Цитаты в теме «счастье», стр. 173
Еда — это очень вкусно!
Все любят кушать еду!
Пища — это искусство!
Так вот, к чему я веду
В еде, как и в прочих искусствах,
Много секретов есть,
Много нюансов вкусных
Помимо просто поесть!
Для улучшения вкуса рецептов
Ну просто не счесть и мне,
Во имя Иисуса, поделиться будет за честь!
Слушайте пару рецептов,
Запомните их навсегда,
И я вам не вру, сто процентов,
Счастье вам будет тогда!
Берите топор и полено,
А лучше с десяток полен,
А лучше полен по колено,
А лучше в поленный плен!
Рубите их что есть мочи,
Секите их со всех сил,
Рубите поленья, рубите,
Чтоб пот водопадом струил!
И так часов пять, не меньше,
И пища, я слово даю, станет вкусней
И резче, так словно нектар в раю
А если не станет, не бойся,
Не надо с обидами лезть,
Тихо в кладовке закройся,
Попробуй дней пять не поесть!
Счастье это — солнечный свет,
Когда наперед заплатил за инэт,
Хорошие новости в свежей газете,
Когда тебе пишут классные френды,
Когда под кроватью чистый носок,
Когда в морозильнике фрешевый сок,
Когда на работу будит будильник,
Когда тебя манит к себе холодильник,
Когда тебе в тапки нагадила кошка,
И на штаны, и рубашку немножко,
Когда ты довольный идешь на работу,
Когда ты начальнику что-то угробил,
Когда ты внезапно куда-то припрешься,
Когда из знакомых с кем-то дерешься,
Когда в поликлинике лечишь фингал,
Когда шашлыки, мясо, соус, мангал,
Когда дома ужин с телячьего фарша,
А также в придачу овсяная каша,
Когда в телевизоре телесериалы,
Штудируешь пультом телеканалы,
Когда ляжешь спать от того что устал,
Когда снится в тени ветвей Буцефал,
Когда тыришь с кухни мороженое с джемом,
Счастье это — когда в завтра уверен!
Обнимайте друг друга почаще и дарите друг другу тепло, пусть глаза на вас люди таращат — обнимайтесь всем бедам на зло в лютый зной и в холодную стужу, каждый день, каждый час, каждый миг, обнимайте друзей и подружек, обнимайте любимых своих как ночами Лауру Петрарка, сладкой дымкою вычурных фраз, ты не знаешь, что ждет тебя завтра, обнимай как в последний раз обнимайте друг друга почаще, зажигайте друг в друге огни, если кто-то чего-то вдруг плачет, подойди к нему и обними обнимай своих маму и папу, всех, всех, всех попытайся обнять, чтобы мир начал меньше плакать, и в улыбке стал больше сиять а потом разрываясь на части, кто-то, в страсти порывах кипя, до краев переполненный счастьем, подойдет и обнимет тебя.
Иллюзии
1) Единственная твоя обязанность в любой из данных тебе жизней, заключается в том, чтобы ты был верен самому себе.
2) Если я завишу от того, волнует ли людей то, что я говорю, то мое счастье зависит от первого встречного, а не от меня самого.
3) К одиночеству привыкаешь, но достаточно нарушить его хоть на день, и тебе придется привыкать к нему заново, с самого начала.
4) Я существую не для того, чтобы поразить мир. Я существую для того, чтобы прожить свою жизнь так, чтобы она сделала меня счастливым.
5) Если ты хочешь, чтобы она стала воздухом, веди себя так, словно это воздух, и дыши ею. Попробуй.
6) Но с меня довольно толп, даже счастливых. Если эту толпу напугать, то она либо распинает, либо поклоняется. Извините, это уж слишком!
7) День выдался спокойным изредка какой-нибудь случайный пассажир. В промежутках я учился разгонять облака.
8) Очень легко проверить, окончена ли твоя миссия на Земле: Если ты жив — она продолжается.
