Цитаты в теме «ласка», стр. 12
Мне нравится, как ты роняешь шаль
На мой сюртук не модного фасона.
И разговор неспешный, как печаль,
И губы друг от друга в два микрона.
Смотреть на локоны твои, что завиты,
И ласками причёску не нарушить,
Твой голос слушать редкой красоты,
И пение ветров январской стужи.
Глядеть, как ты, смущаясь наготы,
И с капелькой мне милого жеманства,
Ладонь пускаешь в волосы мои,
И в плен берёшь собою без убранства.
А в жаркий май, когда утихнет зной,
Под ноты лягушачьих песнопений,
Смеяться и дурачиться с тобой.
Блаженство в водах сладкой лени!
То была не интрижка, —
Ты была на ладошке,
Как прекрасная книжка
В грубой суперобложке.
Я влюблен был как мальчик —
С тихим трепетом тайным
Я читал наш романчик
С неприличным названием.
Были слезы, угрозы —
Все одни и все те же, —
В основном была проза,
А стихи были реже.
Твои бурные ласки
И все прочие средства —
Это страшно, как в сказке
Очень раннего детства.
Я надеялся втайне,
Что тебя не листали,-
Но тебя, как в читальне,
Очень многие брали.
Не дождаться мне мига,
Когда я с опозданием
Сдам с рук на руки книгу
С неприличным названием.
ЖЕНЫ ФАРАОНОВ
(Шутка)
История с печалью говорит
О том, как умирали фараоны,
Как вместе с ними в сумрак пирамид
Живыми замуровывались жены.
О, как жена, наверно, берегла
При жизни мужа от любой напасти!
Дарила бездну всякого тепла
И днем, и ночью окружала счастьем.
Не ела первой (муж пускай поест),
Весь век ему понравиться старалась,
Предупреждала всякий малый жест
И раз по двести за день улыбалась.
Бальзам втирала, чтобы не хворал,
Поддакивала, ласками дарила.
А чтоб затеять спор или скандал -
Ей даже и на ум не приходило!
А хворь случись — любых врачей добудет,
Любой настой. Костьми готова лечь.
Она ведь точно знала все, что будет,
Коль не сумеет мужа уберечь
Да, были нравы — просто дрожь по коже
Но как не улыбнуться по-мужски:
Пусть фараоны — варвары, а все же
Уж не такие были дураки!
Ведь если к нам вернуться бы могли
Каким-то чудом эти вот законы -
С какой тогда бы страстью берегли
И как бы нас любили наши жены!
Нет, я не дрожу мятежным наслаждением,
Восторгом чувственным, безумством, исступлением,
Стенанием, криками вакханки молодой,
Когда, виясь в моих объятьях змией,
Порывом пылких ласк и язвою лобзаний
Она торопит миг последних содроганий!
О, как милее ты, смиренница моя!
О, как мучительно тобою счастлив я,
Когда, склоняясь на долгие моления,
Ты предаешься мне нежна без упоения,
Стыдливо-холодна, восторгу моему
Едва ответствуешь, не внемлешь ничему
И оживляешься потом всё боле, боле —
И делишь наконец мой пламень поневоле!
Утренним солнцем весенним разбужена,
Я притворяюсь принцессою спящею.
Розовым отблеском бредят жемчужины.
В сердце волнуется нежность щемящая.
Мысли заполнены сказочным вечером,
Страстью твоею и лаской безудержной.
Жарко дыхание чувствую плечиком.
И понимаю, что это безумие
Разума голос все тише, невнятнее
Слышу твой шепот: «Проснулась, Любимая?»
Сонным котенком пригреюсь в объятиях.
Пусть ненадолго, но очень счастливая
Боль отступает, ошибки изучены
Утро прекрасно с любимым мужчиною.
Губы — к губам, будто жаждой измучены,
Только горчат поцелуи рябиною
Ты утешаешь: «Не бойся, всё сбудется
Плакса, подушка от слёз стала влажная»
И каруселью мир снова закружится
Есть ты и я, остальное неважно нам.
