Цитаты в теме «ребенок», стр. 151
Осенняя прогулка.
Снова листопад кружится,
Пролетев прощальный круг,
Листик к листику ложится
Укрывая всё вокруг.
Вспоминаю, как гуляли,
С папой осенью вдвоём
Листья взглядом провожали,
И болтали обо всём
Тихо спросит, — Как ты, дочка?
И вздохнув, прижмёт к себе, -
Нет любимее цветочка,
Для меня на всей земле!
Утону в глазах любимых,
И прижмусь к нему сильней, -
Просто мне необходимо
Быть тебе всего нужней
Рассмеёмся словно дети,-
Знаешь, нет других причин,
Ты единственный на свете,
Самый лучший из мужчин!
Вдруг коснётся губ листочек,
Как во сне услышу я,-
Мой единственный цветочек,
И сейчас люблю тебя.
В детский дом смотреть пришли сынишку,
И раздав конфеты детворе,
Им понравился всего один мальчишка,
Что играл с сестричкой во дворе.
Подозвали взрослые ребёнка,-
Мы тебя берём. Ну что, ты рад?-
Не поеду с вами без сестрёнки!
Но бумагам нет пути назад...
А малышка, за рукав схватила,
Тянет братика обратно за собой,
И сквозь слёзы, шепчет через силу, -
Никому я не отдам, ты только мой!
Обняла, к нему прижалась тесно,
Мокрой щёчкой тронула любя -
Ты меня не бросишь? Честно-честно? -
Обещаю. Я найду тебя...
И спустя года, в дверь позвонили громко,
На пороге юноша стоял - Вам кого? -
Ты выросла, сестрёнка...
Как же долго я тебя искал...
В парке, осенью гуляя,
Замечаю малыша
Он букетик собирает,
Палкой листья вороша.
- Маленький, ты чей сынишка?
И потупив детский взгляд,
Подтянул рукой штанишки,
- Я мамулин, говорят.
И нахмурился парнишка...
Защемило сердце вдруг,
Ведь для этого мальчишки
Только мама лучший друг.
А отец, ну кто же знает,
Мне б взглянуть ему в глаза...
А ребёнку не хватает,
"Папа" нежное сказать...
Ведь всего важней на свете,
Не для тела, для души,
Видеть, как смеются дети,
Как вас любят малыши.
Стать примером для сынишки,
Жизнь вложив в священный труд,
Ведь забытые мальчишки,
Тоже папами растут...
А вдруг ты тот самый человек, которого я ждала всю жизнь? Тот самый, с кем у меня будет счастливая семья и красивые дети. Вдруг, ты тот, к которому я готовилась всё предыдущее время? И те отношения, которые были до тебя, научили меня тому, чтобы ценить наше с тобой время. Может быть и на самом деле, стоило пройти через слезы, обиды, непонимание, и нехорошее отношение к самой себе тех, кто не задержался в моей жизни надолго, чтобы сделать из себя ту самую, которую ты полюбил? И почему такие мысли крутятся в моей голове? Может быть и правда, ты тот самый человек, с кем я проведу всю свою оставшуюся жизнь?
Она не то чтоб любит помолчать,
Когда в свой мир захлопывает двери.
А просто перестала слепо верить
В подобранную правильность ключа.
Ты можешь в ее душу не стучать
В ее глазах всегда живет печаль.
Пусть даже они весело смеются.
И на вопросы, что ей задаются,
Она совсем не любит отвечать.
Что хочешь можешь ей пообещать
И кажутся шаги ее легки.
И что-то есть в ней, что как солнце светит.
Ее так любят маленькие дети,
И птицы хлеб клюют с ее руки.
И замолкают злые языки
Ночами улыбаются с небес
Созвездия ей, как ласковые звери.
И пусть кто с нею рядом, ей не верят,
Но те, кто помнят —
Верят, как себе.
Песенка о приличном господине
О гражданин с благоприятной внешностью,
Вы смотрите на мир с огромной нежностью,
Вас обожают взрослые и дети,
Вас зазывают в гости те и эти.
Вы счастливы, спокойны, обеспечены
И все у вас в порядке в смысле печени.
И по ночам живот у вас не пучит,
И шебутная совесть вас не мучит.
