Цитаты в теме «чужой», стр. 149
Если вдруг любовь уйдёт, как в травы лета,
Если вдруг любовь вдали растает где-то, —
Не забудь меня, когда поверишь в это,
Не забудь меня, ты не забудь меня.
Стал чужим день любой,
Лист календаря легко сорви.
Кто сумеет нам помочь с тобой?
Свет погас в глазах твоих
Ты и я — снег и дождь,
Нет в словах тепла, они пусты.
Жду того, что ты уже не ждёшь,
Помню то, чего не помнишь ты.
Не забудь меня и вспоминай повсюду,
Мне в последний раз поверь, как верят чуду,
И когда потом твоим я прошлым буду —
Не забудь меня, ты не забудь меня!
Можно всё забыть — все голоса и звуки,
Но когда шагнёшь на самый край разлуки,
Но когда навек простятся наши руки —
Не забудь меня, ты не забудь меня! Ты не забудь меня.
Обеты, которые жених и невеста дают друг другу, не менее серьезны, чем монашеские, они даются навсегда, до самой смерти. Эти обеты нельзя «попробовать исполнять», и бросить, если что-то не получится. Можно приложить все свои силы, и просить о помощи свыше, но что-то всегда будет получаться не так, чего-то всегда будет не хватать. Для потребительской позиции любая серьезная трудность означает, что «прошла любовь и пора разбегаться», для христианской – что любовь нужно открывать, как далекую страну, строить, как дом, и защищать от непогоды, как нежное растение. А данные обеты – как стена, ограждающая стройплощадку или сад. Внутри не всегда всё в порядке, но если не оградить – придут чужие, вытопчут, расхитят.
Вам какая разница, кем я сейчас дышу?
За кого и в огонь, и в воду без страха ран.
С кем я время делю, кого с не терпеньем жду,
Для кого и небо, и землю — напополам.
Кто вам право дал нагло вторгаться в чужую жизнь,
И рассказывать мне и ему друг о друге ложь?!
Надоели вопросом: «Скажи, ну, а ты с ним спишь?»
Для особо настойчивых: «Разве же с ним уснешь? »
С ним становится сказкой каждый закат/рассвет,
С ним бы лишь просыпаться, шутить, целовать в плечо
И да, верите, на нем клином — весь белый свет,
И на фоне его остальное — вообще ничто.
Почему вас волнует, что тихо иду ко дну,
Каждый раз, когда просто смотрю в глаза?
Да, его до безумства, до бешенства я люблю.
Остальное не ваше дело. Наверняка.
Лирическая шутка
Заяц крякает на дне,
Ерш гуляет по сосне,
Лунный луч плетёт клубок
Из счастливых рук и ног.
Осьминог, ядрёна медь,
Не сумеет так суметь
Заплести своё лицо
В бесконечное кольцо.
Ты да я, да мы с тобой,
Уж зелёный под арбой,
Ухмыляется Ходжа,
Ишака за хвост держа.
Это сказка или быль?
Муху кушает ковыль,
Фисгармонь хрустит во мгле
Пересохшим крем-брюле.
У ромашки на груди
Не шатен и не блондин,
Шепчет ласково она:
Я навек твоя жена!
Ой ли, так ли?
Что за чушь,
Это я твой милый муж,
Положительный брюнет
Тридцати, не больше, лет!
В речке возится Стрелец,
В небе мечется елец,
Мышь летучая шуршит
В тайниках чужой души.
В ступе тёща с помелом
Требует возврата в дом,
Не смешите, мол, людей,
Нагишом и в борозде!
Никогда ей не понять —
Сено мягче, чем кровать,
И к тому же скрипы здесь
Не подслушивает тесть!
Сумасшедшая жена, ты не выпита до дна,
Да и я ещё могу кое-что хоть на бегу!
Для чего этот день, утро, солнце, весна,
Лучше б осень и дождь в серых лужах,
Как насмешка, как фарс, облака, синева
Время не повернуть, никогда не догнать,
Мы чужие, не нужен! не нужен!
Для чего этот день, утро, солнце, весна
Кто сказал о любви, будто благо она?
Ничего я не видывал хуже, как насмешка,
Как фарс, облака, синева
Всё навязчивый бред, и пустые слова,
Мир любви болью стал перегружен,
Для чего этот день, утро, солнце, весна,
Повторяю опять виноват! виноват!
И другой такой день я не сдюжу,
Как насмешка, как фарс, облака, синева
Как рубашку на теле мне б душу порвать,
И навечно в огонь или стужу
Для чего этот день, утро, солнце, весна,
как насмешка, как фарс,
Облака, синева.
