Цитаты в теме «боль», стр. 137
Говорят любовь это — награда?
И преграда, с болью в перевес
А уж если она не взаимна,
Говорят, что перепутал бес,
Столько много говорят о ней
И гоняя с крыши голубей,
Словно дети, голову теряют,
Верят в сказки, крылья распускают.
И парят над матушкой землей
Ну, а если любит лишь один,
Не поможет даже Алладин.
Этот крест становится опасным,
И страданья лучшие друзья,
Можно резать бритвою опасной,
Как когда — то сделал я
И струилась кровь горячая,
Унося в те дальние края,
Где нет боли без нее,
И все дни прекрасные.
Где нет сердце биения с нервами в такт,
И где секс — это все го лишь полакт
Так, что лучше решайте вы сами,
Что и как для себя хорошо,
Только потом не жалейте годами!
Чтобы вам стало опять хорошо.
Верьте, любите, страдайте и ждите,
Пусть бьется сердце, хоть плачет душа,
Это ведь жизнь — и она хороша!
Когда боль не проходит,
И время не лечит,
Растоянье как сука,
Душу калечит,
И молчит телефон
Интернет как немой,
Раздавило мне сердце,
Женской рукой.
Как так можно плевать,
В человечью любовь.
Я б простил, если б больше,
Ты мне не врала,
Не грузила б лапшу,
Что секретны дела.
Если б знал, что,
Ты никогда не придашь,
Что как раньше,
Посмотришь с любовью, чтоб аж
И тогда, я собрал бы всю волю в кулак.
Я клянусь, что даже в серьезный напряг,
Не раскис бы я, и не размяк,
Жилы порвал бы, но дом нам купил,
С детьми и тобой ; В счастье в нем жил
Но не зря говорят, что «Горбатых исправит»
И продуманность, с корыстью миром уж правят,
И на это никак не найти мне ответ,
Лишь одно я скажу —
Грише — привет.
Здравствуй, мой бывший!
Как жизнь?
Всё по прежнему круто?
Видишь, держу свое слово — тебе не звоню
Я просыпаюсь, а в мыслях:
«Зачем же мне утро?!»
Шансы, на встречу с тобой,
Как обычно, к нулю.
Мне бы сейчас не сорваться,
Сдержать свое слово.
Только вот как объяснить
Этот страх. Эту боль.
Я принимаю тебя
Абсолютно любого.
Ну и за что меня так
Наказала любовь?!
Были другие, но ты же
В душе "не в постели".
Не надо ломать себе сердце.
От этого страшно
Просто у нас не срослось.
"Хотя очень хотели".
Ты береги себя, это,
Действительно, важно.
Ты мне стать родным и не пытался.
Шансов на взаимность не давал.
Так зачем с гримасою страдальца,
Словно груша, падаешь к ногам?
Боль моя тянулась вязким воском
Не недели, не часы Года!
У твоей невесты две полоски,
И поплакать ты приполз сюда.
Обложили, говоришь, сдавили,
Любишь и любил одну меня
Осень на плоды щедра и ливни.
Шило ты на мыло променял!
Гнался ты за простотой житейской.
От томлений чувственных бежал.
И рукой предательско-злодейской
В мою грудь легко вонзил кинжал
Да не ной ты! Встань! Кому сказала?
Что как баба, нюни распустил?
Мало тебе сплетен и скандалов?
Скучен стал домашний кроткий штиль?
Мне бы твое горюшко, папаша!
Две полоски! Это же — улет!
Жизнь — несправедливая параша!
Что кому не надо, то дает
Так! Бери, счастливчик, ножки в ручки!
И беги домой хлебать борщи!
Размножайся, ожидай получки!
Встречи со мной больше не ищи!
В сердце разная боль и разный страх.
Мы идем, обнявшись, в разных мирах.
Ничего между нами с тобою нет,
Никого между нами с тобою нет,
Только лунный свет, только тридцать лет.
