Цитаты в теме «мир», стр. 191
Обнимай в последний раз, помни
Эту странную привязанность между
Я хочу, как деревце, корнем
Прорасти в тебя сейчас сквозь одежду.
Отпускать тебя при всех сложно,
Больно губы искусать, но сдержаться.
Я не знаю, что нельзя-можно.
Ты — предатель, вот и все, если вкратце.
Забирай себя с собой. Проще.
Где-то встретимся, скажи «обознался».
Изменю прическу и почерк,
Засверкает новый статус на пальце.
Я хочу казаться прохладной,
Дамы смотрят на тебя с интересом.
У меня хороший вкус, ладно,
Уходи. Мы повторимся. Мир тесен.
Ответь мне, Бог, скажи, ты где?—
Я в тверди, воздухе, воде.—
Бог, расскажи, как мир создать?—
Ты слишком глуп, чтобы понять.—
Скажи мне, Бог, за что страдаем мы?—
Вы для страданья рождены.—
Ответь, за что, кто в этом виноват?—
Жизнь без страдания — не жизнь, а ад.—
Тогда скажи,Что «жизнь», что «смерть»?—
Ты сам узнаешь все, поверь!—
Прошу ответь, в чем самый страшный грех?—
Любить себя и ненавидеть всех.—
Тогда ответь,Что есть любовь?—
Любовь — есть жизнь, а жизнь — любовь.—
Ответь мне, Бог, скажи, ты где?—
Во всех, и в том числе — в тебе.
Всё это игрушки, мой мальчик: бирюльки, насмешки,упреки, лапта, чехарда, «не вернусь», «подожди»,«я очень скучаю», а после прощания в спешке, — мы бредили летом, а нынче ветра и дожди. Всё это случайность, мой мальчик: столкнуться на трапе,тот миг угадать для звонка, когда ты не один,понять, продолжать говорить, своей боли потрафив, — мне, в общем, на это плевать, лишь бы ты приходил.Всё это неправда, мой мальчик: принцессы, драконы,твои обещания, пегас, слово «мы», волшебство. В игрушечном мире свои непростые законы:ты делаешь ход, нажимаешь на таймер и время пошло.
В наушниках тихо играет блюз, про то, что «сегодня» кипит ключом
Ты знаешь, я просто тебя люблю, ни грамма не думая ни о чем;
Какая мне разница, где и с кем проводишь ты ночи свои и дни,
Меня перемкнуло на сотне клемм и закоротило тобой одним.
Потом разметало по всем мирам, в которых витала твоя душа —
И вновь возвратило к тебе, как в храм, безумные мысли легко смешав
С запутанной памятью сотен лет, немыслимой мудростью древних дней.
Мой ласковый ясный и чистый свет, мой мир согревающий все нежней
Вот — столько бы выплеснуть, а слова — они замирают у самых губ,
Их только-то высказаться едва хватает, и веришь ли — не могу
Но — лягу, как ладан, тебе в ладонь, просыплешь в курильницу — задымлюсь,
Стекая стихами на твой огонь. В наушниках тихо играет блюз.
Дети уходят из города
К чертовой матери.
Дети уходят из города каждый март.
Бросив дома с компьютерами,
Кроватями, в ранцы закинув
Диккенсов и Дюма.
Будто всегда не хватало
Колючек и кочек им,
Крадутся оврагами,
Прут сквозь лес,
Пишут родителям письма
Кошмарным почерком
На промокашках, вымазанных в земле.
Пишет Виталик:
«Ваши манипуляции, ваши амбиции,
Акции напоказ можете сунуть
Я решил податься
В вольные пастухи.
Не вернусь. Пока!».
Пишет Кристина:
«Сами учитесь пакостям, сами играйте
В свой сериальный мир.
Стану гадалкой, ведьмой,
Буду шептать костям
Тайны чужие, травы в котле томить».
Пишет Вадим:
«Сами любуйтесь закатом
С мостиков города.
Я же уйду за борт.
Буду бродячим уличным музыкантом.
Нашел учителя флейты: играет, как бог».
Взрослые дорожат бетонными сотами,
Бредят дедлайнами, спят, считают рубли.
Дети уходят из города.
В марте. Сотнями.
Ни одного сбежавшего не нашли.
Вы не из тех, кто падает с моста,
Чтоб жизнь закончить с чистого листа,
Вы просто сосчитаете до ста —
И до утра: Вы знаете места.
А утром Вы начнёте, где вчера
И к Магомету спустится Гора,
А всё, что остаётся за бортом —
Пусть воду пьёт — и никаких потом —
Потом — и суп с котом, и куры в ощип,
А Ваше всё останется при Вас,
Плюс я, как что-то тёплое на ощупь,
И две других, приятные для глаз.