Сон в летнюю ночь
Всё дышит покоем безветренной ночи,
С свечой до рассвета, меж явью и сном,
Вновь книгу листая, читать между строчек,
Часы проводить за беседой без слов.
Как призраки прошлого движутся тени,
Свет полной луны за раскрытым окном,
Просторная спальня с холодной постелью,
В квартире чужой, что пустует давно
Останется ль время, забыть и не вспомнить
Случайный приют одинокой души,
Что, мысли рассеяв, вновь в сумраке комнат
О чём-то мечтает в полной тиши?
Рисует рассвет ярко-алые дуги —
Пылающий луч прикоснулся к стеклу.
Бледнеющих звёзд догоревшие угли
Расстают на небе, и я вдруг проснусь.
Обиду утопив в вине,
К чужим ошибкам нетерпимы,
Мы часто, ревностью гонимы,
Живём в бессмысленной войне.
И от отчаянной тоски
Уходим c головой в работу,
Забыв, что любят не за что-то,
А, невзирая..., вопреки...
Ведь так мучительно порой
Душе с рассудком состязаться:
В словах "Простить нельзя расстаться"
Решать - где место запятой.
Но опыт нам даёт понять -
В любви земной закон не писан:
Пренебрегая компромиссом,
Найти трудней, чем потерять.
И, кодекс мщения поправ
Былым взаимопониманьем,
Мы вновь решимся на свиданье,
От одиночества устав...
Любой из нас хотя бы раз морально умирал.
Любой из нас в любви тонул, да так, что не спасти.
Любой из нас с ума сходил и, может быть, не спал.
И к человеку привязался так, что не уйти.
Любой из нас хотел кричать, но молча, тосковал.
Любой из нас был одинок, пытаясь не упасть.
Любой из нас не мог дышать и, правда, не дышал.
Любой из нас давно мечтал любимым кем-то стать.
Любой из нас хотя бы раз звонка чужого ждал.
Любой из нас хотел услышать просто: «извини».
Любой из нас хотя бы раз морально умирал.
Любой из нас в любви тонул, да так, что не спасти.
Какой бывает дерзкою любовь,
Не знал, что рядом с раем врата ада,
Любовь сначала будоражит кровь,
Потом тоска становится наградой.
Мы открываем ей свои сердца,
Мы доверяем ей чужие тайны,
На самом деле цель ее - душа,
Ранимое и тонкое созданье.
И если ты влюбленный человек,
Сочувствую, испил ты чашу яда,
Любовь теперь в твоей душе навек,
И поводок на шее из металла.
Ты раб любви, который не успел
Еще понять свои приоритеты,
Зато с наивной легкостью посмел
Нарушить непреклонные заветы.
Она, любовь, и Цезарь, и палач,
Ее клинок разит всегда навылет,
Прости душа, пожалуйста, не плач,
Что человек исхода не предвидел.
Что он пройдет одной ногой Эдем,
Но там любовь не даст ему остаться,
Печаль и боль последуют затем,
И им уже нельзя сопротивляться.
Такая вот отвязная любовь,
Перед душой юлит, когда ей надо,
А стоит чуть поддаться на игру -
Ты вечный раб милльонного отряда.
О, сколько их было и сколько их будет -
Случайных романов, постелей чужих
Ты даже гордишься - с тебя не убудет,
А женщины...разве ты вспомнишь о них?
И тщательно смыв титры чьих-то объятий,
Закрыв за собой чью-то грузную дверь,
Выходишь в ночи без рыданий, проклятий
По городу рыщешь любви словно Зверь.
И только она не уснет до рассвета,
Надеясь на чудо в полночной тиши
От пламени сердца зажжет сигарету
И, плача, затушит о кромку души.
Она понимает - сама виновата,
Ведь все говорили: "Не надо! Не верь!
За чувство к нему одиночество плата -
Не будет ни с кем неприкаянный Зверь.
Я рождаюсь твоею тенью,
Обнимая тебя за плечи,
Мне не то, чтобы легче вторить,
Мне, наверное, легче жить.
У меня нет с собой ни пенни,
Мне платить за свободу нечем,
И осталось безмолвным вором
Подбирать за тобой гроши.
Только долгими вечерами
Я меняю тебя на стены,
На брусчатку и перекрестки,
На асфальт и фонарный свет.
Мы фантомы. И рядом с нами
Тени-звери и птицы-тени
Проживут до утра, а после
Исчезают в сырой листве.
Я рождаюсь твоею тенью.
У меня нет иных привычек,
У меня нет других наречий*,
У меня нет чужих имен.
Всем известно, что отражения
Погибают без ламп и спичек.
Ты, пожалуйста, каждый вечер
Зажигай для меня огонь.