Записка
В заброшенной и полуразрушенной келье монах нашел записку. В ней было написано: «Однажды мир сказал мне: «Оставь дом и учись, ведь все учатся!» И я оставил свой дом ради учебы. Затем он сказал мне: «Оставь родителей и женись, ведь все женятся!» Я оставил их ради своей семьи и вскоре мои родители умерли. И снова мир сказал мне: «Заработай побольше денег, обеспечь своих детей — ищи свое собственное счастье, ведь все хотят счастья!»И в поисках неведомого собственного счастья я начал зарабатывать деньги, но моя семья распалась, дети покинули меня и я остался один. И мир сказал мне лукаво: «Теперь и я оставляю тебя!» — «А с чем тогда останусь я?» — вырвался вопль из моей груди. И мир, смеясь, ответил мне: «А ты разве не знал, что мне нельзя верить?» И все померкло для меня, вот как я стал монахом». Сказал старый монах: «Чтобы не остаться обманутым, прежде всего пойми, как тебя обманывает мир».
Страсть не дает человеку есть, спать и работать, лишает покоя. Многие боятся ее, потому что она, появляясь, крушит и ломает все прежнее и привычное.
Никому не хочется вносить хаос в свой устроенный мир. Многие способны предвидеть эту угрозу и умеют укреплять гнилые строптила так, чтобы не обвалилась ветхая постройка. Этакие инженеры — в высшем смысле.
А другие поступают как раз наоборот: бросаются в страсть очертя голову, надеясь обрести в ней решение всех своих проблем. Возлагают на другого человека всю ответственность за своё счастье и за то, что счастья не вышло. Они всегда пребывают либо в полном восторге, ожидая волшебства и чудес, либо в отчаянии, потому что вмешались некие непредвиденные обстоятельства и все разрушили.
Отстраниться от страсти или слепо предаться ей — что менее разрушительно?
Закроешь дверь? Мне в сердце дует
Совсем больным нездешним плачем,
Там кто-то есть в осенней буре,
Там души тех, кто жил иначе.
Закрой, закрой, мне больно слышать,
Как листопад скребет о кожу,
Как кто-то плачет там, на крыше,
Как снова смерть кого-то гложет.
Закрой, запри, мне больно видеть,
Мне больно жить в своей квартире,
Мне больно в счастье и в обиде.
Закрой, закрой все двери в мире.
Закрой. Я кашляю тревогой,
Я стар тем плачем беспрерывным,
И в каждой букве эпилога
Чужих страстей озноб и срывы.
Закрой, и пусть придет молчанье,
Закрой, запри причины грусти
На ключ последнего прощанья.
Закрылась дверь. Но стало пусто.
Она любила в нем надменность
И очерк слишком гордых губ,
За то, что расточая нежность,
Все же бывал он с нею груб.
За то, что он, ее целуя,
Тех поцелуев не считал.
За то, что ей стихи даруя,
Он слишком многим их читал.
За дивно наглую усмешку,
За взгляд холодных серых глаз,
За вечную куда-то спешку,
За брошенный в лицо отказ.
За то, что танцевал с другими,
За то, что счастья не искал,
За то, что дни были пустыми,
Когда он где-то пропадал.
За то, что был в себе уверен,
За красоту его лица
И за любовь, которой верен
Он оставался до конца.
Тихий ветер. Вечер сине-хмурый.
Я смотрю широкими глазами.
В Персии такие ж точно куры,
Как у нас в соломенной Рязани.
Тот же месяц, только чуть пошире,
Чуть желтее и с другого края.
Мы с тобою любим в этом мире
Одинаково со всеми, дорогая.
Ночи теплые, — не в воле я, не в силах,
Не могу не прославлять, не петь их.
Так же девушки здесь обнимают милых
До вторых до петухов, до третьих.
Ах, любовь! Она ведь всем знакома,
Это чувство знают даже кошки,
Только я с отчизной и без дома
От нее сбираю скромно крошки.
Счастья нет. Но горевать не буду —
Есть везде родные сердцу куры,
Для меня рассеяны повсюду
Молодые чувственные дуры.
С ними я все радости приемлю
И для них лишь говорю стихами:
Оттого, знать, люди любят землю,
Что она пропахла петухами.
Ты когда-нибудь плыл по широкой воде,
Обнимающей плотно и бережно тело,
И чтоб чайка в то время над морем летела,
Чтобы облако таяло в высоте?
