Цитаты в теме «любовь», стр. 233
Медкомиссия и психиатр Человек проходит медкомиссию: прошел всех врачей, последний — психиатр.Сидят напротив друг друга Психиатр спрашивает: «Жалобы есть?» — «Нет, жалоб нет». — отвечает человек. — «А почему вы нервничаете?» — «Нет, я не нервничаю!» — «А я вижу, что вы все-таки нервничаете!» — «А я вас уверяю, что я не нервничаю!» — «Прошу вас, успокойтесь!» — «Доктор, я серьезно вам говорю, что я совершенно спокоен!» — «Вот именно этими словами вы мне сами ясно доказываете, что сильно расстроены! Скажите мне, как доктору, в чем дело?»— «Да что вы, в самом деле! Издеваетесь, что ли?» — Вспылил человек, швырнул на стол медицинскую карточку и выбежал из клиники. Пусть твоя заботливость о ближнем никогда не превратится в назойливость: Лучшая помощь — любовь и доброта, А без них помощь — назойливость и маята.
Самая сильная любовь — та, которая не боится проявить слабость. Как бы там ни было, если это — настоящая любовь (а не самообман, не способ отвлечься или провести время, ибо оно в этом городе тянется бесконечно), то свобода рано или поздно победит ревность, уймет причиняемую ею боль, потому что боль — тоже в порядке вещей. Каждый, кто занимался спортом, знает: хочешь добиться результата — будь готов к ежедневной дозе боли, к тому, что тебе будет плохо. Поначалу кажется, что это — совершенно ни к чему, что это приносит только ломоту в мышцах, но с течением времени начинаешь понимать: нет, это входит в программу, не испытав боли и ломоты, не сможешь обрести легкость и силу, а потом приходит минута, когда ты чувствуешь — без боли ты не достигаешь желаемого результата.
Мы теряем, теряем, теряем Нет. Мы находим. Залатав дыры души острой иглой прощения, собрав из мозаики судьбы самого себя, заново, назло, почти такого же, каким был, ты возвращаешься ты приходишь к другу, устало сбрасываешь с плечей дождливый плащ прошлого и находишь в знакомых глазах уже чужого тебе человека. Иногда находить сложнее, чем терять. Находить в глазах любви — равнодушие. Находить в доверии — конечность. Находить в стихах — ложь, а в себе — отчаянье. Знаешь Обними меня. Просто так. Обними и узнаешь, что тело умеет петь, рассказывая больше, чем слова.
Ты узнаешь, что тепло сердца — не метафора, а тихая данность, струящаяся по рукам.
Что родство по духу чувствуется намного острее, чем навыки страсти. Обними меня, и пусть вокруг поднимается ветер и бесконечно падают звезды, пусть рождаются новые миры и сгорают древние боги, пусть Но между нашими телами, спрятанное молчаливыми обьятиями, останется то, что одним своим существованием оправдывает все.
Ты помнишь снег, промокший плеер?
И мы гуляли до утра,
О, как я был в себе уверен,
Как целовал овал лица.
Ты помнишь ночи разговоров?
Мы не могли тогда уснуть,
Между признаний, песен, споров
К любви прокладывая путь.
Ты помнишь лето? Небо, травы,
Одежду нашу на полу?
Дыхание на две октавы
И долгий танец на ветру.
Сейчас зима. Замерзли руки
И снег скрипит уже в душе.
Пора бездействия и скуки,
Пора остаться в тишине,
Стереть из сердца отпечаток
Касающихся нежно губ.
Пора шарфов, пора перчаток,
Пора дымящих в звезды труб.
И почему-то так тоскливо,
Пить чай и просто вспоминать
О том, что это было, было
И не давало умирать.
И между сексом и работой,
В рутине надоевших дел,
Между свободой и заботой,
Бездомным зверем между стен,
Так между прихотью и раем,
Качая время на груди,
Я все шепчу тебе: родная,
Пожалуйста, не уходи.
