Цитаты в теме «ночь», стр. 54
Они ехали в опустевшем от уныния метро. Такие одинаковые и одновременно разные души две неизведанные планеты, но один увлекающий космос. Что их связывало, что их отталкивало вот уже многие десятки лет? Ложь. Ложь в их глазах. Пелена, которая окутала голубые зрачки, придав им пепельный оттенок. Похожие внешне, похожие внутри. Банально. Но так чертовски уникально. Кто может похвастать перед друзьями, что у него есть награда. От бога, от жизни, от солнца так надо. Да. Но ты спроси: А точно ли надо? Это удобно быть частью кого-то Вот тебе ласка, нежность, забота. Но это ли надо промерзшею ночью? Да, да, да – воскликнут друзья! Я это хочу, вот это мне надо. Но где-то внутри, там где золото храма, плачет уставшее семя оно жаждет правды. Но оно затоптано грязью обмана. Ему нет выхода, только лишь вера, что будет увидено чистое небо. А тут снова родные глаза. И пепел как искры. Ты видишь как змейкою мысль струится
Давай переспим,
Без обязательств,
А прошлое наше, к черту
Ты мне позвони,
Жду встречи завтра,
Дерзко накрашена,
В черном
Представь себе я,
Уже не твоя,
Свое от любила, будто
Я, лжи не боясь,
Любила тебя,
И помню все это,
Смутно но я отомщу,
Всей страстью своей,
Считай, что я стала,
Смелой я встреч не ищу,
Вернись лишь на день,
Со мною, что хочешь,
Делай потом пропаду, а ты вспоминай,
Той ночи прощальной,
Позы я словно в бреду,
Но ты не узнаешь,
Измен не прощаю, поздно
Существует Санта Клаус или нет, я не поэтому люблю Рождество. Когда я был ребенком, независимо от того, как бы плохо ни обстояли дела, моей матери всегда удавалось сделать рождественский сочельник волшебным. Каждый год она разыгрывала «Щелкунчика». И я думал, что если она делает это в нашей крохотной квартирке, когда мы совсем одни и у нас почти нет денег, это давало мне надежду, что все образуется. Я люблю это чувство, это ощущение надежды. Знаешь, это безумие. В одну из самых коротких и темных ночей года люди всех религий отмечают торжество света. Плюс, кто же не любит подарки?
Я знала, что такое холода
И стылые комочки недоверья
Когда, срываясь, падает звезда,
И ощущаешь вдруг её потерю
Желание не можешь загадать
Летит всё в пропасть, к черту на кулички
И остаётся терпеливо ждать,
Хоть взломано всё грубо, без отмычки
А где-то рядом бродят миражи,
Раскрашенные черно-белым цветом
Такое состояние Души:
Зима в разгар горячечного лета
И только плач бессонниц по ночам
А боль расплавлена на сотни мелких сгустков
Лицо подставив солнечным лучам,
Мгновенье ловишь: вот сейчас отпустит
Латаешь раны наспех, впопыхах
Бессмысленность становится мечтою
И только страх Холодный липкий страх
Рвёт в клочья крылья за твоей спиною.
Слышишь вздох, навсегда уходящего года?
Он исчезнет за тюлем рифмованных строчек
Будет в старой тетради помечен как «годен»,
Оставляя на памяти вычурный росчерк
Помнишь, год уходящий был сплошь високосным?
Всё по правилам, всё, как положено, в общем
И на день было больше нелепых вопросов
И на целую ночь мне тебя было больше
Знаешь, как я его каждый раз провожаю?
«А ступай-ка ты с миром», — и ручкой — вдогонку
Интересно, у нового — острое жало*?
И какою душевная будет погода?
Хочешь, просто поверить в банальное чудо?
Надо срочно успеть загадать на прощанье
Будет всё хорошо Обязательно будет!
Где-то там, наверху, мне уже обещали.
Эти чувства как белый снег,
Как хрусталь прозрачно-возвышенны,
Это сладостный, сладостный грех,
Что срывает ночами крышу мне
Эти розы и кровь на руке,
Это голос Бога, Всевышнего,
Как плаксивый дождь в сентябре,
Поцелуй такой сладкий с вишнями
Эти нежные руки, печаль,
Эти звуки, тона повышенные,
Это пища Богов, Святой Грааль,
Там где райские ветви колышутся
Эти нежные голоса,
Словно ласковый шелк, мне слышатся,
Это звёзды в её волосах,
Скалки сердца на порох крошиться
Это тонкое чувство — грусть,
Это мудрости нежная вышивка,
В иной мир исчезаю, пусть,
Поднимите-ка душу повыше мне.
За любовь не сходишь в ресторан,
Не такси не сядешь, а тем паче,
Не пойдешь за пламенного мачо,
Если вместо долларов — банан
За любовь не снимешь для утех,
Номер рядом с морем в гранд-отеле,
Не заставишь прекратиться снег,
Белый белый белый белый белый
За любовь не съездишь в Сешеа,
От любови вянут помидоры.
Если нет в кармане ни гроша,
Много тогда толку от любови?
