Цитаты в теме «глаза», стр. 33
Ты уткнёшься в плечо и заснёшь,
Пробормочешь про шум за стеной,
И кольнёт чуть заметная дрожь,
Оттого, что ты рядом со мной.
Оттого, что у нас всё всерьёз,
Что шальной от тепла твоих губ,
Что ромашками мокрых волос
Надышаться никак не могу.
Для двоих — вдвое мягче кровать,
Кто-то мудрый заметил не зря,
Нам с тобою давно наплевать —
Что другие про нас говорят.
Нам хватает покоя в душе,
Мы до дури не ждём новизны,
Не скопили огромных шишей,
Но зато никому не должны.
Чтоб забыть заморочки свои —
Нам хватает всего полчаса,
Мы умеем кричать о любви —
Просто глядя друг другу в глаза.
В этом крохотном мире своём,
Где отвыкли от шумных гостей,
Мы мечтаем проснуться вдвоём
Чуть сильней, чем забраться в постель.
Потерпи, уступи и прости —
Так Святые Отцы нас учили, Чтоб на жизненно верном пути
Злые силы с дороги не сбили.
Потерпи, уступи и прости, И тебе точно так же уступят.
Очень просто удар нанести, Если злоба на злобу наступит.
Ослепит все глаза пеленой
По зловеще безумному нраву, А во гневе слепого слепой
Обязательно свалит в канаву.
Сколько в мире хороших семей, Неразлучных на веки, казалось, Из-за некой гордыни своей, Неуступчивой, в ссорах распалось.
Потерпи, уступи и прости —
И тебе точно так же простится.
Непрощеных и Бог не простит —
Все дела на весах Ясновидца.
Без греха — единицы людей.
Все мы грешные в суетной жизни.
Чем увенчан конец твоих дней, Если ты не прощал своим ближним?
Потерпи, уступи и прости —
И тебе все простят и уступят.
И на жизненно важном пути
Доброта обоюдно проступит.
Жили в арабской стране два друга. Каждый вечер собирались у очага и беседовали, сидя на маленьких трехногих стульях. Случилось так, что один из них стал шейхом. Переселился он в каменный дворец и сидел теперь на высоком троне из перламутра. Множество людей приходило поклониться новому властителю.Пришел и его старый друг и был счастлив поздравить его, но гордый шейх не захотел сразу впустить его и заставил дожидаться у ворот в течение многих дней. Наконец шейх приказал, чтобы друга впустили. Друг скромно вошел, а шейх еще больше развалился на своем роскошном перламутровом троне. Все понял его друг, и нарочно стал оглядываться, как бы ища глазами шейха. Тогда шейх сердито спросил его, что он ищет.— Тебя ищу, человечек, где ты? — ответил друг и добавил печально: — Пока сидел ты на малом стуле, за человеком стула не было видно, а теперь, смотри, за троном человека не найти.
Монолог.Стихи, музыка, живопись, кино, литература способствуют тому, что в человеке сохраняется еще что-то человеческое. Если бы людей не освещали пронзительные лучистые глаза, нежная, застенчивая улыбка великолепного Чарли, наш мир был бы хуже. Если бы не волшебная музыка Прокофьева, Шостоковича, проникающая в глубины сердца, наш мир был бы еще более глухим. Если бы не причудливые живописные фантазии Пикассо, Шагала , радующие глаз, вызывающие чувство прекрасного, наш мир был бы еще более мрачным. Если бы не стихи Блока, Есенина, вызывающие любовь и восхищение, согревающие душу, наш мир был бы еще более бессердечным. Если бы не бегущие картинки, сочиненные Эйзенштейном, Куросавой, Феллини, картинки, проникающие с белых киноэкранов в зрительские сердца, мир был бы еще более слепым. Если бы не обыкновенные, простые слова, сложенные в бессмертные книги , наш мир был бы еще более глупым если бы не то, может, и жить не имело бы смысла
Верь в меня только, и я не предам.
Не отступлюсь и не брошу в дороге!
Всю наболевшую нежность отдам,
А на замену возьму тревоги!
Верь в меня очень! настолько Верь,
Что невозможно при жизни будет,
Засомневавшись захлопнуть дверь,
Спросив у себя: (что подумают люди?)