Видим мы под сводом одних небес
Я - приволжский плес,
Ты — прибрянский лес.
Две галактики наши встают из тьмы,
Скальпель памяти в них погружаем мы.
Ты вытаскиваешь его наугад,
Я дивлюсь, как твой маленький мир богат.
Я огни и вехи в моей судьбе
Достаю со дна, отдаю тебе.
Я азартней ещё не видал игры —
Мы идём и смешиваем миры.
Переулок полон полночных снов.
Мы идём, понимая слова без слов.
Каждый шаг двойной, как эхо в горах.
Мы идём, обнявшись, в разных мирах.
Еще много в них не открытых звезд.
Не рождённых слов, непонятных слёз
Но встает уже новый рассвет лучась.
Видно стоило столько пройти пути,
Чтобы в самый нежданный на свете час
Через два поколения тебя найти.
Двести евро. Такси. Налегке, даже без сигарет
Сонный город в тумане ночного промозглого сплина
Провожает меня. Я в ладони сжимаю билет,
Что позволит лететь по следам журавлиного клина.
Пара фраз про себя, и монетка на память в фонтан —
Я люблю этот город, такой бесприютный и серый,
Но сегодня лечу, хоть и память бежит по пятам,
Умоляя остаться но тщетны все крайние меры.
Гулкий звук отчеканит последние в осень шаги,
В тусклом мареве гаснут до боли знакомые окна
Мы расстанемся здесь, мы теперь ни друзья, ни враги.
Я не плачу — душа не от слез, а от ливней промокла.
А вдали уже маются аэропорта огни
Пролегла между нами отныне двойная сплошная.
На прощание двадцать минут. Мы с тобою одни.
Город детства, прости и прощай! Навсегда улетаю.
Здравствуй, вот и всё,что было,
Папиросные листки
Боли, смерти, жара, пыла,
И надежды, и тоски
Разлетелись. Видишь, ветер,
Тёплый ветер, быстрый снег
Пролетел и не заметил
Этот город, этот век.
Так и я не различаю
Ни последствий, ни причин...
Дорогая, выпьем чаю,
И тихонько помолчим.
Дорогая, значит, чаю?
Тут никто не виноват,
Что остался за плечами
Возраст лёгкости утрат.
Что неспешно и уныло
Кружит, крутит колесо...
Видишь, вот и всё, что было,
Всё, что было, просто - всё.
Слишком быстро, слишком страстно
Жили - были, пили чай...
Вот и всё, что было - здравствуй,
Просто здравствуй и прощай.
Пишите стихи вечерами, пишите стихи,
Пишите короткие строки и длинные строки,
И пусть вечера вам не будут страшны и жестоки
Под медленный шёпот, под лиственный шорох строки.
Пишите их ямбом, хореем, неведомо чем,
Простите себе их нестройность, нескладность простите,
Простите себе, что вы живы, и просто живите
В той самой короткой и самой смешной из поэм.
И если от жизни кружится ещё голова,
И осыпь осенней листвы отзывается светом,
Об этом загадочном счастье, и боли – об этом
Всего-то и надо, что просто придумать слова.
А что их придумывать, если у самой руки
Вчерашней листвы полыхают прощальные флаги.
На самом последнем ненужном обрывке бумаги
Пишите стихи вечерами. Пишите стихи.
Все восхищаются женщинами сильными,
Которые не плачут от потерь,
Которые шагами семимильными
Уходят, с треском закрывая дверь.
Но как, порою, воют эти женщины
От боли, что накопится в груди,
И от того, что в сердце снова трещины
Остались от того, кто позади.
И как, порой, скулят от одиночества,
И с головой уходят в пустоту.
Бегут от несчастливого пророчества,
Зарыв в песок заветную мечту.
Уходят всегда гордые и властные,
И кажется, что нет души сильней.
