Цитаты в теме «тайное», стр. 42
В женской, высокой, чистой красоте есть непременно ум. Глупая красота — не красота. Вглядись в тупую красавицу, всмотрись глубоко в каждую черту ее лица, в улыбку ее. Взгляд — красота ее мало-помалу превратится в поразительное безобразие. Воображение может на минуту увлечься, но ум и чувство не удовлетворятся такой красотой: ее место в гареме. Красота, исполненная ума, — необычайная сила, она движет миром, она исполняет историю, строит судьбы; она, явно или тайно, присутствует в каждом событии. Красота и грация — это своего рода воплощение ума. От этого дура никогда не может быть красавицей, а дурная собой, но умная женщина часто блестит красотой. Красота, про которую я говорю, не материя: она не палит только зноем страстных желаний: она прежде всего будит в человеке человека, шевелит мысль, поднимает дух, оплодотворяет творческую силу гения, если сама стоит на высоте своего достоинства, не тратит лучи свои на мелочь, не грязнит чистоту
В квартире порядок и дисциплина,
Ведь ужинать хочет любимый мужчина
Попросят за стол, на колени салфетку,
Помогут придвинуть слегка табуретку
И рядом присев, реже станут дышать,
Чтоб только мужчине ничем не мешать.
А он, призадумавшись,смотрит в тарелку
Пытаясь заметить в омлете подделку
И тайно подбросив коту бутерброд,
Отвергнув еду, принялся за компот.
И всё как у принцев, его повеления,
Всегда исполняют считая мгновения
Ведь если мужчина в доме один,
Он - повелитель и господин.
Он супер водитель, и главный строитель,
Котов дрессировщик и укротитель,
Художник по росписи стен и вещей...
Ну как не любить нам таких малышей?
Вокруг море нянек ведут хороводик,
Ведь супер-мужчине всего только годик!
За длительность вот этих мигов странных,За взгляд полуприкрытый глаз туманных,За влажность губ, сдавивших губы мне,За то, что здесь, на медленном огне,В одном биенье сердце с сердцем слито,Что равный вздох связал мечту двоих,-Прими мой стих,Ты, Афродита!За то, что в дни, когда поля, серея,Покорно ждут холодных струй Борея,-Твой луч, как меч, взнесенный надо мной,Вновь льет в мой сад слепительность и зной,Что зелень светлым Аквилоном взвита,Что даль в цветах и песни реют в них,-Прими мой стих,Ты, Афродита!За все, что будет и не быть не может,Что сон и этот будет скоро дожит,Что видеть мне, в час сумрачных разлук,Разомкнутым кольцо горячих рук,Что тайно в страсти желчь отравы скрыта,Что сводит в Ад любовь рабов своих,-Прими мой стих,Ты, Афродита!
Льются песочным медом сказки восточной ночи.
Знаешь, их будет больше. Больше, чем ты мечтал.
Тысяча стертых писем, тысяча робких «хочешь?»
Тайна седьмой вуали Только в руке — металл.
Ложь оплетала память, верность унес сирокко.
Брось, мой калиф-на-месяц: горести от ума.
Жизни второй не будет, грех умирать до срока.
Звездами дышит небо Только в глазах — туман.
Ветер рисует тени, город луной обласкан,
Спят перед дверью джинны Что ты еще искал?
Та, что нагой танцует, может остаться в маске
Сладких речей и песен Только в душе — тоска.
Тысяча вечных сказок — эхом твоей победы.
Кто их тебе прошепчет — так ли уж важно? Но
Тысячу лучших женщин нужно тебе изведать,
Чтобы к воротам рая все же прийти с одной.
А потом, в себе имя его носить,
Долго-долго, тайно и на устах.
Сильно ждать, но даже не сметь просить
Господа, о смелых своих мечтах.
А потом, во снах его целовать,
Так бесстыдно, что утром ни до чего.
И пытаться всячески удержать,
В уходящей памяти след его.
А потом, любить его, вопреки
Осуждению, времени, городам.
Знать, что как бы не были далеки,
Сердце отбивает дробь: «Не предам!»
А потом отречься, а после пасть
Душу положить ему на престол.
И хотя бы раз, но себе украсть,
Спрятать, чтоб никто уже не нашел.
А потом беспомощно отворить
Все засовы, двери, пускай летит
И любить, любить его так любить
Как никто не свете не запретит.
О нас не станут слагать легенды,
Ты все забудешь, ведь срок большой,
А я из кос выплетая ленты,
Своей истерзанною душой
Останусь бывшей в какой-то мере,
Мне и от этого хорошо
И в коей раз на меня примерит
Судьба костюм, где не ровный шов.
Мои дороги ведут к закату,
Тебе же — новый встречать рассвет.