Верь в меня, словно в последний шанс,
Словно в безверье таится Бездна.
Словно в ладонях тепло для нас
(Только вот дунь, и оно исчезнет!)
Верь в меня, как доверяет Мать
Детским глазам и любому слову!
Как обессилев ползет в кровать
Врач, излечив тяжелобольного.
Верь в меня так, как не верю Я -
(Все от нехватки покоя в сердце).
Верь до тех пор, пока есть Земля,
Которой от веры не отвертеться.
«Ты откуда? — будто со звездою прилетел и тронул мне ладошку!
Я желанье, вовсе непростое, звёздочке поведала на ушко:
Провожая звёзды, глядя в небо, думала о чувстве сокровенном
И с надеждой загадала:"Мне бы », не мечтая даже о мгновенном.
Кто ты?» — а глаза, как прежде, смотрят широко, боясь расстаться.
«Я оттуда, где глаза с надеждой, плача и смеясь, зовут и снятся»
«Неужель сбылось — я с тобою!?» «Что ты, я скорей всего обычный, —
Просто с неба я летел звездою, к ангелу в твоём земном обличье».
«Как же быть нам? На пути на Млечном ты не пропадёшь?» — она спросила, —
«Если надо — буду ждать я вечно, — ты пообещай, чтоб были силы».
— Я хочу гореть в твоих ладошках — тех, что звёздам Землю освещали,
Протянувшись вверх, прося немножко, — снизойти с высот к её печали.
Раздухарились черти всех мастей
Дождь третьи сутки душит как петля.
Из тысячи негаданных гостей
Лишь ты одна - сложней, чем жизнь моя.
Очнулся дом от сучьей пустоты,
Полощет бритвой чуть подтёкший взгляд,
И тапочки - на две таких, как ты,
Тебя сейчас особенно стройнят.
Клубится дым под приглушённый свет,
Душа скулит как твой простывший зонт,
И что-то происходит в голове
От запаха ментола и Кензо
И время понеслось куда-то вспять,
И линия колен как западня,
И мне впервые хочется молчать,
Чтоб ты хоть раз услышала меня
Но ты спешишь и не глядишь в глаза,
Ведь где-то там проблемы и дела
Пожалуйста, побудь хоть полчаса -
Где на всю жизнь остаться не смогла.
За всех друзей, разбросанных по свету,
Кого любила и кого люблю,
Теплом которых так была согрета,
За них, родимых, Бога я молю.
Пошли им сил, Удачи и здоровья
И не покинь их в самый трудный час.
Благослови, и одари любовью,
Чтобы улыбка не сходила с глаз.
Чтоб дом был чашей полной и красивой,
Чтоб тучи обходили стороной,
Чтоб Родина всегда была любимой,
А дружба оставалась дорогой.
И пусть друзья разбросаны по свету,
Моя молитва каждого найдёт,
И в дом войдя, как первый луч рассвета
С собой благословенье принесёт.
Я такая, какая есть,
Такой уродилась я.
Когда мне бывает смешно --
То смех мой полон огня.
Я люблю того, кто мне мил,
Того, кто любит меня.
Ну, а если я разлюблю,
Разве в этом виновна я?
Я нравлюсь. Я так создана,
Ничего не поделаешь тут,
Строен и гибок мой стан,
И движенья мои поют.
И грудь моя высока
И ярок блеска моих глаз.
Ну... И что же с того?
Разве это касается Вас?
Я такая, какая есть,
И многим нравлюсь такой,
Ну разве касается Вас,
Все то, что было со мной?
Да! Я любила кого-то.
Да! Кто-то меня любил.
Как любят дети, любила
Того, кто был сердцу мил.
Я просто любила, любила,
Любила, любила,
Так о чем же еще говорить?
Я нравлюсь. И тут уж, поверьте,
Ничего нельзя изменить!
Какие тебя страсти закружили?
Всё позже возвращаешься домой...
Смотрю в твои глаза - они чужие,
И мыслями давно ты не со мной...
Который месяц маюсь я в тревоге -
Опять солжёшь, что у тебя дела...
Когда тебя встречаю на пороге,
Не ощущаю прежнего тепла...