Ну, а за дверью женщины несчастные
Скулят, как самый дикий в мире зверь.
И вот тогда становится по-настоящему больно,
Когда идешь на один и тот же костер дважды.
Когда после слов «Все. Хватит. Довольно»
Сгораешь снова птичкой белой бумажной.
Когда начинаешь гореть, сначала боли не чуешь,
Пока огонь не доходит туда, где сердце
И, в общем, плевать на то, что жить больше не будешь
Но больно по-настоящему, и никуда не деться
Любовь же такая ведьма — в нее и боятся верить.
Она — то мираж, то оазис, но чаще — вызов пропущенный.
И снова больно, когда выходишь не в те двери,
И падаешь ангелом падшим в людскую гущу,
И вот тогда становится по-настоящему больно
Я говорю ни о чем, но о чем-то знаю
Может быть, кто-то забудет, что был со мной
Был единым, был судьбою, и рано
Слишком рано исчез, преломив судьбу
Месяца три обычно срастается рана,
Если срастется — вышибем все табу
Высшие силы! Бог, или кто там. Как ты?
Маешься в окнах?
Выкинешь в море соль?!
Ты извини, если благим я матом
Я бы к тебе не стучалась, если б не боль.
Мы говорили: "без тебя умру!" -
А сами расширяли круг пространства,
Сводя совместность в легкую игру,
В оскомину сбивая постоянство.
Мы говорили: "я тебя люблю!" -
А сами уходили, хлопнув дверью,
Разменивая счастье по рублю
Забытых ссор и найденной потери.
Мы говорили: "ты моя судьба!" -
А сами умножали боль разлуки,
С достоинством, без ложного стыда,
Другим свои протягивая руки.
Мы говорили: "верь мне, просто верь!" -
Хоть знали однозначно, что обманем,
И сердца плохо смазанную дверь
Для встречных открывать не перестанем.
Я стараюсь по-максимуму использовать настоящий момент, но я — королева самобичевания, вечно пытаю себя до боли в животе всевозможными «почему я не сделала того, почему не сделала этого». Пытаюсь заглядывать вперед: мне сильно повезло, я могла бы не работать, однако занимаюсь тем, что люблю. Я не имею права на высокомерие. Не смертельно, если я бываю неправа, если упускаю что-то или, напротив, делаю, а позже жалею. В такие моменты сомнений и беспокойства я говорю себе: в 80 лет, когда у меня не будет ни одного зуба, что же останется? И отвечаю — это люди, которых я ношу в сердце.
Все так непросто
И вроде ждать уж нечего, а нет
Питаешь сладостную боль
От расставания и кайфуешь
Какой то странный мазохизм,
Понять насколько и всерьез ли
До сих пор ты существуешь?
Ответь, а как сейчас, болит?
На сердце, камнем в почках?
Ты сам, как добрый Айболит
Назначил в градусах примочки
Не помогло Досадно, жаль
А как бы было хорошо,
Проснуться утром и понять
На все, что причиняло боль,
Тебе вдруг стало наплевать!
Давно окончилось веселье,
Любовь оставила взамен
Лишь в сердце горькое похмелье
И слабый запах перемен.
Я бежала по тонкому льду,
Согревая дыханием руки
В легком летнем-весеннем пальто,
Под тревожно вечерние звуки
Под ногами искрящийся снег,
Под одеждой избитое тело,
Я исчезла! Ушла! Умерла!
Провалилась сквозь землю! Сгорела!
Хрустнул тонкий ледовый асфальт,
Гулко эхом в лесу отразился,
И исчез в гробовой тишине,
Чей то бдительный пес разразился
Громким лаем в своей конуре,
Отработав еду и подстилку,
Я бегу по замерзшей реке,
В рукаве, пряча острую вилку
То ли ветер так щипит глаза,
То ли яркие всполохи снега,
По щеке прокатилась слеза,
Пожалев ущемленное эго
Сквозь тупую телесную боль,
Ощущаю немую усталость,
Ну давай же! Осталось чуть-чуть!
