный рай и потешить неудовлетворенные мечты.
Юлька!
Слушай мою таблицу умножения. Дважды два будет четыре, а трижды три — девять. А я тебя люблю. Пятью пять, похоже, — двадцать пять, и все равно я тебя люблю. Трижды шесть — восемнадцать, и это потрясающе, потому что в восемнадцать мы с тобой поженимся. Ты, Юлька, известная всем Монголка, но это ничего — пятью девять! Я тебя люблю и за это. Между прочим, девятью девять — восемьдесят один. Что в перевернутом виде опять обозначает восемнадцать. Как насчет венчального наряда? Я предлагаю серенькие шорты, маечку-безрукавочку, красненькую, и босоножки рваненькие, откуда так соблазнительно торчат твои пальцы и пятки. Насчет венчального наряда это мое последнее слово — четырежды четыре я повторять не буду. В следующей строке Учись хорошо — на четырежды пять! Не вздумай остаться на второй год, а то придется брать тебя замуж без среднего образования, а мне, академику, — семью восемь, — это не престижно, как любит говорить моя бабушка. А она в этом разбирается. Так вот — на чем мы остановились? Академик тебя крепко любит. Это так же точно, как шестью шесть — тридцать шесть. Ура! Оказывается, это дважды по восемнадцать! Скоро, очень скоро ты станешь госпожой Лавочкиной. Это прекрасно, Монголка! В нашем с тобой доме фирменным напитком будет ром. Открытие! Я ведь тоже — Ром! Юлька! У нас все к счастью, глупенькая моя, семью семь! Я люблю тебя — десятью десять! Я тебя целую всю, всю — от начала и до конца. Как хорошо, что ты маленькая, как жаль, что ты маленькая. Я тебя люблю Я тебя люблю
Твой Ромка.
Но эта вдруг накатившая грусть не проходит и вспоминается детство, такое хрупкое, крохотное и беззащитное детство, но от этого оно становится ещё ближе мне и дороже, да и у других тоже было такое, наверное ...

Погост, и три креста стоят,
Три бабушки мои родные.
И словно на меня глядят
Их старческие лики, как живые.

Их руки гладят мне лицо,
Их руки почерневшие в работе.
И знают эти руки, как же тяжело
Творить добро, не думая о славе и почёте.

Три женщины, три жизни, три судьбы -
Война, разруха, «безмужичье», голод,
И верстовые чёрные столбы,
Эпохи той суровый мрачный холод.

Воспоминания и эти одинокие кресты
Всё, что осталось у меня от детства.
Три женщины, три жизни, три судьбы –
И скорбь моя, и от печали средство.

Болит душа, и три креста стоят,
Напоминание о счастье и веселье.
И сердце, этой памятью живя,
Оттаяло, как в вешние капели.

И зазвучали звонко бубенцы,
Как в тот уже далёкий день весенний.
Три женщины, три жизни, три судьбы -
И боль моя, и от беды спасенье.