Она любила в нем надменность
И очерк слишком гордых губ,
За то, что расточая нежность,
Все же бывал он с нею груб.
За то, что он, ее целуя,
Тех поцелуев не считал.
За то, что ей стихи даруя,
Он слишком многим их читал.
За дивно наглую усмешку,
За взгляд холодных серых глаз,
За вечную куда-то спешку,
За брошенный в лицо отказ.
За то, что танцевал с другими,
За то, что счастья не искал,
За то, что дни были пустыми,
Когда он где-то пропадал.
За то, что был в себе уверен,
За красоту его лица
И за любовь, которой верен
Он оставался до конца.
Тихий ветер. Вечер сине-хмурый.
Я смотрю широкими глазами.
В Персии такие ж точно куры,
Как у нас в соломенной Рязани.
Тот же месяц, только чуть пошире,
Чуть желтее и с другого края.
Мы с тобою любим в этом мире
Одинаково со всеми, дорогая.
Ночи теплые, — не в воле я, не в силах,
Не могу не прославлять, не петь их.
Так же девушки здесь обнимают милых
До вторых до петухов, до третьих.
Ах, любовь! Она ведь всем знакома,
Это чувство знают даже кошки,
Только я с отчизной и без дома
От нее сбираю скромно крошки.
Счастья нет. Но горевать не буду —
Есть везде родные сердцу куры,
Для меня рассеяны повсюду
Молодые чувственные дуры.
С ними я все радости приемлю
И для них лишь говорю стихами:
Оттого, знать, люди любят землю,
Что она пропахла петухами.
Я долго убивал твою любовь.
Оставим рифмы фирменным эстетам.
Не «кровь», ни «вновь» и даже не «свекровь»,
Ни ядом, ни кинжалом, ни кастетом.
Нет, я повел себя как дилетант,
Хотя и знал, что смысла нет ни малости
Вязать петлю как карнавальный бант,
Что лучше сразу придушить из жалости.
Какой резон ребенка закалять,
Когда он изначально болен смертью?
Гуманней было сразу расстрелять,
Но я тянул, я вдохновенно медлил
и как-то по частям спускал курок
В позорном малодушии надеясь,
Что скучный господин по кличке Рок
Еще подбросит свежую идею.
Но старый скряга под шумок заснул;
Любовь меж тем росла, как человечек
Опустошая верности казну,
И казнь сложилась из сплошных осечек.
Звенел курок и уходила цель,
И было неудобно догадаться,
Что я веду с самим собой дуэль,
Что мой противник не желает драться.
Я волновался Выстрел жил лет пять
Закрыв глаза и шевеля губами
Чему смеешься -Рифмы нет опять
И очередь большая за гробами.
Милый, хороший, ну что ты опять на пафосе?
Села зарядка на сотовом, или кушаешь?
Чувства как дети — им нужно менять памперсы,
Грудью кормить, а потом творожком «Агушею».
Мне всё мерещатся в полночь плохие случаи,
Про седину и про злое ребро бесовское.
Ты же такой у меня нереальный пупсичек,
Падаешь на колыбель со своими сосками.
Как мне уверовать в притчу, что это — мелочи?
Как мне, Малыш, над тобой не дежурить издали?
Если б любовь была голубоглазой девочкой,
Многие люди ее бы давно отпиздили!
Сола Монова, 2011
Нет, я не "против", но не "за".
Мне, право, не нужны поклонники.
Серебряная стрекоза
Лежит на пыльном подоконнике.
Влетела в небольшую щель,
Разведчиком с двумя моторами.
Отскакивала от вещей
И упокоилась за шторами.
Я пробовала изловить,
Не повредив прозрачных лопастей,
Но только локоть до крови
О дверь разбила по неловкости.
Недвижно стрекоза лежит -
Так больно за такого малого.
Бери серебряную жизнь -
Булавкой на пиджак накалывай.