Эта игра затянулась безбожно
Пламя и лёд закаляют лишь сталь
Ну, а с любовью ты будь осторожней —
Брызнет осколками нежный хрусталь.
День изо дня продолжается пытка —
Будет сегодня мне минус иль плюс?
Тихо Вивальди сыграет нам скрипка,
Иль саксофон разрывающий блюз?
Кто на себя тот канат перетянет,
Кто не зависимей будет сейчас?
Сердце сбоит, голова, как в тумане,
Бред сознавая двоякости фраз
Хватит, довольно! Я так не играю!
Просто тепла не хватает душе.
Я от тебя сотый раз убегаю!
Сто первый — ты ловишь на вираже.
Останови этот бег бесполезный —
Иль отпусти, или крепче держи.
Игры такие опасны у бездны
Это ведь только любви миражи.
Хочется ласки, доверия, счастья.
Чувствовать рядом мужское плечо
Ты над душой не получишь всевластия,
Если контрастами сечь, как мечом!
Ты цедишь слова сквозь зубы
«Ну я поздравляю, типа»
И радость идет на убыль,
И душу знобит от «гриппа».
Дрожит, бедолага, мелко,
Капризничает, канючит
Подайте из ласки грелку,
И шарфик слов не колючих.
А я говорю ей: «Хватит!
Справляйся сама, как можешь.»
И, может быть, сразу, кстати,
Всё прошлое уничтожишь.
Там много чего осталось
Обид, унижений ложью.
Любви же — такая малость,
В сравнение с другим ничтожна.
Пусть слезы застынут в горле,
Пусть в сердце заноют раны,
Мы вспомним, душа, что гордость
Всегда оставляет шрамы.
Укроемся от ненастья
Под маской чужой сатира
Ему пожелаем счастья,
Простим и отпустим с миром.
Никогда я не забуду это лицо, никогда не забуду, как оно склонилось ко мне, красивое и выразительное, как оно просияло лаской и нежностью, как оно расцвело в этой сверкающей тишине, — никогда не забуду, как ее губы потянулись ко мне, глаза приблизились к моим, как близко они разглядывали меня, вопрошающе и серьезно, и как потом эти большие мерцающие глаза медленно закрылись, словно сдавшись
А туман все клубился вокруг. Из его рваных клочьев торчали бледные могильные кресты. Я снял пальто, и мы укрылись им. Город потонул. Время умерло
Скажи, что так задумчив ты?
Все весело вокруг;
В твоих глазах печали след;
Ты, верно, плакал, друг?
О чем грущу, то в сердце мне
Запало глубоко;
А слезы слезы в сладость нам;
От них душе легко.
К тебе ласкаются друзья,
Их ласки не дичись;
И чтобы ни утратил ты,
Утратой поделись.
Как вам, счасливцам, то понять,
Что понял я тоской?
О чем но нет! оно мое,
Хотя и не со мной.
Не унывай же, ободрись;
Еще ты в свете лет;
Иди — найдешь; отважный, друг,
Несбыточного нет.
Увы! напрасные слова!
Найдешь — сказать легко;
Мне до него как до звезды
Небесной, далеко.
На что ж искать далеких звезд?
Для неба их краса;
Любуйся ими в ясную ночь,
Не мысли в небеса.
Ах! я любуюсь в ясный день;
Нет сил и глаз ответ есть;
А ночью ночью плакать мне,
Покуда слезы есть.