За любовь не купишь на обед
Мяса, зелени, крупы и кукурузы,
Не сойдет в ночи волшебный свет:
Нету денег — значит, нету музы
Кто ж сейчас полюбит просто так?
За бесплатно сиганет в огонь и воду?
Что ни говори, но факт есть факт:
Всё равно хватает идиотов.
Клацал пультом, набрёл на Тинто Брасса,
Час по втыкал, подумал, всё напрасно.
Я медленно плыву, а надо брассом,
Всё тускло так, а надо больше красок.
Я весь открыт, а надо больше масок,
Играть на публику, за это платят куш,
И я играю и походу даже классно,
Сегодня я Обама, завтра Буш.
Включаю лампу, она светит еле-еле,
Открыл окно, открылся свету звёзд,
Таких блестящих штучек, белых,
Белых, а млечный путь — Это река жемчужных слёз
Рассеян мрак, луна сошла с орбиты,
Настал рассвет, да-да, я ждал именно это,
Ведь смена дня и ночи это символ того,
Что злое смоют силы света.
Как-то вот мне кушалось,
Оладью за оладьей,
Корабли плыли по небу,
Белой, быстрой ладьей,
Мысли лезли странные,
Да такие, мать их,
Думал, если б тёлкой был,
То белобрысой бл*дью
С красной мелкой сумочкой,
И мобилкой Vertu,
А бойфренда моего,
Звали бы — Роберто,
А второго — Джонни Болт,
Третьго — Герасим,
А четвертого ваще б,
Звали просто — Вася
А любовника — Артур,
А соседа — Жора,
Я бы пользовалась им,
Вместо массажера,
Ну и что, что говорят,
Да она — шалава!
Мне то что? Главней всего,
Я солнышко у мамы
За спиной моей, кхм,
То кричат, то ропщут,
И завидуют, аж страх,
И голову морочат,
Уплетал я ужин в ночь,
Оладью за оладьей,
Был бы девушкой, кароч,
Точно был бы бл*дью
Утро, тапки, солнце, встал,
Ванна, кушать, кухня, кран,
Зубная щетка, зуб, стакан,
Кроссовки, куртка, одевал
Улыбнулся, брать, билет,
Кондуктор, зло, велосипед,
Метро, жетон, толпа, народ,
Крик, нога, удар, урод
Протокол, писать, менты,
Погоны, клетка, всё, кранты,
Дубинка, плохо, получил,
Удар, ребро, кулак, очки
Пришел, работа, опоздал,
Шеф, зарплата, деньги, штраф,
Пахал, устал, идти, пора,
Вечер, пиво, дом, семья
Ужин, вилка, чай, сосиска,
Детки, спатки, жена, сиська,
Ночь, кошмар, темно, поспал,
Утро, тапки, солнце, встал.
Карамельно-красный закат,
На твоих мармеладных губах,
Я тебе словно тортику рад,
Ты нужна мне как бомбе ба-бах
Жуй свой орбит и дудли спрайт,
Говори мне, что всё тщета,
Тебе кажется всё «all right»,
Но любовь как в гранате чека
Если рожу мне скорчит рок,
Или мир вдруг накроет войной,
И на землю сойдет пророк,
Я хочу умереть с тобой
Шоколадно-черная ночь,
Явит снов очень сладкий десерт,
И поставив на стоп Papa Roach,
Ты нажмешь слева кнопку insert
И как будто бы в сердце укол,
Словно грипп ни с того ни с сего,
Ты поймешь, что я твой рок-н-ролл,
И люблю тебя больше всего Табуретка,
Шампунь и петля,
Слёзы, крики, вселенская грусть,
Ты мне скажешь, что любишь меня,
Я открою глаза и проснусь.
Обнимайте друг друга почаще и дарите друг другу тепло, пусть глаза на вас люди таращат — обнимайтесь всем бедам на зло в лютый зной и в холодную стужу, каждый день, каждый час, каждый миг, обнимайте друзей и подружек, обнимайте любимых своих как ночами Лауру Петрарка, сладкой дымкою вычурных фраз, ты не знаешь, что ждет тебя завтра, обнимай как в последний раз обнимайте друг друга почаще, зажигайте друг в друге огни, если кто-то чего-то вдруг плачет, подойди к нему и обними обнимай своих маму и папу, всех, всех, всех попытайся обнять, чтобы мир начал меньше плакать, и в улыбке стал больше сиять а потом разрываясь на части, кто-то, в страсти порывах кипя, до краев переполненный счастьем, подойдет и обнимет тебя.
Витают по улице Гуччи и Кензо,
И люди по улицам бродят обильно.
Но нас с тобой глючит — реально, бомбезно,
Ведь я тебя сильно, и ты меня — сильно
Прости же нас, Боже, прости нас, Всесильный,
И дай нам свободы и силы жить дальше,
Подай с неба знак на убитый мобильный,
Подай нам любови, избави от фальши
За руки друг дружку, и вдаль по дорожке,
И я улыбнусь тебе в тридцать два зуба,
И вдруг назову тебя ласково: «крошкой»,
А ты назовешь меня ласково: «бубой»
Нас вечер согреет холодной луною,
Но прежде закат окропит алой дымкой,
Пусть люди уйдут, и мы души откроем,
И ночь нас укроет плащом невидимкой
И руки полезут под тонкую майку,
Язык с языком в греко-римской сплетется,
И сердце, гонящее импульсов стайки,
Одно на двоих поделить нам придется
И Бог нам на миг приоткроет порталы,
Где стразами небо покрытое стильно,
И мы растворимся в далеких анналах,
И я прошепчу как же я тебя сильно.