Плюс целый мир — без края и конца,
И взять его легко, зайдя с торца.
Вы будете молиться перед сном
Тому, кто запустил Ваш метроном,
А мясо Вам захочется сырым
Вы знаете, куда ведут дороги в Рим.
Надели меня, Господи, силой
Как давно я с тобой не общалась,
Не шепталась ночною порой.
И молитвенно не признавалась
В том, что вновь набралось за душой.
Увлеклась, как девчонка, стихами
О романтике прожитых лет.
Обросла незаметно грехами,
И в груди покаяния нет.
В прелесть впала, духовно ослепла,
Фарисействую, мало молюсь.
Возродиться, как Феникс из пепла,
Не успеть, Боже мой, я боюсь.
А сегодня ты вдруг постучался
В моё сердце, в мой мир суеты.
Потому что меня ты заждался,
За меня растревожился ты.
Стих во славу твою — не забава,
Я тружусь, как и прежде, поверь!
Твоё Царство и сила, и слава
Как маяк, предо мной и теперь.
Взоры грешных к тебе обращаю
Тихим Светом твоим, красотой.
Ты во мне, но Тебя не вмещаю
По частицам делюсь я тобой
Ты прости меня, Боже, помилуй,
Я грешна, нерадива, слаба.
Надели меня, Господи, силой,
Да твоя не погибнет раба!
Когда устанешь так от суматохи дней,
Что белый свет тебе покажется в копейку,
Соблазн преодолей — жалеть себя не смей,
И не вини во всем судьбу свою — злодейку.
Поверь, что мир вокруг совсем не так уж плох,
Как нам его чернят зловредные кликуши,
Людей достойных больше, чем пройдох,
Ведь ангелы не зря спасают наши души.
Уверен будь — пройдут безрадостные дни,
Не долго на душе задержится ненастье,
Но горечь от невзгод ты в памяти храни
И будешь точно знать — в чем нашей жизни счастье.
Душа у ребёночка нежная-нежная
Связь с Богом крепка, потому, он и чист!
Любовь в его сердце настолько безбрежная,
Что сам он, как солнышко, ярко-лучист!
Душа у ребёночка светлая-светлая!
Как ангелы, деточки в мире живут
Улыбка, как зорька весной — предрассветная,
Её, они с радостью всем раздают!
Душа у ребёночка чуткая-чуткая
И ссоры все чувствует, кроха, в себе
Так пусть не заплачет создание хрупкое,
От папиных с мамой разборок в семье
Душа у ребёночка чистая-чистая
Способна весь мир беззаветно любить!
Сердечко ребёнка во всём бескорыстное
У деток нам нужно учиться, как жить!
Над заливом — ветер... Что за ветер!
На березе — лист... Ах, что за лист!
Кто совсем не думает о смерти,
Тот не знает, как прекрасна жизнь.
Что мой век для мира? Лишь минута.
Что мой век? Как в кулаке — вода...
Хочется заплакать почему-то
Так, как я не плакал никогда.
Ощутив, как необъятна Вечность,
Зная краткость своего пути,
Дней страшусь, растраченных беспечно,
Больше, чем последнего «прости».
Но душа тесна любви разливу,
И уже шевелит губы песнь.
Мать честная! Я такой счастливый!
Хорошо, что я на свете есть.
В светлом небе лунная камея
Понапрасну зазывает мглу.
Знаю я, что многое умею,
Верю я, что многое смогу.
Над заливом — ветер...Что за ветер!
Лодку бы да парус...Плыть и плыть...
Чаще надо вспоминать о смерти.
Не затем, чтоб плакать, — Чтобы жить.
Давай уже, зима, монтируй этот клип:
Уютный интерьер и елку у камина
Актер, конечно, влип, жерар его филипп,
Двенадцатый ремейк — не сказка, а рутина.
Пускай несется вскачь, фанфан его тюльпан,
Целует королев и бегает по крышам —
То краска, а не кровь из свежих льется ран,
А внутренний озноб невидим и не слышим
Давай уже, зима, рассыпь свой нафталин,
Строгай свой оливье из шуток и мелодий,
Надень на лысый мир парик под мерилин —
Он выдаст на ура любимое в народе
«I wаnna итэдэ» Снимай свое кино,
Пока танцуют все по кругу и привычке
Не дай им разглядеть за смехом и окном
Последнее тепло, дрожащее на спичке.
Ноктюрном лунным спустится Геката,
Снимая с тайн полночную печать -
Молчанье губ ни в чём не виновато,
Где лишь стихам позволено дышать.
Где в звёздной бесконечности пространства
Ушедших раньше слышатся шаги,
Где время - эталон непостоянства
И жизни, и поступков, и любви.
Пусть тикают секунды безмятежно,
Снежинки льнут к вспотевшему стеклу,
Но всё ещё тепла твоя одежда,
Лежащая небрежно на полу.