И по утрам вы так спокойно дышите,
Когда на близких лиц доносы пишете,
Что все вокруг смолкают на мгновенье,
Чтоб не спугнуть святое вдохновение
Вы так обворожительны бываете,
Когда своих сограждан убиваете,
Что даже те, которые убиты,
За гробом не таят на вас обиды.
И все вокруг во мнении едином
Считают вас приличным гражданином,
И дай-то Бог вам выглядеть приличным,
Покамест вы не пойманы с поличным.
Черт с ними!
За столом сидим, поем, пляшем
Поднимем эту чашу за детей наших
И скинем с головы иней —
Поднимем, поднимем!
За утро, и за свежий из полей ветер,
За друга, не дожившего до дней этих
За память, что живет с нами! -
Затянем затянем!
Бог в помощь всем живущим на земле людям!
Мир дому, где собак и лошадей любят
За силу, что несут волны, —
По полной, по полной!
Родные нас, живых, еще не так мало!
Поднимем за удачу — на тропе шалой!
Чтоб ворон — да не по нам каркал! -
По чарке, по чарке!
Родная, на веки любимая, милая,
Ты самая ласковая и красивая!
Ты нежный котёнок, ручной медвежонок,
Забавная рыбка и славный зайчонок!
Зелёные очи — задорно блестят,
Румяные щёчки так ярко горят;
Не сходит мадонны улыбка с лица
И счастье с тобою не знает конца!
Бываешь ты хмурая, — редко и злая;
Но знаю, что ты — совершенно другая!
И даже не каждый, мне кажется, век
Родится с такой же душой человек!
Нам умных, красивых, добрейших и милых
Детишек и внуков судьба подарила;
Ревниво они очень любят тебя,
Всем сердцем — нисколько не меньше, чем я!
Любовью тройною ты окружена,
Любимая бабушка, мама, жена!
Как мама твоя, ты богата душой,
В семье воцарились любовь и покой.
Уж, слов не хватает, — мы любим тебя,
И мужу и детям дари ты себя!
Валюша! Единственная — ты моя,
Ты чудо! Я снова влюбился в тебя!
Пусть годы летят! Мы с тобою вдвоём
Счастливую, долгую жизнь проживём!
И даже, когда меня примет земля,
Душа будет вечно любить лишь тебя!
Вот же эти чертовы comeback'и — вроде бы любила-то навеки, вроде приписала человеку свойства полу ангельских пород. Время ремонтировать Эдемы? Выйдет однобоко и не в тему: полную лицензию (не Демо!) Выкупил прошаренный народ.
Хочется высиживать драконов только по житейскому закону, это и не катит, и не гонит в случае бескрылого отца. Ленные владения соблазна выглядят смешно и безобразно. "Равно, как заслуженные казни требуют банального свинца".
Хочется сопеть в его жилетку — мол, мы просто думали так редко, что себя самих загнали в клетку быта, разорвавшего струну. Только отговорки — это ветер; как бы он красиво ни ответил, все-таки не выношены дети, все-таки обрыв за криком «ну?»
Хочется лететь на южный берег, только от безденежных истерик проще посмотреть совместно телек, дабы не срываться в волчий вой. Хочется ответить стае бывших только не такую они ищут только я не та, что смотрит выше. Вот она, весна для не живой.
На фотографии в газете
нечетко изображены бойцы,
Ещё почти что дети,
герои мировой войны.
Они снимались перед боем-
в обнимку, четверо у рва.
И было небо голубое,
была зеленая трава.
Никто не знает их фамилии,
о них ни песен нет, ни книг.
Здесь чей-то сын, и чей-то милый,
и чей-то первый ученик.
Они легли на поле боя,-
Жить начинавшие едва.
И было небо голубое,
была зеленая трава.
Забыть тот горький год неблизкий
мы никогда бы не смогли.
По всей России обелиски,
как души, рвутся из земли.
Они прикрыли жизнь собою,-
жизнь начинавшие едва,
чтоб было небо голубое,
была зеленая трава.
Жизнь в пяти эпизодах
Детство
Боже, какая гадость — пенка на молоке
Манная каша — мерзость. Лука ошмётки в супе.
Страшные звуки ночью где-то на чердаке
И на картинке в книжке —
Баба Яга на ступе.
