Цитаты в теме «игра», стр. 21
В день, когда ты уйдешь,
Дождь зарядит сильнее,
Вместе с этим дождём
Всё покатится вспять
В этот день, как назло,
Я тобой заболею,
А лечить будет та,
Что умеет прощать
В день, когда ты уйдешь,
Вдруг не станет покоя
Тем, кто долго мечтал
Прыгнуть в койку с тобой.
Гордость — та же игра,
Только кто ж тут виною,
Что вдвоём увлеклись этой самой игрой
В день, когда ты уйдёшь,
Та, что рядом, заплачет,
В этот день я пойму наказание своё -
Лучше всю эту жизнь, за тобой по-собачьи,
Чем без лишних проблем богом быть для неё.
Афоризмы 8 летней девочки, Сони Шаталовой, страдающей аутизмом
ВЕТЕР воздух, который не любит покоя.
ДЕТСТВО восход судьбы в человеческой жизни.
ДОЖДИК река с дырявым дном.
ДУША это пустота в человеке, которую он заполняет Богом или Сатаной
ЗВУК одна из главных красок, которыми написана картина мира
ЗАСАДА тайное ожидание с плохими намерениями для тех, кого ждут
ЗНАКОМСТВО встреча разных пониманий мира, или даже разных миров
ЛОШАДЬ - большое тёплое четырёхкопытное счастье
МУДРОСТЬ мера между «мало» и «много».
МЫСЛЬ самая мощная после любви сила в мире.
Смелость ума оформлять словами образы.
То, что отличает мир от хаоса.
РОЛЬ это жизнь, которой живут в игре.
СМЕРТЬ соединение конца с началом одновременно с разъединением порядка и смысла.
ЧЕЛОВЕК такое живое существо, у которого есть разум, речь, умелые руки и способность решать, как всё это использовать.
Земля — Небо. Между Землёй и Небом — война. Спев одну эту строчку, Виктор Цой мог уже больше ничего не петь. Он сказал всё. Просто и гениально. До сих пор мне непонятна смерть Цоя; предполагаю, что он был проводником. Белых сил и явно не успел выполнить возложенную на него миссию. Он ушёл внезапно. Я думаю, что, на какое-то мгновение расслабившись, он потерял контроль над собой и открыл, таким образом, брешь в энергетическом поле защиты, причём сделал это так неожиданно, что Белые не успели среагировать, тогда как Чёрные среагировали мгновенно. Цоя нет, как нет и Высоцкого.
Они уходят, выполнив задание,
Их отзывают Высшие Миры,
Неведомые нашему сознанию,
По правилам космической игры.
Они уходят, не допев куплета,
Когда в их честь оркестр играет туш:
Актёры, музыканты и поэты —
Целители уставших наших душ.
1) На всякий случай я помолчал — лжецы молчания не выносят.
2) Мы разом улыбнулись, сознавая, что эти улыбки не смягчают очевидного: мы не верим друг другу ни на грош.
3) И письмо я отправил, как бросают в море бутылку с запиской — не слишком рассчитывая на ответ.
4) Любая игра хороша до тех пор, пока не коснется нежных чувств.
5) Варенья, лакомых перемен, не получишь, пока не объешься хлебом, черствыми корками ожидания.
*****
Просто я больше ни с чем не связана, я — ничья. Какое место ни возьми, я либо прилетаю, либо улетаю оттуда. Или пролетаю над ним. Только люди, которые мне нравятся, которых я люблю. Вот они — моя последняя родина.
В сценарии записано: стареть,
Не рваться ввысь, питаться овощами,
Покорно обустраивая клеть
Безжизненными нужными вещами,
Ходить в контору или на завод,
Топить себя в простом рутинном вздоре,
Дремотно избежав нейтральных вод
И сладостно манящих территорий.
Вся эта жизнь — простая штука. Ведь
Не наш удел — турусы да торосы.
В сценарии записано: стереть,
Как ластиком, сомненья и вопросы;
Не веря в шансы, жить наверняка,
Закрыв свой мир иронией всегдашней
И тихо ждать гонца из городка,
Известного своей наклонной башней.
Точи металл, твори изящный стих
в кругу привычных маленьких событий.
Сценарий очертил от сих до сих
границы, за которые не выйти.