Ты спишь и улыбаешься беспечно -
Без ежедневно сдержанных купюр,
И слушать я готов наверно вечно
С ночного неба льющийся ноктюрн.
Всё в этом мире - встречи и утраты,
Всё в этой жизни - плата по счетам,
Но разве мы с тобою виноваты,
Что счастье нас находит по ночам?
И обнажаясь телом и душою,
Дыханью веришь больше, чем словам...
Какое счастье засыпать с тобою,
И просыпаться рядом по утрам.
К черту все! Я не верю в любовь.
С этих пор в моих жилах Лед, а не кровь.
С этих пор я Синяя Борода.
С этих пор я ненавижу когда
Кто-то душу свою отдает на заклад,
Кто-то искренне верит, но будет распят.
И святая постель затоптана в грязь,
И сгорела душа, и разорвана связь,
И готовы проклятью подвергнуть любя,
Но я не могу без тебя!
Ты как яд, как наркотики, как алкоголь,
Как приятная слабость, как сладкая боль,
Ты доступна, как блядь, но глядишь с высока,
Потому что весь мир существует пока
Кто-то душу свою отдает под заклад,
Кто-то искренне верит, но будет распят,
И святая постель затоптана в грязь,
И сгорела душа, и разорвана связь,
И готовы проклятью подвергнуть любя,
И я не могу без тебя!
Мадам, я Вам не кролик!
Позвольте Не позволю!
А как же, да никак,
Мадам, я вам не кролик
И даже не ишак,
Поездили, и хватит
Использовать меня,
Не плот я и не катер,
Не лох, не размазня!
В зубёнки — сигарету,
А в горло двести грамм,
Пойду гулять по свету
Без вас, без вас, мадам;
Щипну попень девчонке,
Поглажу грудку ей,
Очищу песней бронхи
Среди ночных аллей!
Не стар я и не молод,
Но, видно, на века
Желанием проколот
От пят до мозжечка;
Легка любовь подруги
(Случайной!) на пути,
А вам за секс услуги
Плати, плати, плати!
Позвольте не позволю!
А как же, да никак,
Пока мы центнер соли
Не съели натощак,
Уйду я мир лохматить,
Искать свой пирожок,
А не жевать в кровати
За деньги ваш сосок!
Мне б в объятьях твоих забыться,
Мне б дыханье твое — просто рядом,
Прикоснуться рукой — насладиться,
Вихрь чувств, чтоб звездопадом.
Мягкий свитер, щека небритая,
Ты — весь мир, сплошь из контрастов.
Кофе свежий, корица душистая —
У тебя миллион ароматов.
В каждой фразе и пламя, и ласка,
А в движениях импульс и такт,
Хитрость вновь или добрая сказка?
Что хранит твой прищуренный взгляд?
В этот вечер на все я готова,
Хочешь верь мне, а хочешь, не верь,
Только ты не смотри туда снова,
Не смотри на разлучницу дверь.
Эта осень и вечер в субботу
Нам так много любви сберегли,
Мягкой музыки страстные ноты,
Сумерки, дождь, я и ты.
Никогда не следует забывать, что все действительно великое в этом мире было завоевано отнюдь не коалициями, а являлось результатом успеха одного единственного победителя. Успехи, достигаемые в результате коалиции, уже в самих себе несут зародыш будущего дробления сил, а тем самым и потери завоеванного. Великие, действительно мировые умственные революции всегда являются продуктом титанической борьбы отдельных строго отграниченных друг от друга лагерей, а вовсе не делом коалиций.
Наше новое, собственное, патриотическое государство возникает отнюдь не в результате компромиссных соглашений того или иного патриотического блока, а только в результате стальной воли нашего собственного движения, которое проложит себе дорогу против всех.
Вам случалось любоваться Матрицей? Ее гениальностью Миллиарды людей живут полноценной жизнью во сне. Знаете, ведь первая Матрица создавалась как идеальный мир, где нет страданий, где все люди будут счастливы. И полный провал. Люди не приняли программу, всех пришлось уничтожить. Приятно думать, что не удалось описать идеальный мир языком программирования, правда, я считаю, что человечество как вид не приемлет реальность без мучений и нищеты. То есть утопия — лишь игрушка, которой до поры тешился ваш примитивный разум. Поэтому Матрица стала такой. Воссоздан пик вашей цивилизации. Именно вашей цивилизации, ведь когда машины начали думать за вас, возникла наша цивилизация. Так, собственно, и произошел переворот. Эволюция, Морфеус, эволюция. А люди — динозавры. Посмотрите в окно. Это — закат человечества. Мы уже здесь хозяева, Морфеус. Будущее — за нами.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Мир» — 9 702 шт.