Юность
Боже, какая гадость — стыдные волоски
Мамина шляпа — мерзость.
Прыщик на подбородке.
Слёзы в подушку ночью,
Призрак моей тоски.
И причащение взрослых —
Горькая рюмка водки.
Молодость
Боже, какая гадость —
Он не пришёл домой
Запах измены — мерзость.
Пошлый белесый волос.
Страх одинокой ночи чёрною бахромой.
И телефонный зуммер тихо играет соло.
Зрелость
Боже, какая гадость — сети моих морщин
Мамина шляпа — мерзость. Стирка, кастрюли, дети.
Ночь, головные боли тенью иных причин.
И осознание искрой — прожитые две трети.
Старость
Боже, какая гадость — список моих лекарств
Муки склероза — мерзость. Память о прошлом, ступор.
Боль превращает ночи в наипошлейший фарс.
Пенки. Прыщи. Измены. Стирка. И я — и ступа.
Всё врут календари — бессовестно и злобно,
Ухмылку не тая в сплетениях листов
Готовят плаху мне на развороте лобном,
В строю прошедших лет, зачёкнутых крестом.
Всем врут календари, пощады не имея,
С жестокостью детей, что мучают собак
И месяцы и дни с цинизмом лицедеев
Швыряют в никуда, в ушедший полумрак.
Врут мне календари о пролетевших летах.
Врут датами потерь — открыто, без прикрас
Листая их, ищу ненужные ответы
В сетях, сплетённых мне морщинками у глаз.
Вычёркивая дни из зим, что мне остались,
Листаю боль и страх ладонями страниц
Я не боюсь уйти, меня пугает жалость,
И так тревожно мне от скрипа половиц
Не завтра я уйду, последний лист не сорван.
Ещё морозы мне подарят снегири
Сама себе твержу про неуместность торга,
Но у судьбы прошу — пусть врут календари.
А у нее все идет как надо —
Духи, помада и обувь «Prada»,
В автомобиле из кожи кресла,
В квартире вдесятером не тесно,
На восемнадцатом — ближе звезды
И не терзают ее вопросы:
Какие брюки погладить мужу?
Что приготовить ему на ужин?
Как сэкономить на маникюре,
Когда зарплата в одной купюре?
Успеть из садика на работу
И как бы окна помыть в субботу,
Решив задачу, махнуть на дачу,
Не разгибаясь и там в придачу
Часа как минимум — на четыре,
Вернувшись, пол протереть в квартире,
Детей умыть, на кормить, по кругу —
Рубашку выгладить вновь супругу,
Помыть посуду, всех чмокнуть спящих,
Себя почувствовать — настоящей!
Уставшей, но все равно счастливой,
Уснуть с улыбкой, всегда красивой.
Но ей не спиться, хоть все как надо:
Духи, помада и обувь «Prada».
Ей не придется готовить ужин,
Ведь у нее ни детей, ни мужа.
Это я Соня. Смотрела передачу про детей индиго. Я никогда не видела людей с одноцветной аурой, она всегда многоцветна. И у всех детей до 3 лет в ауре больше синего цвета, а после 3 лет другие цвета сильнее проявляться начинают, но всегда это несколько цветов, а не один. Этим детям просто повезло с рождения в умной любящей среде оказаться, и их таланты развиваются и они могут оставаться гениями. Только нельзя так хвалить и восторгаться, от этого характер портится. А миссия своя у абсолютно каждого ребёнка есть, только если таланты не развивать, её не выполнить. Так что не в цвете ауры дело и не в особости этих детей, а в условиях, в какие они попали. Вот как я думаю.
Мы — дети любви, пропавшие в дебрях
Дремучих славянских лесов
С крестом на груди, с повадками зверя
И с дерзостью бешеных псов.
Опричник и вор, святой да охальник,
Учитель да пьяный палач —
Трех коней гоним по лесу вскачь.
Мы верим в Христа, в счастливое завтра
И в лешего с Бабой-Ягой,
Жалеем слонов с далекой Суматры
И ближних пинаем ногой.
Мы терпим нужду, томимся богатством
И ищем потерянный след
В ту страну, где не бывает бед.
Там, там, там вечное лето,
Там, там, там вольная жизнь.
Там Господь каждому даст конфету
И позовет в свой коммунизм.
