Цитаты в теме «страх», стр. 15 ▷ Socratify.Net

Мы отделили жизнь от смерти, и заполнили промежуток между ними страхом. Однако жизни без смерти не существует.

"Существует два метода правления, мистер Уэллард, - внушить уважение или внушить страх."

Когда тебе страшно, используй меч. Возьми его и поруби свой ум на ленточки, проруби сквозь все эти сожаления и страхи и через всё, что живёт в прошлом и будущем.

Долго колебаться - страху набраться

Мужество - это не отсутствие страха. Мужество - это когда делаешь, что нужно, несмотря на страх.

Сама жизнь - это долгое путешествие по морю. Дети, дочери и сыновья, в этом морe плывут как корабли.
Господь построил для них гавань и создал маяк. Отец служит гаванью, а мать - маяком. И именно поэтому Бог через родителей, посылает им бури, чтобы укрепить дух и преодолеть страх. В этом и заключается бесценность родителей и Bеры в Господа нашего.

Оракул далек от иллюзий и страха,
Погоня за златом не знает границ.

Стихи всю ночь, наивные, плохие,
И мокрый зонт, и осень у окна,
А в лицах проступает ностальгия,
А в душах проступает глубина.

Я все пишу, я все еще надеюсь,
Сквозь желтый мир, засыпанный листвой,
Вкричать в пустые сонные аллеи:
Ты слышишь, я пока еще живой.

Пока дышу, пока умею видеть
И жду письма, соленого от слов,
Пока еще горю в своем зените,
Пока еще я верую в любовь.

Зайди на чай, прислушайся к балладам,
Усни в руках без страха, без стыда.
Останься у меня, останься рядом,
Останься тут. Хотя бы навсегда.

Жизнь — это одиночество. Внезапное открытие обрушилось на Тома как сокрушительный удар, и он задрожал. Мама тоже одинока. В эту минуту ей нечего надеяться ни на святость брака, ни на защиту любящей семьи, ни на конституцию Соединенных Штатов, ни на полицию; ей не к кому обратиться, кроме собственного сердца, а в сердце своем она найдет лишь неодолимое отвращение и страх. В эту минуту перед каждым стоит своя, только своя задача, и каждый должен сам ее решить. Ты совсем один, пойми это раз и навсегда.

Всякому воину света уже случалось испытывать страх перед боем.
Всякому воину света уже случалось в прошлом лгать и предавать.
Всякому воину света уже случалось брести не своим путём.
Всякому воину света уже случалось терзаться из-за сущих пустяков.
Всякому воину света уже случалось приходить к выводу, что он — не воин света.
Всякому воину света уже случалось поступаться своим духовным долгом.
Всякому воину света уже случалось говорить «да», когда ему хотелось сказать «нет».
Всякому воину света уже случалось наносить раны тем, кого любил.
Вот потому он и вправе называться воином света, что прошёл через всё это и не утратил надежды стать лучше, чем был.

Время — иллюзия, его нет. Я знаю, ты не можешь думать иначе, кроме как во временной перспективе, но это проблема твоего мышления, и только. Это никак не связно со временем. Прошлое, настоящее, будущее — это сказка для разума.
Твоя любовь «сейчас» и твой страх «тогда» будут с тобой до скончания времен. И только если ты вернёшься в своё прошлое и изменишь его, этот страх покинет тебя навсегда. Каждую секунду мы меняем своё будущее. Каждый твой новый поступок делает твоё будущее другим. И как ты постоянно меняешь свое будущее, точно так же ты можешь изменить и своё прошлое.

Когда вы внезапно видите под собой обрыв, вы не думаете: «А тут высоко Я могу упасть. Если я упаду, то разобьюсь и умру. Мне страшно! » Нет, вы просто видите под ногами пропасть и пугаетесь. Потому что страх высоты — генетический, он в нас.
Но электричество, например, не менее опасно, чем высота. И все же, чтобы аккуратно обращаться с розеткой и проводами, мы должны дать себе инструкцию: «Осторожно! Это может быть опасно! » Потому что страх электричества — выученный, искусственный.
Сидя рядом с розеткой, вы не станете паниковать. Вероятно, вы даже не заметите ее, а если она вам понадобится, будете долго искать. Но вот сидя рядом с обрывом, на высоте, над пропастью, вы будете постоянно ощущать ее присутствие.
Так и с истиной. Она может быть выученной, понятой, неживой. А может быть в нас.

