Цитаты

Цитаты в теме «глаза», стр. 64

Все хотят, что бы я избавилась от ребенка, как от больного груза То есть нет никакой разницы между гнилым зубом и моим ребенком?! Разве это не грех? Я долго думала, и вдруг услышала голос. Он звал меня: «Мама! » Я вздрогнула, оглянулась, и никого не было. Он меня снова позвал: «Мама! Я говорю оттуда, мама! Я уже родился, внутри тебя, уже радуюсь жизни, вижу печаль в твоих глазах, чувствую, как тебе тяжело, но все равно мир прекрасен! Мама, я хочу жить, хочу появиться на свет, хочу смеяться и играть, и если ты меня убьешь, я уйду в небытие! Мама, не убивай меня! Мама, не убивай не убивай меня, мама! Не убивай! » И тогда я решила, что дам жизнь этому ребенку, отнесусь с благоговением к божественному дару, пусть ребенок появится на свет, пусть сбудутся все его желания! Теперь вы мне скажите, правильно я поступила или нет?
Холодный вечер, грусть, и пустота,
В конце тоннеля словно гаснет свет.
В груди сердечко ноет неспроста,
А от любви которой больше нет

Ещё вчера, была самой счастливой
И не боялась говорить "люблю"
Поверила что жизнь бывает спроведливой,
Но суждено разбиться было, с счастьем кораблю.

Он на руках тебя носил,
Говорил что любит очень,
Женою его стать просил,
Но вдруг в душе внезапно наступает осень...

...А ты на небо смотришь, вспоминаешь словно.
И о любви всё говоришь.
Я знаю, тебе очень больно,
Всё то что было ведь не возвратишь.

На звезды смотришь, созвездия считая.
В твоих глазах я вижу млечный путь.
Но в сердце боль сидит тупая,
Ты попытайся в ней не утонуть.

...Пройдут года, забудется тот вечер.
В тебе по прежнему сияет доброта,
Но время душу, так и не излечит...
Все та же грусть, все та же пустота...

Сейчас ты изменилась до неузнаванья,
Начала, своей жизни, новый куплет.
Но всё равно, в душе воспоминанья,
И та любовь, которой больше нет...
Туман разума рассеялся и глаза открылись… В голове начали проясняться картины, все встало на свои места и душа застыла в немом крике: «Господи! Сколько глупостей совершено, как я была слепа!» Мир на мгновение потух… мерзко, пусто, холодно и боль… Боль осознания, что тебя просто использовали, как марионетку, называя другом и ты верила не ушами, а всем сердцем. Рвала душу, пытаясь защитить и шла наперекор себе, боясь предать. И вот оно, разбитое корыто иллюзий, чувства в хлам, душа выжата, как лимон. Разум стал похож на кактус, сознание колет острыми шипами реальности, от чего боль растекается жаром по телу. Кровь закипает в негодовании и от ненависти к себе, за собственную наивность и слепую преданную тупость. Хочется все ломать и крушить, мир доверия рухнул. В голове крутится тысячи почему и кто виноват. Но на все вопросы только один ответ:
— Потому, что сама дура!
Рождается человек водонепроницаемым цельным судном. А потом происходит всякая ерунда: нас бросают, или не могут полюбить, или не понимают, а мы не понимаем их, и мы теряем, подводим, обижаем друг друга. И наше судно дает трещины. И да, когда появляется первая трещина, конец становится неизбежным... Но между тем моментом, как появляется трещина, и тем, когда судно затонет, есть время. И только в это время у нас есть шанс увидеть друг друга, потому что посмотреть за пределы себя удается только через эти трещины, заглянуть вглубь другого — тоже. Когда мы начали смотреть друг другу прямо в глаза? Только когда ты заметила мои трещины, а я — твои. А до этого мы видели лишь вымышленные образы друг друга — это как я смотрел на твое окно, завешенное жалюзи, но не видел, что внутри. А когда появляется трещина, внутрь попадает свет. И свет также выходит наружу.
Свободолюбивые дети — как наполненные гелием шарики, привязанные за ниточку. И ниточка эта постоянно натянута. А потом происходит нечто такое, что она рвётся и они могут улететь. Может статься, ты этого шарика больше никогда не увидишь. А может, года через при-четыре, или дня через три-четыре, ветер принесёт шарик обратно. Но ниточка эта обязательно обрывается. Проблема с этими шариками в том, что их слишком много. В небе от них уже тесно, они летают, трутся друг о друга, и все эти шарики в итоге так или иначе оказываются на моём столе, и со временем теряешь веру. Но иногда встречаешь какого-нибудь подростка с большими глазами и огромной копной волос, и не хочется говорить ему правду, потому что он кажется хорошим человеком. Ты ему сочувствуешь, потому что хуже туч шаров, которые вижу я, может быть только то, что видит он: голубое, безоблачное небо всего с одним шариком.
Но запомни, когда ниточку перерезают, обратно её уже не прикрепить.
Чем люди наполнены изнутри, тем они и делятся. Отсюда и простое объяснение человеческой бестактности и неуместным замечаниям, которые не только могут обидеть, но и задеть за живое. Не нужно слушать, что говорит человек о себе. Там сплошные позитивные характеристики, абсолютное благочестие и барское воспитание. Нужно слушать, что говорит человек об окружающем мире, о людях, с которыми он сидит за одним столом.
И не стоит обижаться на тех, кто говорит злые и колкие замечания. Таким надо подарить улыбку или добрым, приятным словом согреть. А тем, кто видит сплошные недостатки, глаза протереть и на мир направить. И не явно навязывая своё мнение, а показывая собственным примером, что при одном малейшем несовершенстве существует масса достоинств.
Красота в глазах смотрящего.
Один в луже видит грязь, другой рассмотрит отражение неба.
Тот, кто однажды преодолел страх, свободен от него до конца своей жизни: ты обретаешь ясность мысли, и страху не остается места. С этого времени ты знаешь, чего ты хочешь, и знаешь, как этого добиться. Ты предвидишь, что нового даст тебе учение, все на свете ты воспринимаешь кристально ясно — ничто от тебя не сокрыто.
И тогда ты встречаешь своего второго врага — ясность. Ясность мысли, достигнутая с таким трудом, изгоняет страх; и она же ослепляет.
Ясность не позволяет человеку сомневаться в себе. Она убеждает его, что он может делать все что вздумается, поскольку все видит насквозь. Человек обретает отвагу, потому что ясно видит, и ни перед чем не останавливается, потому что видит ясно. Но все это — заблуждение и скрытое несовершенство.
Если человек доверится этому мнимому могуществу, значит, второй враг его победил и учение не пойдет ему на пользу. Он будет спешить, когда нужно выжидать, и медлить, когда следует торопиться. Он будет топтаться на одном месте до тех пор, пока вообще не утратит всякую способность учиться.
< >
Ты должен сопротивляться ясности, используя ее лишь для того, чтобы видеть. Ты обязан терпеливо выжидать и тщательно все взвешивать, прежде чем сделать очередной шаг. А главное — понять, что твоя ясность близка к заблуждению, что никакая это не ясность, а шоры на глазах! Только осознав это, ты одолеешь своего второго врага и достигнешь такого состояния, когда уже никто и ничто не причинит тебе вреда. И это будет не заблуждение, не шоры на глазах, а подлинная сила.