Будет время по позже на жалость!
Наконец на другом берегу,
Обернувшись и выдохнув шумно,
Вилку выкинув, снова бегу
Оставлять при себе не разумно
Не жалею, ни капли Увы
Плод твоей извращенной опеки
Ты убил человека во мне,
Я убила тебя в человеке.
От края до края
Небо в огне сгорает,
И в нем исчезают
Все надежды и мечты.
Но ты засыпаешь,
И ангел к тебе слетает,
Смахнет твои слезы,
Чтоб во сне смеялась ты!
3асыпай,
У меня на руках засыпай,
Засыпай
Под пенье дождя
Далеко,
Там, где неба кончается край,
Ты найдешь
Потерянный рай.
Во сне хитрый демон
Может пройти сквозь стены,
Дыханье у спящих
Он умеет похищать.
Бояться не надо,
Душа моя будет рядом.
Твои сновидения
До рассвета охранять.
Подставлю ладони -
Их болью своей наполни,
Наполни печалью,
Страхом гулкой пустоты,
И ты не узнаешь,
Как небо в огне сгорает,
Как жизнь разбивает
И надежды и мечты.
Когда-нибудь, но не сейчас,
Ты ощутишь в душе тревогу.
Не будет рядом милых глаз,
Души, летящей на подмогу.
Когда-нибудь, пусть не сейчас
Заноет сердце острой болью
И осознаешь ты тот час,
Что значит в раны сыпать солью.
Когда-нибудь, да, не сейчас,
Тебя тоска укроет шалью
И с одиночеством вдвоём
От счастья отделит вуалью.
Когда-нибудь через года,
Устав бродить один в пустыне,
Захочешь рай свой обрести
Наперекор своей гордыне.
Когда-нибудь, но не сейчас,
Ты ощутишь в душе тревогу.
Не будет рядом милых глаз,
Души, летящей на подмогу.
Ты снимаешь вечернее платье, стоя лицом к стене,
И я вижу свежие шрамы на гладкой, как бархат, спине.
Мне хочется плакать от боли или забыться во сне.
Где твои крылья, которые так нравились мне?
Где твои крылья, которые так нравились мне?
Где твои крылья, которые нравились мне?
Раньше у нас было время, теперь у нас есть дела
Доказывать, что сильный жрет слабых, доказывать, что сажа бела.
Мы все потеряли что-то на этой безумной войне.
Кстати, где твои крылья, которые нравились мне?
Где твои крылья, которые нравились мне?
Где твои крылья, которые нравились мне?
Я не спрашиваю, сколько у тебя денег,
Не спрашиваю, сколько мужей.
Я вижу, ты боишься открытых окон и верхних этажей.
И если завтра начнется пожар, и все здание будет в огне,
Мы погибнем без этих крыльев,
Которые нравились мне.
Где твои крылья, которые нравились мне?
Где твои крылья, которые нравились мне?
Я иду от последнего — звука, сюжета, листа
Мне осенняя мимика боли роднее и ближе.
Как сентябрьское солнце стеку по готовым холстам,
На которых художник моё отражение напишет.
И законченным звуком — последним — мерцающих сфер,
Проникая в сердечные токи слепых музыкантов,
По экспромту луча-саксофона натянутый нерв
Отдаю, как надрывно-звенящую, рвущую мантру.
До последнего слова А, я от последнего, влёт,
Открываю поэту, тому, чья душа беззащитна,
Тень от тени теней — как сюжета иной поворот —
Растворяясь в стихах его нежностью Высшей молитвы.
А когда наступает весна, или падает снег —
Пустотой моё сердце беспомощно стынет и грезит
Не поняв, не приняв бесполезный, недужный рассвет,
Где реальность рассудочно давит остатки поэзий.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Боль» — 3 036 шт.