Нет, не ищу больше виноватых,
Ведь виноватых в помине нет,
Мы просто случай нелепых чисел,
Нет тайных знаков и новых встреч
И ты свободен и независим,
А мне досталось в себе беречь
Остатки памяти, звезды, небо,
И пронести это сквозь года,
Но ты же был! Хоть и шепчут: «Не был» —
Мне вновь осенние холода.
Но ты же был! И на том спасибо,
Игра-то стоила сотни свеч
И мы сыграли в нее красиво,
Прощай! А впрочем до новых встреч.
Сокровища души моей - все те же, что и были.
и тайна и печать на ней - все те же, что и были.
Я тот же задушевный друг, немного захмелевший
От запаха колец-кудрей - все тех же, что и были!
Я не прошу рубинов в дар и россыпей жемчужин:
Скупцы не сделались добрей - все те же, что и были.
Твои уста, чей алый цвет моей окрашен кровью,-
Все те же сколько кровь не пей, все те же, что и были!
Моя религия - любовь, я - основатель веры.
Озера полных слез очей - все те же, что и были.
Тобой убитый - на тебя я снова уповаю:
Глупцы не сделались умней - все те же, что и были.
Все так же дичь арканишь ты кудрями смоляными,
Силки давно минувших дней - все те же, что и были.
Хафиз, кровавых слез из глаз еще прольешь немало!
Истоки счастья и скорбей - все те же, что и были.перевод Г. Плисецкого
Ушла любимая моя, ушла, не известила нас,
Ушла из города в тот час, когда заря творит намаз.
Нет, либо счастие мое пренебрегло стезей любви,
Либо красавица не шла дорогой правды в этот раз.
Я поражен! Зачем она с моим соперником дружна!
Стеклярус на груди осла никто ж не примет за алмаз!
Я буду вечно ждать ее, как белый тополь ветерка.
Я буду оплывать свечой, покуда пламень не погас
Но нет! Рыданьями, увы, я не склоню ее к любви:
Ведь капли камня не пробьют, слезами жалобно струясь.
Кто поглядел в лицо ее, как бы лобзал глаза мои:
В очах моих отражено созвездие любимых глаз.
И вот безмолвствует теперь Хафиза стертое перо:
Не выдаст тайны никому его газели скорбный глас.(перевод И. Сельвинского)
Сердце, воспрянь! Пост прошел, настала весна.
В хумах вино отстоялось, требуй вина,
Минуло время клятв и молитв лицемерных.
Риндов пора наступила* - веселья полна.
Пусть утешаются ринды песней за чашей.
В чем преступление пьющих? В чем их вина?
Лучше уж пьяница искренний, не лицемерный,
Чем этот постник-ханжа, чья совесть черна.
Мы не аскеты, мы — чистосердечные ринды.
Знание правды — вот наша тайна одна.
Зла мы не делаем людям, покорны Йездану.
Но если скажут: «Не пей!"-мы выпьем до дна.
Лучше уж быть винопийцей, чем кровопийцей.
Кровь виноградной лозы для уст не грешна.
Кто без греха? Есть ли грех в опьяняющей чаше?
Грех мой на мне, если чаша мне эта вредна!
* - Ринд — гуляка-вольнодумец(перевод В. Державина)
Какие жизнь порою шлёт сюрпризы
И злые тайны раскрывает нам..
Вы бросили меня, забрав сервизы
И мой любимый голубой бокал.
Я полагала, ощущая кожей,
Что не смогу без вашего лица...
Скрипела дверь и я, в углу скукожась,
Ждала капец, но не было капца.
И капал час минутами из крана,
И пустота плутала по плечам -
Всё было так, как пишется в романах,
Но не случалась черная печаль.
Бутылку рома прикупив на случай,
К ней попыталась присовокупить
И ваш портрет и свечи.Села,скрючив
Для пущей скорби руки у груди,
На волокла на очи пелену и
Вдохнув парфюму Вашего слегка,
Я стала ждать когда пипец наступит
Мне на виски металлом каблука....
И вот внизу дверь скрипнула внезапно,
А по квартире раскатился звон...
Я поняла:пи***ц пришел без Вас мне...
Но это оказался почтальон.
Он проявляется красными или синими.
Строчками. Он заходит не постучав.
Слишком не твой, чтобы помнить его по имени.
Слишком опасный, чтоб по нему скучать.
Он начинается медленно и задумчиво -
Так у каминов потягивают глинтвейн ,
Слишком красивый, чтобы придумать лучшего.
Слишком чужой, чтобы сделать тебя своей.
Ты его пишешь так же, как пишут тайное
На оборотах забытых и пыльных книг,
Ты никогда не просишь "не забывай меня".
Он же молчит о том, как к тебе привык.
Только одна причина вот так
безумствовать передавая сердце через тетрадь.
- Слишком реальная, что бы тебя почувствовать.
- Слишком придуманный, чтобы тебя искать.
Не бывает напрасным прекрасное.