Но, отыграв знакомую игру
И доведя строку до многоточия,
Однажды ты проснешься поутру —
И, сделав вдох,
Порвешь сценарий в клочья.
Стало пластмассовым небо над головой,
Стала волшебная палочка — вдруг — железкой.
Вы извините, но я ухожу домой.
Нет, не обидел. Мне просто неинтересно.
Просто теперь я не знаю, зачем я здесь,
В этом дурацком платье, в косынке детской.
Как умудрились вообще мы сюда залезть?!
Не понимаю. Мне больше неинтересно.
Всем хорошо, вон, смотри, отовсюду — смех;
мне не смешно и не весело, хоть ты тресни.
Мальчик мой, нет, ты по-прежнему лучше всех, —я виновата.
Мне больше неинтересно.
Мне говорят — дура! дура! смотри: сдалась!
Мне говорят — мы так славно играли вместе.
Мне говорят — вы команда, куда без вас?
Мне очень стыдно. Мне больше неинтересно.
Много других детей у нас во дворе,
Много песочниц, качелей, высоких лестниц.
Просто есть правило в каждой моей игре —
Встать и уйти, если больше неинтересно.
«Любовь вне игры. История одного политического самоубийства»
— Мне кажется, человек с воображением, ощущающий краски большого мира, всегда готов к переменам. Всегда готов, что называется, испытать себя мечтой Мой семидесятилетний отец, когда у него наступает депрессия, берет своего приятеля, глухого старика, и они уходят куда-то за город и ползают там по заросшему оврагу. Один поддерживает другого. Мы очень беспокоимся, но он категорически отказывался брать еще кого-либо с собой. Возвращается всегда счастливый и оживший. Мама спрашивает: «Зачем ты туда ходишь?» А он отвечает: «Это моя Африка» Так за всю жизнь и не объяснил, что имеет в виду.
Ему достаточно любить — а ей не ищется другого:
Эгоцентрична, но мила, как все носители харизм.
И рядом с ней смеётся день, и прорастают васильково
В её душе иные сны, а он их воплощает в жизнь.
И он не знает, почему, но любит так проникновенно:
Рисует вязь горящих слов на скрытой стороне бедра,
Целует шёлковый живот и дышит нежностью коленей,
И ловит пульс её страстей в темнеющей яремной вене,
И чувствует, как вновь и вновь в нём ярко умирает раб.
Он понимает, что к чему — недаром сильный аналитик,
Но нелюбовь, что в ней живёт, его нисколько не гнетёт:
Жизнь — презабавная игра, и кто связующие нити
Удержит в сжатом кулаке, не угадаешь наперёд.
А здесь — живот её - алтарь, и млечно лоно — значит, будет
Ещё одна из тьмы ночей, в которых он и раб, и жрец.
И он ведёт её сквозь мрак — стихию, что так рвётся в люди,
Наверно, видит чёткий курс для слов, записанных в столбец.
Дорога добра
Спроси у жизни строгой, какой идти дорогой?
Куда по свету белому отправиться с утра?
Иди за солнцем следом, хоть этот путь неведом,
Иди, мой друг, всегда иди дорогою добра!
Забудь свои заботы, падения и взлёты,
Не хнычь, когда судьба ведёт себя не как сестра,
А если с другом худо — не уповай на чудо,
Спеши к нему, всегда иди дорогою добра!
Ах, сколько будет разных сомнений и соблазнов,
Не забывай, что эта жизнь — не детская игра!
Ты прочь гони соблазны, усвой закон негласный:
Иди, мой друг, всегда иди дорогою добра!
ПОЛУТОНА
Черное-белое. Белое-красное.
А между ними-глухая стена.
Жил человечек, судьбою обласканный,
Не признающий полутона.
Не принимающий лжи во спасение,
Знающий точно границы добра,
Миру твердивший без тени сомнения:
Полутона-только света игра.
Да накатили вдруг чувства лавиною,
Перемешали основы основ,-
Он, отрицающий все половинное,
Сам теперь соткан из полутонов.
Из полу страха и полу отчаянья,
Полу неведомой бури в крови,
Из полу радостной, вешней, нечаянной,
Но неделимо единой любви
Черное-серое-алое-красное-
Грань так тонка, что почти не видна.