Любовница, как тень, всё время рядом,
И лишь слепой того не углядит...
Коль наша жизнь с тобою стала адом,
Пора расстаться мирно, без обид...
Давить на жалость? Плакать? Не посмею...
Не верится, что это наяву...
Будь счастлив с ней, а я переболею...
Наверно... Если ночь переживу..
Я хочу , чтоб ты меня любил...
Как хочу я, чтобы ты скучал,
Видел образ мой во всех прохожих.
Мною бредил, обо мне мечтал,
Потому что без меня не можешь.
Я хочу, чтобы ты верил мне,
Чтоб моим был околдован взглядом.
Ночью, днем, в дороге и во сне
Знал, что я всегда с тобою рядом.
Я хочу, чтоб ты меня хотел,
Чтоб хотел до судорог, до боли.
И в глазах такой огонь горел,
Даже когда мысленно со мною
Я хочу, чтоб ты меня берёг,
Не давая обещаний громких.
Заслонял собой от всех тревог,
Умиляясь мною, как ребёнком.
Чтобы ты с ума по мне сходил,
Чтоб на миг не мог со мной расстаться.
Я хочу чтоб ты меня любил.
А зачем — боюсь себе признаться.
Ты помнишь, дорогой далёкий друг,
Прощальный блеск моих счастливых глаз,
Как все смотрели с завистью на нас,
Когда вдвоём танцуя, вышли в круг...
Как ты ладони к талии тянул,
И замирал, склонившись надо мной...
То обжигал дыханьем за спиной,
То свежим ветром уносил в загул...
Как, опасаясь взглядов, к уху лип,
Свои слова бессвязные шептал,
Воспламеняя нежных мыслей шквал,
И яркой вспышкой – исходил на хрип...
Как заряжались нами провода,
И так обнять хотелось целый свет...
Под током билось слово «никогда» -
Да... позабыть такое – силы нет...
Я не розовая пантера и не английская королева,
Я танцую на углях и сплю на гвоздях,
Я не смотрю на право и не хожу налево,
И довольно легко существую, закованная в цепях.
Мне чужды автоматизм и отточенные движения,
Я не Ассоль и не Герда, скорей Клеопатра, укушенная змеей.
Я осуждаю ложь и кровосмешение,
Но постоянно, хронически, болею тобой.
Я вовсе не идеал, а только одна из многих,
Не блондинка, не принцесса, утонченная в шелках.
Плачу, смеюсь, и тону в твоих строгих
Цвета каштана, больших и выразительных глазах.
Я не богиня, не исполняю заветные три желания,
Я слишком живая, чтобы быть такой как надо тебе.
Ты знаешь меня лучше всех и я, заранее,
Оставлю после себя ромашку на твоем родовом гербе.
Дома твоего простой уют.
Дома, где любви высокой ждут.
В плед закутываясь зябко,
Рада мне всегда хозяйка,
Если забегу на 5 минут.
В доме этом — книжек этажи.
Кто из нас счастливее, скажи?
Ты ли — книжница святая,
Я ли — женщина земная?
Кто из нас счастливее, скажи?
Две женщины сидели у огня.
Одна была похожа на меня.
Другая — просто вылитая ты
Две женщины сидели у черты.
А там, за тем пределом, за чертой,
Любви кружился призрак золотой.
Я любовь искала на Земле.
Много раз ступала по золе
Я нашла ее и, вроде,
Хорошо мне в несвободе,
В нежной и протяжной кабале.
Ты всю жизнь витала в облаках,
Вот уже сединки на висках
Отчего — никто не знает,
До сих пор не угасает
Отблеск золотой в твоих глазах?!
Две женщины сидели у огня.
Одна была похожа на меня,
Другая — просто вылитая ты
Две женщины сидели у черты.
А там, за тем пределом, за чертой,
Любви кружился призрак золотой.
Было время, я хотел выучить сто языков. И на каждом из них хотел рассказать людям евангельскую историю. «Пусть миллионы поверят в Иисуса Христа», — думал я и твердил наизусть турецкие фразы, французские глаголы и персидские пословицы.