Не растут даже в черном году
Клен напрасный, и верба напрасная,
И напрасный цветок на пруду.
Невзирая на нечто ужасное,
Не текут даже в черной тени —
Волны, пенье, сиянье напрасное
И напрасные слезы и дни.
Выпадало нам самое разное,
Но ни разу и в черных веках —
Рожь напрасная, вечность напрасная
И напрасное млеко в сосках.
Дело ясное, ясное, ясное —
Здесь и больше нигде, никогда
Не бывает напрасным прекрасное!
Не с того ли так тянет сюда
Сила тайная, магия властная,
Звездный зов с берегов, облаков, —
Не бывает напрасным прекрасное! -
Ныне, присно, во веки веков.
«Дышать любовью, пить её, как воздух»
Дышать любовью, пить её, как воздух,
Который с нашей кончится судьбой,
Дышать, как тайной дышит небо в звёздах,
Листва, трава как я дышу тобой.
Как дышит шар, где ангелы и птицы
Летают над планетой голубой, —
Дышать любовью — и раз воплотиться
В том воздухе Как я дышу тобой.
Как дышат мгла и мглупости поэтства,
Поющего дыхательной трубой, —
Дышать любовью, фейской речью детства
В том воздухе Как я дышу тобой.
Как дышит снег, в окно моё летящий
На белый лист, вослед карандашу, —
Дышать любовью — глубже, глубже, чаще,
До самых слёз как я тобой дышу.
А друзьями быть не получится,
Потому что любовь, чувство гордое.
И она еще дышит, лучший мой,
Даже если разбита разорвана
Ты поверь, дружить не сумеем мы,
Когда дружат, легко взяться за руки.
Нас зачем-то любимыми нарекли
Губы жгут поцелуями жаркими.
Не сумею тебе я лишь другом стать,
Мы же лю у нас не получится
Губы смогут солгать, не солгут глаза:
Оба будем лишь тайно мучиться
Если наша судьба жить разлукою,
Стану лучше «никем» без любви огня.
Нам — друзьями?!. и жить этой мукою?
Не проси я так слишком еще тебя.
Осторожно губами прочту твои линии на ладони, и дыханьем любви след оставлю я в твоем сердце, чтобы ты навсегда мою тихую нежность запомнил, и не смог никогда закрыть своей памяти дверцу. Г де бы ни был, будешь чувствовать меня рядом, буду ветром, волной, или птицею в поднебесье, незаметно касаясь, я буду ласкать тебя взглядом,ты узнаешь мой голос в любой из услышанных песен. Ты прочтешь мое имя во всех непрочитанных книгах,ты узнаешь меня в каждой мелкой цветущей травинке, вспоминать каждый день меня будешь ты в сердце молитвой, спрячусь в складках души твоей тайною невидимкой.
БеатричеГоворят, Беатриче была горожанка,
Некрасивая, толстая, злая.
Но упала любовь на сурового Данта,
Как на камень серьга золотая.
Он ее подобрал. И рассматривал долго,
И смотрел, и держал на ладони.
И забрал навсегда. И запел от восторга
О своей некрасивой мадонне.
А она, несмотря на свою неученость,
Вдруг расслышала в кухонном гаме
Тайный зов. И узнала свою обреченность.
И надела набор с жемчугами.
И, свою обреченность почувствовав скромно,
Хорошела, худела, бледнела,
Обрела розоватую матовость, словно
Мертвый жемчуг близ теплого тела.
Он же издали сетовал на безответность
И не знал, озаренный веками,
Каково было ей, обреченной на вечность,
Спорить в лавочках с зеленщиками.
В шумном доме орали драчливые дети,
Слуги бегали, хлопали двери.
Но они были двое. Не нужен был третий
Этой женщине и Алигьери.
Любовница" пошло звучит, вульгарно,
Как все, позахватанное толпой,
Прочти ли сам Пушкин свой стих янтарный,
Сама ли Патти тебе пропой.
Любовница - плоть и кровь романа,
Живая вода мировых поэм;
Вообразить себе Мопассана
Без этого слова нельзя совсем
Любовница - дивное русское слово,
И как бы ты смел на него напасть,
Когда оно - жизни основа,
И в нем сочетались любовь и страсть?!
В этом слове есть что-то неверное,
Драматическое что-то есть,
Что-то трогательное и нервное, -
Есть оправдываемая месть.
В этом слове есть томик шагреневый,
На бумаге веленевой станс.
В этом слове есть тайна Тургенева
И сиреневый вешний Романс.
Благодатно до гроба запомнится
Озаряющее бытие
Грустно-нежное слово "любовница",
Обласкавшее сердце твое.
Если же слово это
Может быть применимо
К собственной - не другого
И не к чужой - жене,
Счастье тебе готово,
Равное счастью Рима
В пору его расцвета,
Можешь поверить мне.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Тайное» — 991 шт.