Ты рисуешь карту звездного неба на моей груди. Сейчас нам не нужно иных ласк, нам не нужно слов. Пусть мир тревожно заглядывает сквозь запотевшие от раскалившегося дыханья окна, пусть музыка заслоняет собой реальность, впитывая твой голос, мою нежность, наши души Ты рисуешь карту звездного неба на моей груди. Маршруты новых звезд разбегаются по коже, отражаются в твоих глазах. И ты читаешь во мне, в звенящем молчании: я. люблю. тебя. сейчас. Сейчас, здесь не существует иного. И закрыв глаза, я всматриваюсь, вчувствываюсь в этот маленький мир, созданный случайным актом одной любви. Яблоки на полу, красный как жизнь виноград, прозрачные шторы на ветру, заблудившееся солнце, игра теней в сигаретном дыме, тающее на столе мороженое, тающий в воздухе смех Танец ангелов в земной пыли. Как мало порой нам нужно, чтобы навек остаться. Ты рисуешь карту звездного неба на моей груди
Я хочу увидеть море. Я хочу дышать до головокружения этим воздухом, густым от мерно вздрагивающей водной глади, от криков птиц, пронзительных, как последнее откровение Бога. Я хочу лежать на мокром прибрежном песке, без одежды, без прошлого, без будущего и курить в сырое небо, улыбаясь невероятной свободе каждого движения ветра, удивительной рыбой струящегося по коже. Я хочу собирать разноцветные камни и стирать с лица брызги воды, не открывая глаз, не будя души, почти не существуя, почти став частью окружающего, движущегося, меняющегося, влажного, солёного, такого чуждого и такого понятного. Я хочу потеряться в ласке волн, я хочу забыть себя самого и просто — плыть. Туда, где жизнь окрашивается мягким светом заходящего солнца. Я хочу сидеть на самой кромке воды, на этой дрожащей грани между фантазией и реальностью, нежностью и жестокостью, человеком и.. морем.
Я знаю, любимый, со мною так сложно,
Порою вливаю 120 подкожно,
Кубов истерии, хандры, безрассудства,
Как ведьма из уст моих льются безумства
Я знаю, любимый, со мною так сложно,
Когда жду заботы твоей, безнадежно,
Когда я ревную тебя к первой встречной,
Вхожу в состояние паники вечной
Я знаю, любимый, со мною так сложно,
Молчишь, не звонишь мне на сердце тревожно,
А я погибаю от непостоянства,
Твое убивает тупое упрямство
Я знаю, любимый, со мною так сложно,
Но дерзкий мой нрав обуздать все же можно,
Не буду я больше отчаянной болью,
Согрей меня лаской, заботой, любовью.
Хорошо, дорогой, я пишу тебе сказку
Из ноябрьских дождей вперемешку со снегом
Я давно научилась ходить без опаски,
Обнажённую душу не пряча от ветра
Я давно научилась не плакать напрасно
Над собою смеясь, лишний раз улыбнуться
Хорошо, дорогой, я пишу тебе сказку
Разреши снегопадом к тебе прикоснуться
И роняя снежинки на волосы плечи,
Я целую тебя с осторожною лаской
Время – доктор, ты помнишь?.. Хоть часто не лечит
А сейчас, дорогой, я пишу тебе сказку
Если звёзды раскрасить все в огненно-рыжий,
то получится небо... знакомой окраски...
И оно - для тебя... И всё ближе и ближе...
Улыбнись, дорогой... Я пишу тебе сказку...
Снежно-белые розы. Терновник.
Простыня. Лепестки и любовь.
Эти ласки и страсти до крови,
О которых мечтал бы любой
Ты стояла в роскошном платье
И смущенно глядела в пол,я подумал:
«Вот это на тебе!», —
И в душе разгорелся спор
Твои губы как вишни сладкие
С легкой горечью — это кайф,
Улетаю на небо ладьей я,
В свой потерянный, найденный рай
А когда ты касаешься рук моих,
Я теряюсь, не зная как быть,
Никаким, даже дьявольским рупором
От любви меня не разбудить
Этот сон, эти ласки и нежности,
Эта страсть, пускай и на миг,
Пусть уйдет она к милому лешему,
Но навеки останется стих.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Ласка» — 381 шт.