Любовь, что комната, мой друг.
С окном, и с дверью, и с подушками.
Влюбленные умрут к утру,
Отыщут щёлки равнодушные.
Я видела твои глаза,
Но самолюбия не тешила.
Ты - может быть и стрекоза,
Но только мимо пролетевшая.
Он сказал "я люблю тебя" на перроне,
Щелкнув мнимыми крыльями за спиной.
[Раздарил свои вечности посторонним,
Но оставил минуту - побыть со мной.]
Рельсы, семечки, дым, шелуха акцентов,
Подстаканник, казенная простыня...
Пусть минута - особая драгоценность,
Но на вечность минуту не обменять!
Он сказал мне: "Любить никогда не поздно. Потребление - тьма, а духовность - свет.
В этой нашей минуте - открытый космос.
Просто чувствуй и верь... и любви в ответ. Отрекись от мещанского - мысли шире! -
Не от бед, а от крыльев болит спина.
На минуту мы стали с тобой большими -
Значит будет что вечностью вспоминать!"
Он, конечно, возвышенный - я простая.
Моя миссия - слушать, да потакать.
Он сказал:" Я люблю тебя,-" и растаял.
Береги его, Господи,
мудака!
Слишком много знакомых и просто хороших людей,
Новых лиц хоровод завлекает, танцует, кружится
Слишком мало действительно лучших и верных друзей,
На которых возможно везде и во всём положиться.
С другом можно молчать, он всегда понимает без слов,
И не видеться долго — неделями, даже годами,
Ведь ни время, ни острые шпили чужих городов
Никогда не разрушат связные мосты между Вами.
Друга можно простить. И пускай он стократно не прав,
Улыбнувшись в ответ, никому мы не сделаем хуже.
Очень важно в какой-то момент удержать за рукав
Тех, кто дорог нам, истинно близок, приятен и нужен.
Дружбу надо ценить, но не только в периоды гроз
Вспоминая о ней, когда счастье струится слезами,
Мы всего лишь оплатим любовью вступительный взнос
В то богатство, что скромно в народе зовётся друзьями.
Любовь — это наркотик. Поначалу возникает эйфория, легкость, чувство полного растворения. На следующий день тебе хочется еще. Ты пока не успел втянуться, но, хоть ощущения тебя нравятся, ты уверен, что сможешь в любой момент обойтись без них. Ты думаешь о любимом существе две минуты и на три часа забываешь о нем. Но постепенно ты привыкаешь к нему и попадаешь в полную от него зависимость. И тогда ты думаешь о нем три часа и забываешь на две минуты. Если его нет рядом, ты испытываешь то же, что наркоман, лишенный очередной порции зелья. И в такие минуты, как наркоман, который ради дозы способен пойти на грабёж, на убийство и на любое унижение, ты готов на все ради любви.
Сменить бы имя, аватар и ник,
И удалить частично переписку,
Переписать всю жизнь на чистовик,
Оставить самых преданных и близких.
Почистить наконец-то телефон,
И удалить навек из «исходящих»,
Того, кто притворялся, что влюблен,
Ошибочно казался настоящим
Переиграть бы в новом дубле роль,
Да так отлично, чтоб вручили «Оскар»,
А к сердцу навсегда сменить пароль,
Создать для жизни новые наброски.
Чтобы счастливым был любви финал,
Чтоб рядом были дорогие люди,
Чтоб прошлое с улыбкой вспоминал,
И не боялся «что же завтра будет?»
Со знающих всегда огромный спрос,
И может у кого-то есть протесты,
Но знаешь, меня мучает вопрос,
А ты в чистовике достоин места?
А завтра все дружно напишут про осень...