Мы ценим других, читая некролог
У серой могильной плиты
И топчем живых — мол век наш не долог —
На всех не найдешь доброты.
Мы наших врагов венчаем на царство
И ждем благодати с небес:
Там потом будет не так, как здесь.
Там, там, там вечное лето,там, там, там вольная жизнь.
Там Господь каждому даст конфету
И позовет в свой коммунизм.
Когда уста, привыкшие к злословию
Произнесут молитву к небесам,
И мудрый Бог доверчивой любовью
Меня простит, за что, не знаю сам.
И станет все нелепым и неважным
И я пойму, что в нищете своей
Я на земле был счастлив лишь однажды -
В те дни, когда она была моей.
Когда я был безумным и беспечным,
Шальная кровь играла как вино,
Ее любовь казалась бесконечной
И я не мог подумать об ином...
Но день за днем, растрачивая всуе
Я делал ей больнее и больней
И потерял любовь ее святую,
В те дни, когда она была моей.
Как поздно мы становимся мудрее,
Ценой утрат, ошибок и потерь.
Кого теперь она ночами греет?
Кому она любовь дарит теперь?
Пусть будет все ее покорно власти
Пускай господь хранит ее детей
За то, что я узнал земное счастье
В те дни, когда она была моей...
Ты могла бы первою
Встретиться со мной,
Чтоб остаться нервною
Брошенной женой
И казаться светлою,
Тихой, неживой, —
Будто с незаметною
Раной ножевой.
Ты могла быть следующей,
Встреченной потом,
И в каком-то сведущей
Деле непростом.
И не одинокою
Ты могла бы быть,
И умела б многое, —
Только не любить.
Ты могла случайною
Быть, в конце концов,
И детям дать печальную
Участь без отцов.
И не жить, а маяться,
Долю материть,
Ждать, когда сломается
Что-нибудь внутри
Так что лить без повода
Слезы смысла нет.
До какого года нам
Выписан билет —
Никому не ведомо
Радуйся, молись,
Чтоб большими бедами
Обошла нас жизнь!
Будешь болеть со мной?
Семь дней: молоко, малина,
Отсутствие аспирина,
Желание быть одной,
Желание быть желанной,
Растерянно — субфебрильной,
Не думать, что это странно,
Что мысли уже стерильны,
В них нет никого из «прошлых»,
Из пошлых воспоминаний.
Фантазии нестабильны и чёрт с ними,
Мы на грани, и это недопустимо —
Запреты колечком дыма
Срываются с сигареты над кофе.
Я не умею варить его так, как надо.
Какой равнодушный профиль
Замри, я сотру помаду.
Ну да, мы уже не дети,
Ты сам за себя в ответе,
Но это не повод, правда,
Хранить на щеках трофеи,
Чтоб после ворчать,
Краснея, что это не чьё-то дело?
На улице словно мелом
Побелены тротуары.
Вновь Карла крадут у Клары,
В порядке привычной кары —
Я брежу тобой всё реже —
Наверное, сбой программы,
Какой-нибудь новый штамм
И мы снова больны.
Мы.Снова.
И вертится это слово,
Почти — что у губ,
Но страшно его говорить одной.
Ты будешь болеть со мной?
Я хочу, чтобы встретились, вспыхнули, полюбили,
Чтобы кофе поровну, взглядами - визави,
Невпопад мечтали, глупости говорили,
Как стихи, рожденные от любви.
Чтобы счастье чистое, верное, неподдельное,
Чтоб в болезни, радости, горести и беде,
Чтоб они друг другу как крест нательный бы,
А замены не было бы нигде,
Я хочу, чтоб никто никогда не видел их
В одиночку по улицам, холоду и делам,
Чтоб заласканный кот его ей завидовал,
Чтоб она не плакала никогда,
Чтоб ждала его к ужину, к завтраку засыпали бы,
А соседи с ума сходили бы по ночам,
Чтобы если она на секунду одну пропала бы,
Он немыслимо, невыносимо по ней скучал...
Я желаю им счастья красивого и июньского,
чтобы солнцем в грудь, чтоб сны, как лучи, легки.
И желаю ему никогда, ни за что не чувствовать,
как кричат мои дети, похожие на стихи.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Ребенок» — 3 483 шт.