А однажды случилось увидеть в торговом центре просящего милостыню корейца (а может, вьетнамца, кто их разберет). Он не знал языка и не мог рассказать, как здесь оказался. Ему нужны были не деньги, а еда. Это читалось в его глазах.
Я взял его за руку и повел к одному из фаст-фудов. Купил суп, хлеб, второе и сок. Ничего не сказал, но подумал: «Ради Тебя, Господи».
Это было пару лет назад. Языки я так и не выучил, а то была моя лучшая проповедь.
А может правда, не спешить?
И мыслями не суетиться,
И бросить пить, и не грешить,
И, даже, вовремя побриться?
Не торопясь открыть глаза:
А что там, в потолочных строчках?
Смотреть на спящую тебя,
Свернувшуюся клубочком.
Поправить медленной рукой
Замятый краешек простынный,
И, еще теплою щекой
Прижаться к сонной и любимой.
Продавлен телом полумрак
Сырые спички — Черт! Затяжка
— Что было сделано не так?
Глоток. И бок горячей чашки.
И дым уносится в проем,
В границы форточных квадратов
— Нет, мы неправильно живем
В своих бессмысленных утратах.
Давно не тикают часы,
Лишь электронное мигание
Нет ничего. Есть только ты —
Награда или наказание?
И узколобой жизни пасть —
Кусай, волчара, мне не страшно
Ни опоздать и ни упасть,
Ни сгинуть в темноте напрасно.
Наверно, стоит не спешить
Но как же быть, когда ты рядом?
Вдруг, не успею до любить, обнять, за что-нибудь простить?
И встретиться последним взглядом.
Как легко и просто обмануться,
Доверяя «искренним» словам.
Очень важно - научиться слушать
Тишину, подаренную нам.
Можно слушать, ничего не слыша.
Видеть всё, но быть, при том, слепым.
Ввысь взлетая, опускаться ниже,
Не достигнув призрачных вершин.
Кривотолков и противоречий
В этой жизни столько, что не счесть.
В словоизлияньях бесконечных
Очень часто скрыты ложь и лесть.
Не спеши молчание нарушить,
Говоря ненужные слова.
Если ты желаешь слышать Душу –
Посмотри внимательно в глаза.
«Чёрный» делает вещи как бы более реальными. Жизнь — скучная и бессмысленная штука. Всё начинается с возвышенных надежд, которые потом рушатся. Мы понимаем, что все мы умрём, так и не найдя ответа на самые главные вопросы. Мы развиваем все эти тягомотные идеи, которые просто по-разному объясняют нашу реальную жизнь, но не дают нам никаких ценных знаний о великом, настоящем. По сути, мы проживаем короткую жизнь, полную разочарований, а потом умираем. Мы заполняем её всяким дерьмом — карьерой и браком, чтобы создать для себя иллюзию, будто в этом есть какой-то смысл. Героин — честный наркотик, потому что он избавляет от иллюзий. Если тебе хорошо под героином, то ты кажешься себе бессмертным. А если тебе плохо, то ты с головой окунаешься в то дерьмо, которое и так тебя окружает. Это единственный по-настоящему честный наркотик. Он не изменяет твоё сознание. Он просто доставляет тебе кайф и чувство благополучия. После этого ты видишь всю нищету мира без прикрас, и тебе больше не помогают никакие обезболивающие.
— Чушь, — сказал Томми. И добавил: — Полнейшая чушь.
Возможно, он прав. Если б он спросил меня на прошлой неделе, я бы, наверно, сказал ему что-то прямо противоположное. И если б даже он спросил меня сегодня утром, я б тоже ответил по-другому. Но в данный момент я носился с теорией о том, что «чёрный» делает своё дело, когда всё остальное кажется скучным и ненужным.
Моя беда в том, что, как только я чувствую возможность или вижу реальность получения того, чего я добивался, будь это девица, квартира, работа, образование, деньги и так далее, оно сразу становится для меня скучным и неинтересным и обесценивается в моих глазах. Но с «чёрным» всё по-другому. С ним нельзя так просто расстаться. Он не отпустит тебя. Попытка разрешить проблему с «чёрным» — самая трудная задача. И это приносит невъебенное наслаждение.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Глаза» — 5 802 шт.