Ищет себя человечек несчастный,
Не признававший полутона.
Впервые став рабом, клянусь, я рабству рад.
Все мысли о тебе, но мыслям нет стеснения,
Все сердце — для тебя, но сердцу нет мученья,
Гляжу в глаза твои — и радостен мой взгляд.
Не раз я счастьем звал часы пустых услад,
Не раз обманут был игрой воображения,
Соблазном красоты иль словом обольщения,
Но после жребий свой я проклинал стократ.
Я пережил любовь, казалось, неземную,
Пылал и тосковал, лил слезы без конца.
А ныне все прошло, не помню, не тоскую, —
Ты счастьем низошла в печальный мир певца.
Хвала творцу, что мне послал любовь такую,
Хвала возлюбленной, открывшей мне творца!
Мальчики девочки
Шапочки кепочки
Лишь бы не видеть
Себя — без волосок
Банданы панамы
У папы, у мамы, —
Выбирают, примеряют, — просят
Девчушки-модели,
Парики надели,
Коридор больничный — как подиум.
Мальчишки тут же —
«Братва» для подружек —
Детские игры, вроде бы
Девочки, мальчики
Трогают пальчиком
Свой лысый череп с надеждой
Разговоры за завтраком:
«Дожить бы до завтра нам!
Быть бы здоровыми, как и прежде!»
Доктора, да медсестры
Так обыденно, просто —
«Жизни, болезни, смерти» —
Не слышать мне бы!
И ребята им вторят,
Вспоминают истории —
Кто в ремиссии кто с рецидивом,
А кто — на небе
Ребятки! Ребятки!
Бежать без оглядки —
Быстро! Отсюда!
В другую — здоровую жизнь!
Но я вместе с вами
Сижу на диване
И внушаю — каждому:
«Слышишь?
Ты только держись!»
Это было хуже всего. Ничего! Ничего – 10 лет, ничего — целых 3652 дня и 3653 ночи. Конец игре, играм — пропала острота существования. Я блуждал по жизни, как героиня трагедии Расина – Гермиона, в мужском обличии. Где я, что сделал, что еще должен сделать, что за бред меня охватывает, что за печаль снедает. Как узнать — люблю я ее, или ненавижу. Софии убила меня, уничтожила, зарезала, изнасиловала, опустила и все в этом духе. Все кончилось тем, что я стал думать о ней в прошедшем времени. Любовь, семья, работа, параболическая антенна, короче сплошной Расин.
— (голос за кадром) Привет, меня зовут Ральф. Я плохой парень. Э Ну что ещё? Ростом три метра, вешу под триста кило. Характер тоже, в общем, не из лёгких. (в игре) Эй! Ты сдвинул мой пень! (голос) Зато меня очень даже легко рассердить — просто в момент. Так Ну что ещё-то? А-а! Я громила. Работа такая — громить, крушить (в игре) Я всё сломаю! (голос) Тут я профессионал. Таких поискать надо. Но вот незадача: цель игры в том, чтобы всё чинить. Она так и зовётся: «Мастер Феликс-младший».
(в игре)
— Мастер Феликс!
— Я починю!
— (голос) Ну что ясно. Тот, которого зовут Феликс — он, понятно, хороший. Нет, для хорошего парня он парень неплохой. Дело своё, конечно, знает хотя с волшебным-то молотком, который сам всё чинит, много ума не надо. Дать бы ему обычные инструменты да простые стройматериалы — сами понимаете, немного он тут со мной наремонтировал бы.
Ямамото Дзинэмон часто говаривал своим слугам: «Играйте в азартные игры и лгите. Если вы прошли с человеком пятьдесят шагов, и при этом он не солгал вам по крайней мере семь раз, то грош ему цена». В давние времена люди говорили так, потому что их заботило только лишь отношение человека к воинским делам, и они считали, что «правильный» человек никогда не совершит великие дела. Они также не обращали внимания на дурное поведение людей и отмахивались, когда им на это указывали, говоря: «Зато они хорошо делают свое дело...»
Такие люди, как Сагара Кюма, также оправдывали слуг, которые воровали и совершали прелюбодеяния, и постепенно их воспитывали. Он говорил: «Если бы не такие люди, у нас вообще бы некому было работать».
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Игра» — 1 166 шт.
