Цитаты в теме «помощь», стр. 4
Я хочу, чтобы вы прекратили играть во все игры — мирские, духовные, абсолютно во все игры, в которые до сих пор играло всё человечество. Эти игры тормозят вас, они мешают вам расцвести, стать осознанным. Я хочу, чтобы вы избавились от всего этого мусора, который тормозит вас. Я хочу, чтобы вы остались одни, в полном одиночестве, потому что тогда вам будет не к кому обратиться за помощью, вы не сможете «приклеиться» к какому-нибудь пророку, и таким образом, у вас не появится идеи, что Гаутама Будда спасет вас. Только когда вы останетесь одни — в бескрайнем одиночестве — вам не останется ничего другого, как найти свой внутренний центр. Нет пути, некуда идти, нет ни советника, ни Учителя, ни Мастера. Это выглядит невероятно жестоко и сурово, но я делаю это, потому что люблю вас, а люди, которые этого не сделали, не любят и никогда не любили вас. Они любили только себя, им нравилось иметь большую толпу вокруг себя — и чем многочисленней была толпа, тем толще становилось их эго.
Не важно ведь, кто мы снаружи,
А важно, кто же мы внутри,
Пусть не черствеют ваши души,
И в жизни доброта царит
К чужому горю равнодушным,
Не будь и помощь окажи,
А Бог составит список лучших,
Не пропуская фальши, лжи
Жизнь ударяет бумерангом,
Сполна получишь, что отдал,
Она не любит интриганов,
И тех, судить кто моду взял
Пусть не черствеют наши души,
И в сердце доброта царит,
Не важен облик твой наружный,
А важно, кто же ты внутри.
Таковы все вы, люди! Лжете, претендуете на добродетели, которых у вас и в помине нет, и не желаете признавать их за высшими животными, которые их действительно их имеют. Зверь никогда не будет жестоким. Это прерогатива тех, кто наделен нравственным чувством. При помощи этого чувства он (человек) отличает хорошее от дурного, а затем решает как ему поступить. Каков же его выбор? В девяти случаях из десяти он поступает дурно. На свете нет места злу; и его не было бы совсем, если бы не вы со своим Нравственным чувством.
Беда в том что человек нелогичен, он не понимает, что Нравственное чувство позорит его и низводит до уровня самого низшего из одушевленных существ.
Твой блаженный осторов — мираж, я хочу, чтобы ты это понял. Тебе кажется, что на воле, среди рощ, лугов и пестрых стад, на просторе, возвышающем душу одиночеством, в горении безграничной любви ты устремишься вверх, будто дерево. Знай, самые стройные деревья, которые я встречал, выросли не на вольном просторе. Свободные не торопятся расти < > Растущие в девственном лесу, окруженные соперниками, крадущими у них свет, рвутся к солнцу вертикалью, похожей на крик о помощи.
И будет день.
И будет ночь.
И у меня родится дочь.
Я дам ей имя
И скажу ей всё, что знаю.
Я ей скажу, что мир неплох,
Хотя, быть может, и не «ох!»,
Но, что его задумал Бог,
Как самый лучший.
И научу стоять стеной,
И быть натянутой струной,
И взгляды чувствовать спиной —
На всякий случай,
Не доверять хорошим снам,
Плохим стихам, чудным словам
И сколько б ни было вас там —
Егор Кузьмич, Демьян Фомич, Иван Петрович —
За каждую её слезу —
Я горло вам перегрызу,
И Бог мне в помощь!
(Екатерина Горбовская).
Когда священник Дайю из Санею навещал одного больного, ему сказали: «Он только что умер». Дайю сказал: «Он не мог так быстро умереть. Не произошло ли это в результате неудовлетворительного лечения? Какая жалость!»
Оказалось, что в это время в доме присутствовал врач, который сидел с другой стороны сёдзи и услышал эти слова. Он необычайно рассердился, вышел и сказал: «Я слышал, как вы сказали, что этот человек умер от неудовлетворительного лечения. Поскольку я довольно неопытный врач, это, вероятно, так. Я слышал, что священник воплощает в себе силу буддийского закона. Давайте посмотрим, как вы вернете к жизни этого мертвого человека, ибо без такого доказательства буддизм — лишь пустой звук».
Дайю пришел в замешательство, но, понимая, что для священника было бы непростительно опозорить буддизм, не подал вида и отвечал: «Я действительно покажу вам, как вернуть его к жизни с помощью молитвы. Пожалуйста, подождите немного. Я должен подготовиться». После этого он вернулся в храм. Вскоре он снова пришел и, сев рядом с телом, погрузился в медитацию. Прошло совсем немного времени, и мертвец начал дышать, а затем полностью ожил. Говорят, что он прожил еще полгода. Поскольку священник Таннэн сам услышал об этом от очевидца, ошибки здесь быть не может.
Рассказывая о том, как он молился, Дайю пояснил: «Подобные вещи не практикуются в нашей секте, поэтому я не знал, как нужно молиться. Я просто укрепил в себе решимость отдать жизнь во имя Будды, вернулся в храм, наточил короткий меч, который был преподнесен в дар храму, и спрятал его в своем одеянии. Затем я сел перед мертвецом и начал молиться: «Если сила буддийского закона существует, немедленно возвратись к жизни». Поскольку я связал себя клятвой, то, если бы он не вернулся к жизни, я был готов вспороть себе живот и умереть, сжимая труп в своих объятиях».
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Помощь» — 997 шт.