НЕ НАЗЫВАЙ ЛЮБОВНИЦЕЙ МЕНЯ!
Никто вокруг не сможет мне помочь,
Но не просила я тебя ни разу
- Не уходи, когда наступит ночь!
Я без тебя твердила эту фразу.
Не называй любовницей меня.
Любимый мой!
Любимая тебе я!
Ведь мы вдвоем на протяженье дня.
И знаю я – нельзя любить сильнее!
Ты мечешься, запутанный такой,
И чувствами, и пониманьем долга.
Неважно, где мы встретимся с тобой.
Когда мы вместе – мы как будто дома.
А сколько будет длиться наша связь
Никто не знает точно в этом мире.
Хочу любить открыто, не боясь.
Хочу с тобою жить в одной квартире.
И ждать друг друга мы не устаем.
Нам помогает в этом наша тайна.
И, если есть любовь, то мы вдвоем
Ее однажды встретили случайно.
Я научилась забывать вчера.
И, если надо, стать смогу иною.
Но ты хоть раз останься до утра.
Хочу себя почувствовать женою
ЖЕНЩИНА-КОШКА
Я- женщина-кошка. Гуляю по крыше,
Ведь крика здесь точно никто не услышит.
Я выпила ночь. Упаду теперь в небо.
Не жаль, превратиться реальность пусть в небыль.
В мечтах утонула загадочно-странных -
Звезда на ладони. Все словно в тумане.
Сбежав в никуда, окунулась я в пропасть,
Туда, где слова все - простая условность.
Земля остывает от снов и желаний,
А мысль пролетевшая просто случайность.
Я падаю вверх вне земного закона,
Все ощущения забыто-знакомы.
Дома в облака улетают куда-то...
Ну вот, приземлилась. Опять на все лапы...
Я вновь позабыла, что сущностью - кошка,
А женская внешность всего лишь обложка.
Но как же заманчиво чувство полета!
Еще девять жизней. Попробую снова!
А если я скажу, что я любил?
Так честно, так доверчиво открыто,
Что не хватало ни чернил, ни сил,
Ни красок, ни отчаянных улыбок,
Сказать — тебе. Отдать.
Все, все — к ногам.
И сердце, и огни ночного неба,
И музыку, и шепот по ночам,
И жар огня, и ломкий холод снега
Все, все — тебе. Твоим глазам, рукам,
Душе твоей, исписанной стихами
Я так любил, так верил я словам,
Звучащим сквозь судьбу мою годами.
Я так любил, вкричав тебя в себя,
Я так любил, уверенно и вольно,
Как эти дни в крови моей саднят,
И как терять все это будет больно
Ты помнишь снег, промокший плеер?
И мы гуляли до утра,
О, как я был в себе уверен,
Как целовал овал лица.
Ты помнишь ночи разговоров?
Мы не могли тогда уснуть,
Между признаний, песен, споров
К любви прокладывая путь.
Ты помнишь лето? Небо, травы,
Одежду нашу на полу?
Дыхание на две октавы
И долгий танец на ветру.
Сейчас зима. Замерзли руки
И снег скрипит уже в душе.
Пора бездействия и скуки,
Пора остаться в тишине,
Стереть из сердца отпечаток
Касающихся нежно губ.
Пора шарфов, пора перчаток,
Пора дымящих в звезды труб.
И почему-то так тоскливо,
Пить чай и просто вспоминать
О том, что это было, было
И не давало умирать.
И между сексом и работой,
В рутине надоевших дел,
Между свободой и заботой,
Бездомным зверем между стен,
Так между прихотью и раем,
Качая время на груди,
Я все шепчу тебе: родная,
Пожалуйста, не уходи.
Тихий ветер. Вечер сине-хмурый.
Я смотрю широкими глазами.
В Персии такие ж точно куры,
Как у нас в соломенной Рязани.
Тот же месяц, только чуть пошире,
Чуть желтее и с другого края.
Мы с тобою любим в этом мире
Одинаково со всеми, дорогая.
Ночи теплые, — не в воле я, не в силах,
Не могу не прославлять, не петь их.
Так же девушки здесь обнимают милых
До вторых до петухов, до третьих.
Ах, любовь! Она ведь всем знакома,
Это чувство знают даже кошки,
Только я с отчизной и без дома
От нее сбираю скромно крошки.
Счастья нет. Но горевать не буду —
Есть везде родные сердцу куры,
Для меня рассеяны повсюду
Молодые чувственные дуры.
С ними я все радости приемлю
И для них лишь говорю стихами:
Оттого, знать, люди любят землю,
Что она пропахла петухами.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Ночь» — 3 695 шт.