Начать с себя. Не ждать, покудаВ слезах покается злодей.Мы не парадная посуда, Что выставляют для гостей.Не надо выходить на паперть,Рвать с воем вороты рубах.А надо разом сдернуть скатерть, Не пожалев о черепках.Всё это выкинуть на свалку —Страх, недоверие, корысть, Не ввязываться в перепалкуС тем для кого копейка — жисть.А обобрав репей приставший, Очистить волю и судьбу,Чтоб отвечал за нас не старший, Не в пядях о семи во лбу.Без фанфаронства самохвала,Без злобы и впаденья в раж —А надо начинать сначала:Хоть с азбуки и с «Отче наш»!

Подвиги совершают не те, кто ростом велик, а те, в ком есть отвага, широкое сердце и решимость пожертвовать собой. И на войне те, в ком есть отвага, имеют и доброту и не убивают других, потому что в отваге нет варварства. Такие люди стреляют не во врага, а вокруг него и вынуждают его сдаться. Добрый предпочитает быть убитым, нежели убивать. Человек, настроенный таким образом, приемлет божественные силы. Люди же злые трусливы и малодушны, свой страх они прикрывают наглостью, боятся и самих себя, и других и потому от страха стреляют без остановки.

Никто не знает, на сколько приходят в нашу жизнь любимые и близкие. В один день, в одно мгновение их может больше не оказаться в вашей жизни. Не испытывайте и не теряйте время. Не скупитесь лишний раз обнять, сказать теплое слово, подарить прямой любящий взгляд, улыбнуться, прикоснуться и представить, что нет ничего, что препятствует этому. Какой бы ни была их реакция в ответ, не скупитесь на теплые эмоциональные подарки. Принимать тоже не всегда легко. Но будьте щедрыми просто так. Не позволяйте вашим зажатостям, стереотипам, комплексам, хаотичным будням и страхам откалывать от вас живые кусочки счастья, — вам их потом не собрать. Не меняйте на сожаления и воспоминания потом благость присутствия любимых и близких в вашей жизни сейчас.

Все горе в том, что я люблю тебя, а ты меня не любишь. Я стараюсь найти смысл этого осуждения, истолковать, оправдать, роюсь, копаюсь в себе, перебираю всю нашу жизнь и все, что я о себе знаю, и не вижу начала и не могу вспомнить, что я сделала и чем навлекла это несчастье. Ты как-то превратно, недобрыми глазами смотришь на меня, ты видишь меня искаженно, как в кривом зеркале.
А я люблю тебя. Ах, как я люблю тебя, если бы только мог себе представить! Я люблю все особенное в тебе, все выгодное и невыгодное, все обыкновенные твои стороны, дорогие в их необыкновенном соединении, облагороженное внутренним содержанием лицо, которое без этого, может быть, казалось бы некрасивым, талант и ум, как бы занявшие место начисто отсутствующей воли. Мне все это дорого, и я не знаю человека лучше тебя.
Но слушай, знаешь, что я скажу тебе? Если бы даже ты не был так дорог мне, если бы ты не нравился мне до такой степени, все равно прискорбная истина моего холода не открылась бы мне, все равно я думала бы, что люблю тебя. Из одного страха перед тем, какое унизительное, уничтожающее наказание нелюбовь, я бессознательно остереглась бы понять, что не люблю тебя. Ни я, ни ты никогда бы этого не узнали. Мое собственное сердце скрыло бы это от меня, потому что нелюбовь почти как убийство, и я никому не в силах была бы нанести этого удара.

Королеве ищут такую пудру, какой замазывался бы страх.

Объективно честь есть мнение других о нашем достоинстве, а субъективно наш страх перед этим мнением.

— И разве страх не означает, что в вашей жизни происходит что-то важное?
— Да. А когда тебе не страшно, то и рисковать незачем, а если не рисковать, тогда зачем жить?!

Страх — это болезнь, и, если его не излечить, он сожрет тебя к чертям.