Цитаты

Цитаты в теме «путь», стр. 149

У нее Порш Каен, говорит, что купила сама,
В 23 заработать Каен это надо уметь,
Подарили наверное, мне намекнули друзья,
Я и сам понимаю, но верить в такое не сметь.

У нее очень стройные ноги, красивая грудь
Я надеюсь, что это не подвиг великих врачей,
Ну, а если она и прошла силиконовый путь,
Все равно ее милая внешность осталась при ней.

Я пошел на пролом,
Я весь вечер читал ей стихи,
Пел куплеты о жизни, о том что такое судьба,
А она вдруг сказала: ты мне телефон подари,

Мой украли, а деньги на шубу потратила я.
Мне казалось, что я потерялся и падаю вниз,
Мне казалось, что слышал я сердца неистовый стук
Телефон это мелочь, но очень понятный каприз

Сколько было подобных приколов у разных подруг.
У нее Порш Каен в 23 это тоже успех
В 23 я копил на жигуль и не смог накопить
Я смотрел ей в глаза и читал в них послание для тех
Кто готов покупать даже то, что не просто купить.
Вся жизнь игра, но на ночь мы снимаем маску,
И все меняется, и все наоборот,
Кто стервой был, а кто лишь мягкой лаской,
Никто уже теперь не разберет.

Ты беззащитен под покровом ночи,
Ты снова тот, кто есть и больше ничего,
Ты свою роль играть уже не хочешь,
Ты так устал, ты хочешь одного:

Уснуть, забыть во сне свои тревоги,
От мира суетного в небытие уйти,
Чтоб по еще нехоженой дороге,
Иначе своей жизни путь пройти.

Так королева мнит себя пастушкой,
Пастушка же в короне входит в зал,
Так умница захочет быть простушкой,
А льстец ждет для себя чужих похвал.

Но солнца луч нам возвестит об утре,
Растают грезы, новый день пришел,
И вот уже красавица свой носик пудрит,
И каждый свою маску вновь нашел.

Все на своих местах и все как прежде,
Вот только иногда фальшивость фраз,
Нас выдает, но мы живем в надежде,
Что никогда никто не разгадает нас.
И так же, если совершил,
Дурной поступок ты однажды ,
Творец простит; но если дважды,
К тому же руку приложил,

И так пойдёшь в пути беспечном,
То даже если не дожил,
Не осознал, не пережил,
Оставил грех в забвении вечном,

Он всё равно с тобой идёт,
И в воплощениях грядущих,
Его ответ тебя найдёт,
Страданьем на дорогах сущих

Законы Духа не видны,
Но в жизни всем они даны:
Зло увеличил с напряжением —
Получишь то же с умножением;

Благо для всех захочешь может,
К тебе придёт от Бога тоже ;
Желая нам прозрения жажды,
Всевышний путь нам проложил,

И человек, живя однажды,
Имеет то — что заслужил
Создать себя настал черёд,
А не прожить года беспечно;

Любая техника сгниёт,
А «Я» живёт на свете вечно!
И то, как думал в жизни раньше —
Дало судьбу тебе сейчас;

И всё, что с нами будет дальше —
Зависит от самих от нас.
Большинство наших дворян представляет собой кучку дегенератов, которые, кроме своих личных интересов и удовлетворения личных похотей, ничего не признают, а потому и направляют все усилия на получение тех или иных милостей за счёт народных денег, взыскиваемых с обедневшего русского народа для государственного блага В конце XIX и начале XX века нельзя вести политику средних веков, когда народ делается, по крайней мере в части своей, сознательным, невозможно вести политику несправедливого поощрения привилегированного меньшинства за счёт большинства. Правители, которые этого не понимают, готовят революцию, которая взрывается при первом же случае. Вся наша революция произошла оттого, что правители не понимали и не понимают той истины, что общество, народ двигается. Правительство обязано регулировать это движение и держать его в берегах, а если оно этого не делает, а прямо грубо загораживает путь, то происходит революционный потоп.
Одна из самых больших загадок жизни состоит в том, что она мчится себе дальше, несмотря на то, что твой личный мир, твоя собственная маленькая персональная вселенная искривляется, перекручивается или даже разлетается мелкими осколками. Сегодня у тебя есть родители — завтра ты сирота. Сегодня у тебя есть своё место в бытии, свой путь — завтра ты плутаешь в дебрях. А солнце всё так же встаёт по утрам, и облака плывут в небе, и люди ходят в магазины за продуктами, и шумит вода в туалетах, и поднимаются и опускаются жалюзи. Тогда ты осознаёшь, что по большей части жизнь, вернее, безжалостный механизм бытия — существует помимо тебя. Ты для него не имеешь никакого значения — что ты есть, что тебя нет. Колесо будет катиться дальше и после того, как ты сорвался с края. Ты умер — а всё останется таким же, как было до твоей смерти.
Я свалил из Нью-Йорка в сорок девятом по весне,
Без цента в кармане поехал по стране.
Осень в Монтане — дождь и темно.
Отца своего я нашёл в казино.
Отец, где ты был, дай ответ.
Один я как перст с десяти юных лет.
Сказал отец: «Сынок, лучше дальше иди,
Я вот-вот умру от чахотки в груди».
Проехал Миссисипи, проехал Теннесси,
Возвращаться домой мне не по пути.
Мой дом теперь в Медоре и в Траки,
Домой возвращаться мне не по пути.
Что бы не случилось и в дождь, и в зной,
Женат я на дороге и девчонки одной.
Бог меня любит, я люблю его,
От меня ему не нужно больше ничего.
А могильным червям вечно хочется жрать,
Но меня им придётся долго, очень долго ждать.
Удалось из Монтаны на товарном свалить
В ту ночь, когда отец приказал долго жить.
Проехал я все дыры, где лишь крысы могут жить,
Но живого меня им домой не затащить.
Проехал Оклахому и Эль-Кахон
И даже Техачапи и Сан-Антон.
Домой не по пути, домой не по пути,
Домой не по пути.