Ты когда-нибудь в зной
Добре дал до ключа,
Что коряги и камни обегает журча,
Что висящие корни толкает и лижет
И на мох серебристые шарики нижет?
Ты ложился и пил этот холод взахлёб,
Обжигая им пыльные щёки и лоб?
Ты когда-нибудь после
Очень долгой разлуки
Согревал своё сердце о милые руки?
Ты когда-нибудь слышал,
В полутьме, в полусне,
Дребезжащий по крышам
Первый дождь по весне?
И ребячья ручонка тебя обнимала?
И удача большая в работе бывала?
Если так, я почти согласиться готова —
Счастлив ты
Но ответь на последний вопрос:
Ты когда-нибудь сделал счастливым другого?
Ты молчишь?
Так прости мне жестокое слово —
Счастья в жизни
Узнать тебе не довелось!
Вдруг бег замедляют стрелки и стук учащает сердце.
Я чувствую дрожь в коленках. Ты вроде не прочь согреться.
Мешается явь со снами Касаюсь сосками тела
И музыку волшебства мы, сплетаясь в порыве смело,
Вдвоем до потери пульса играем в постели ларго,
Срываясь порой на буйства, но вновь возвращаясь к такту.
И веря в пружин упругость, на пике играем престо,
Чтоб с жадностью рвать друг друга и нежить в момент блаженства.
А после блуждают пальцы твои по горячим точкам,
Кружатся в финальном танце Губами ты плавишь мочки
Ко мне в забытьи крадется вдруг мысль: а не это ль счастье?
Когда ты теплей, чем солнце, ласкаешь,
И каждый раз я в объятья твои бросаюсь,
Как в волны со скал отвесных,
Не думая и не каясь, —
И в теле своем мне тесно
До паники — под пытливым,
Сжигающим в пепел взглядом
Позиция? — Doesn't matter,
Когда ты, мой милый, рядом.
Я могу выйти замуж за «лесника»
И стать очень успешной девочкой:
Он мне будет, смеясь, покупать меха,
Я - рожать хулиганов тех ещё.
Я на местных тусовках смогу вздыхать,
Как «кедрА» не в цене — хаос близится.
А под вечер в имении падать в кровать
Для вполне нех*евой близости.
Говорят, он высок и хорош собой,
Всех уже отымел в лесничестве.
Я прощу — он мне купит большой-большой Монитор жидко-кристаллический.
Моя мама (мой гнёт) будет счастлива вхлам:
Наконец-то ребенка сплавила.
Если б это случилось, скажу я вам,
Она вечно бы Бога славила.
Но оно не случиться! Надеждам — хрен.
Я плохая, я задымленная.
Я могу до могилы не знать проблем,
Только я не в того влюбленная.
Сола Монова,2006 г.
Слишком много знакомых и просто хороших людей,
Новых лиц хоровод завлекает, танцует, кружится
Слишком мало действительно лучших и верных друзей,
На которых возможно везде и во всём положиться.
С другом можно молчать, он всегда понимает без слов,
И не видеться долго — неделями, даже годами,
Ведь ни время, ни острые шпили чужих городов
Никогда не разрушат связные мосты между Вами.
Друга можно простить. И пускай он стократно не прав,
Улыбнувшись в ответ, никому мы не сделаем хуже.
Очень важно в какой-то момент удержать за рукав
Тех, кто дорог нам, истинно близок, приятен и нужен.
Дружбу надо ценить, но не только в периоды гроз
Вспоминая о ней, когда счастье струится слезами,
Мы всего лишь оплатим любовью вступительный взнос
В то богатство, что скромно в народе зовётся друзьями.
Откуда-то так повелось,
Наверное, родом из детства,
Что дамы, живя «на авось»,
Мечтают иметь королевство,
Чтоб принц на железном коне,
Причём, недешёвой модели,
Увёз на Карибы, к семье,
Где слуги им стелют постели.
А годы бегут, как вода,
Без пылких речей, без дуэлей,
И нет никого, вот беда,
Пускай бы в потёртой шинели .
К чему Ваш страдальческий тон
И горы таблеток от стресса?
Всемирно известен закон:
За принцев выходят – принцессы!