А завтра все дружно напишут про осень,
Про желтые листья, про дождь и прохладу,
Про то, что спускаются сумерки в восемь,
Что пасмурным дням люди в целом не рады
А завтра напишут, что кончилось лето,
Что быстро прошло и назад не вернется,
Напишут про курточки, шапки, береты,
Про то, что безумно скучают по солнцу
А завтра все сменят заглавное фото,
Друг другу отправят открытки на стену,
И сухость листвы назовут «позолотой»,
И дождь со слезами сравнят непременно!
А завтра все дружно напишут про осень,
Про чай с бергамотом и шарф из мохера,
Про то, как там ветер куда-то уносит
Вчерашние чувства и листья, к примеру
А я промолчу! Этот год — исключение!
Отдам эту тему влюбленным поэтам.
Ведь ты не любовь, ты мое увлечение
Хорошее все-таки выдалось лето!
Приходи! Помолчим о забытых мечтах,
Помолчим о проблемах, делах и погоде,
Приходи! Я надену то платье в цветах,
Что ты очень любил, хоть оно было вовсе не в моде!
Приходи! Погрустим об ушедших друзьях,
Об утраченных шансах и нами разбитой посуде,
Приходи! Расскажу о своих сыновьях,
Ты о дочке А вот о партнерах не будем.
Приходи! И скажи, что полвека — пустяк!
Что с тобою в душе мы все те же шальные подростки!
Приходи, у меня есть лимон и коньяк,
Соберем наше прошлое в кучу по крошке, по горстке
Приходи! Ты по-прежнему милый мой друг!
Время нас развело, но навек разлучить не сумело.
Приходи! И губами коснись моих рук,
Как тогда, очень нежно и как-то несмело
Приходи! Вырви сердце из тесной тюрьмы,
Поделись своей радостью, грустью и болью,
Приходи, погрустим, что друг другу не мы,
Стали в жизни той самой большою любовью!
Она зашла, спросила: "Можно чаю?",
Смотрела на меня и улыбалась...
Следила, как заварку наливаю,
Рукой о стенки чашки обжигаясь...
Она пила короткими глотками.
Молчала. Ничего не говорила...
Лишь иногда зелеными глазами
Мой интерес задумчиво ловила...
"Еще налить?", "Спасибо, я согрелась.
Я просто так зашла - замерзла очень!
Ну, все, пока. Я что-то засиделась.
Ты видел, как прекрасна эта осень?"
"Останься, - прошептал - я так скучаю..."
Она опять задорно засмеялась:
"Я больше в эти игры не играю,
Прощай, и так я что-то разболталась!"
Она ушла А теплота осталась -
Духов горчинка и цветочный мед...
Ее спросили к телефону Сердце сжалось -
Ответил, что Любовь здесь не живет!
Задумчиво смотрел еще на трубку,
Осознавая, всё - она ушла..
И мир сломался, как яичная скорлупка
И в глубине заплакала душа...
Я рядом, за спиной, мой капитан!
Твоя рука ласкает гладь штурвала,
А за бортом бушует океан,
Стараясь напугать размером вала...
«Ты сумасшедший! - весело смеюсь,
Любуюсь загорелым стройным телом, -
Ты сильный! Я с тобою не боюсь,
И доверяю жизнь свою всецело!»
А ты, пыхтя вишневым табаком,
Оскалишься, пуская дым колечком,
С хитринкой взглянешь на меня мельком,
Да так, что застучит в груди сердечко:
«Не дрейфь, волчица! - стукнешь по плечу. -
Не зря же мы с тобой морские волки!
Я по волнам судьбы с тобой лечу
И разбиваю волны на осколки!»
Я рядом, за спиной, мой капитан!
Мой волк соленый, мой любимый дьявол!
Когда затихнет к ночи океан
Ты мне расскажешь все, куда ты плавал...
Я все отдам за эту ночь любви,
Пришедшую из прошлого охоту,
Когда прошепчешь: «Океан останови!
Таких как ты, еще не видел сроду!»
Я рядом, за спиной, мой капитан!..
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Любовь» — 10 000 шт.