Без тебя ничего не будет — ни ветра, ни штиля.
Только стылый песок из разбитых часов годами
ляжет под ноги в бесконечные серые мили.
В не отправленных письмах — жизнь.
Журавли-оригами прокурлычут мотив тишины и обронят ноты.
Безразлично по всходам пройдутся чужие люди
И сплошной белый шум уничтожит мои частоты
Пустота п у с т о т а Без тебя ничего не будет.
Наш рассветный оранж и прохладный закатный виски
Кто-то впишет, играючи, ловко в свои сонеты.
А в моих дождливых стихах не цветут тамариски,
Безымянные станции в них и пейзажи раздеты,
Сигарета горчащая, тусклая лампа дрянная,
Проходящие быстрые тени, как чьи-то судьбы,
Снов провальная темень, и то, что я точно знаю —
Без тебя до скончания дней и меня не будет.
Все мы, в сущности, однолюбы
Остальное — лишь боль: «Забыть»
И целуем чужие губы,
И вплетаем чужую нить
В полотно наших дел и будней,
В каждодневный забот поток —
И отчаянно, горько любим
Тот — забытый почти — глоток
Золотого, хмельного счастья —
И сияние звёздных глаз
И дрожит тетивою: «Здравствуй »,
Где-то в сердце, грозя упасть
В бесконечность воспоминаний,
В безнаказанность жарких снов
Что ты делаешь в жизни с нами
Та, единственная, любовь?
Отчего не отпустишь душу,
Продолжая болеть внутри,
Не выплёскиваясь наружу,
Только сердцу веля: «Гори!»
Умирает оно безмолвно,
Остаётся строкой И вот
Снова катятся эти волны —
Словом Сказкой Штормами нот
И не вынырнуть, и не выплыть
Храм, построенный на крови
Есть вискарь не хотите ль выпить?
Остальное — лишь боль: «Живи».
Тучи над нами нахмурились и сгустились.
Эй, наверху! Помоги! ну и там — прости нас.
Но у Него потерялся, похоже, стилус —
Тычет в экран своим длинным, как штык, ногтём.
Город заснежен — тарелкой под кашей манной
Тихо лежит, напевая моим карманным
Старым часам, что когда-то, должно быть, рано
Или же поздно — с тобой мы своим путём
Тихо уйдем от открытий чужих Америк
На только наш, неприступный, уютный берег
Без недосказанных фраз и моих истерик —
Берег небрежных касаний и теплых рук.
Тучи над нами — небесный большой экзамен.
Город под снегом напрягся, а после — замер.
Мы же уйдем? Мы же будем с тобой zusammen?
Не отвечай. Я всё знаю. Но просто — Вдруг.
Я прощаю ему все погрешности и невзгоды,
С теплотой отдаюсь как-будто в последний раз.
Разрываю придуманные мною оковы,
За него уцепилась, будто, он мой последний шанс.
Я кричу по ночам, он все так же порою снится,
Отодрав без наркоза придуманный мной январь,
С ним на утро не так уж легко проститься,
— «Ну до встречи, пока», он мальчиш — бунтарь.
Я прощаю ему на теле чужие руки,
Хоть до жути противно, но в этом его черта,
А когда его нет, умираю от ревностной скуки,
И молю, чтоб его увидеть самого Христа.
Что если бы ты узнал, что у меня внутри,
Просто без лишних драм слышал слова мои.
Видел в ночи глаза, горящие как огни,
Когда от тебя далеко считая по новой дни.
Если бы знал, что я, смотрю по ночам кино
И в каждом практически образе, вижу твоё лицо.
И от безумных шалостей, развязок, постельных сцен,
Мне не хватает радости, видеть чужой удел.
Что если б знал, что мне, снятся порою сны,
Где ты все так же холоден, где мы с тобой на вы.
И пробуждаясь от стонов, холодного пота и ран,
Душевный баланс обрушился, закрыв для меня экран.
Что если б ты узнал?!
Хочу любить до бреда, до запоя —
Тебя глотками пить, смакуя нежность!
И бархат неба на закатном крое
Ногтями рвать, тебе даруя грешность!
Хочу змеёй прильнуть к дрожащей плоти,
Ладонью жаркой к шёлку ягодицы
Пусть Адовый огонь меня проглотит,
Я перейду с тобою все границы!
Отбросим скромность, глупые запреты,
Нырнём в пучину страсти с головою,
Нырнём и унесёмся — две кометы
С одной и неделимою судьбою!
Хочу тебя любить, родной, до дрожи,
Чтоб сердце от восторга трепетало!
Но, ты чужой. В моей судьбе прохожий,
Ты лишь прохожий. Вот такая жалость.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Чужой» — 3 099 шт.