И можно бы было ругать
Судьбу, запираясь в квартире,
Но в тридцать пора бы понять,
Что, видно, проблема не в мире
Охота в счастливый вагон
Вкушать достиженья прогресса?
Мораль: чтоб взобраться на трон,
Сперва дорасти до принцессы.
— Если вас будут увлекать соблазны, мисс Эйр, вспомните о вашей совести. Муки совести способны отравить жизнь.
— Говорят, сэр, раскаяние исцеляет.
— От них раскаяние не исцеляет. Исцелить может только второе рождение. А уж если мне навсегда отказано в счастье, я имею право искать в жизни хоть каких-нибудь радостей, и я не упущу ни одной из них, чего бы мне это ни стоило.
— Тогда вы будете падать все ниже, сэр.
— Возможно. Но отчего же, если эти радости чисты и сладостны? И я получу их такими же чистыми и сладостными, как дикий мед, который пчелы собирают с вереска?
— Пчелы жалят, а дикий мед горек, сэр.
Ты ждешь его
теперь,
когда
Вернуть его назад нельзя...
Ты ждешь.
Приходят
поезда,
на грязных
спинах
принося
следы дорожных передряг,
следы стремительных
дождей...
И ты,
наверно, час подряд
толкаешься среди людей.
Зачем его здесь ищешь ты —
в густом водовороте слов,
кошелок,
ящиков,
узлов,
среди вокзальной
суеты,
среди приехавших
сюда счастливых,
плачущих навзрыд?..
Ты ждешь.
Приходят поезда.
Гудя,
приходят поезда...
О нем
никто не говорит.
И вот уже не он,
а ты,
как будто глянув с
высоты,
все перебрав в
своей душе,
все принимая,
все терпя,
ждешь,
чтобы он простил тебя.
А может,
нет его уже...
Ты слишком поздно поняла,
как
он тебе необходим.
Ты поздно поняла,
что с ним
ты во сто крат сильней
была...
Такая тяжесть на плечах,
что сердце
сплющено в
груди...
Вокзал кричит,
дома кричат:
«Найди его!
Найди!
Найди!»
Нет тяжелее ничего,
но ты стерпи,
но ты снеси.
Найди его!
Найди его.
Прощенья у него
проси.
Сменить бы имя, аватар и ник,
И удалить частично переписку,
Переписать всю жизнь на чистовик,
Оставить самых преданных и близких.
Почистить наконец-то телефон,
И удалить навек из «исходящих»,
Того, кто притворялся, что влюблен,
Ошибочно казался настоящим
Переиграть бы в новом дубле роль,
Да так отлично, чтоб вручили «Оскар»,
А к сердцу навсегда сменить пароль,
Создать для жизни новые наброски.
Чтобы счастливым был любви финал,
Чтоб рядом были дорогие люди,
Чтоб прошлое с улыбкой вспоминал,
И не боялся «что же завтра будет?»
Со знающих всегда огромный спрос,
И может у кого-то есть протесты,
Но знаешь, меня мучает вопрос,
А ты в чистовике достоин места?
– Почему ты позволяешь себя бить?
Вроде бы он не издевался. Хотя сказанное звучало издевкой. Я представил, как я сопротивляюсь. Как визжу и отмахиваюсь от Лэри. Да он просто умрет от счастья. Неужели Сфинкс этого не понимает? Или он куда лучшего мнения обо мне, чем я сам.
– По-твоему, это что-то даст?
– Больше, чем ты думаешь.
– Ага. Лэри так развеселится, что ослабеет и не сможет махать кулаками.
– Или так удивится, что перестанет считать тебя Фазаном.
Кажется, он верил тому, что говорил. Я даже не смог рассердиться по-настоящему.
– Брось, Сфинкс, – сказал я. – Это просто смешно. Что я, по-твоему, должен успеть сделать? Оцарапать ему колено?
– Да что угодно. Даже Толстый может укусить, когда его обижают. А у тебя в руках была чашка с горячим кофе. Ты, кажется, даже обжегся им, когда падал.
– Я должен был облить его своим кофе?
Сфинкс прикрыл глаза.
– Лучше так, чем обжигаться самому.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Счастье» — 8 239 шт.
