Цитаты в теме «тревога», стр. 19
Опустела душа, как осенняя роща –
Так прозрачно и тихо; чего бы уж проще –
Разобраться в себе до конца.
Опустела душа, или боль отпустила,
Но какая-то добрая, грустная сила
Разделила шальные сердца.
И сердца потихонечку стали умнее,
Стали биться ровнее, жалеть холоднее –
Жарко было, а стало тепло.
Перестали любить, или просто устали –
Чуть побольше покоя, поменьше печали, -
В общем, счастье на убыль пошло.
Да и что оно, счастье?
Покой ли? Тревога?
Видно, эти вопросы – вопросы для Бога, -
Так зачем их себе задавать?
Опустела душа –
Значит, время при спело,
Облетела листва и любовь улетела –
Где-то надо и ей зимовать.
Вся жизнь игра, но на ночь мы снимаем маску,
И все меняется, и все наоборот,
Кто стервой был, а кто лишь мягкой лаской,
Никто уже теперь не разберет.
Ты беззащитен под покровом ночи,
Ты снова тот, кто есть и больше ничего,
Ты свою роль играть уже не хочешь,
Ты так устал, ты хочешь одного:
Уснуть, забыть во сне свои тревоги,
От мира суетного в небытие уйти,
Чтоб по еще нехоженой дороге,
Иначе своей жизни путь пройти.
Так королева мнит себя пастушкой,
Пастушка же в короне входит в зал,
Так умница захочет быть простушкой,
А льстец ждет для себя чужих похвал.
Но солнца луч нам возвестит об утре,
Растают грезы, новый день пришел,
И вот уже красавица свой носик пудрит,
И каждый свою маску вновь нашел.
Все на своих местах и все как прежде,
Вот только иногда фальшивость фраз,
Нас выдает, но мы живем в надежде,
Что никогда никто не разгадает нас.
Мой ангел-хранитель
Безмолвный свидетель,
Придирчивый зритель,
Присутствием чуждое, злое гоня,
Мой добрый помощник,
Мой ангел-хранитель
И ночью, и днём охраняет меня.
Под пальмовой веткой
В мерцающей рамке
Парит злато крыло, как будто вовне,
Врачует душевные раны и ранки,
И пестует, и утешает во сне.
Он — чем-то на мамины руки похожий,
На нежный любимого ласковый взгляд —
Слетит — и смягчается Промысел Божий,
В улыбке — обид растворяется яд.
Лоскутная жизнь. Как моё одеяло
Писала о разном — гуляла в былом.
Я думала, просто стихи сочиняла,
А это — касался меня он крылом.
Я, им осияна, легка и наивна.
Мне с этой опекой беда — не беда.
И дух его светлый, и вид его дивный,
Как крестик нательный, со мною всегда.
На крае земли, собираясь в дорогу —
Какие тревоги, судьба, ни готовь,
Я знаю, со мной он — посланником Бога,
Что дарит мне веру, надежду, любовь.
Я сам не знаю до сих пор
За что мне это, право слово.
Но я живу теперь как вор,
Укравший счастье у другого.
Она мне даже не жена,
Но перед нею я в ответе
Всё потому, что мне она
Теперь дороже всех на свете.
Пр.
Эта женщина, которую люблю я очень.
Эта женщина, которая мне снится ночью.
Эта женщина, которая глядит с тревогой и мольбой
Эта женщина, которая подобна чуду.
Эта женщина, которую я помнить буду.
Эта женщина, которой никогда не быть моей судьбой
Дождь барабанит за стеклом.
А мне какую ночь не спится
Я был ничейным журавлём,
Она-в чужой руке синицей.
Она мне даже не жена,
Но где найти слова такие,
Чтобы поверила она
И от меня не уходила.
Мысли определенного порядка порождают следствия по соответствию. Мысль маленькая, мелкая, суетливая родит таких же последышей и схожие с нею дела. Великие дела рождаются великими мыслями. Мысли творят человека. Ты мне скажи, кто твои друзья, а я тебе скажу, кто ты. Ты мне скажи, каковы твои мысли, а я тебе скажу, каков ты. Так мыслью определяется человек и его сущность. Но мыслью можно владеть, и определять, и оформлять самому свою сущность. Гостей зовем к себе в дом по выбору и не приглашаем случайных прохожих, воров и бродяг. Так же точно следует поступать и с мыслями. Мысли случайные, мысли бродячие, мысли ненужные, мысли от тьмы, кроме вреда, ничего не приносят. Мысль может энергию и силы даже высасывать из человека. Мысли уныния, страха, тревоги, зависти, ревности, злобы пожирают психическую энергию. Если человек в них упорствует, болезней не избежать. Обычно мысли соответствуют счастливому или несчастливому течению жизни и дел.
Они расхохотались и, обнявшись, стали целовать друг друга — сначала медленно, затем все более страстно, потом Гарри отстранился и страстно посмотрел на Мэрион: я люблю тебя — и поцеловал ее нос, потом глаза, щеки, потом мягкие губы, подбородок, шею, уши, потом зарылся лицом в ее волосы и, ласково поглаживая ее спину, зашептал: Мэрион, Мэрион, я люблю тебя, — и она мягко двигалась в такт, чувствуя, как его слова, ласки и поцелуи проходят через нее, унося прочь все тревоги, страхи, сомнения и проблемы, и она чувствовала себя по-настоящему живой. Она чувствовала себя любимой. И нужной. Гарри чувствовал себя реальным. Он чувствовал, как все недостающие части начинают вставать на свои места. Он чувствовал, что с ним происходит что-то очень важное. Они оба стали целым. Они чувствовали полное единение. И несмотря на то что они лежали на обычном диване, они чувствовали себя частью необъятной вселенной. Им казалось, что они находятся на вершине холма и мягкий бриз шевелит волосы Мэрион; они шли сквозь залитый солнцем лес и по усыпанным цветами полянам, одновременно ощущая себя птицами, парящими в небесах и поющими песни свободы, и ночь была тепла, и просачивающийся сквозь занавески свет по-прежнему разгонял темноту по углам, и они все продолжали обниматься и целоваться и разгонять темноту внутри себя по углам, веря в свет и мечты друг друга.
В течение целой недели они любили друг друга все ночи подряд.
Страсть к цыганке никак не становилась привычною, и Гаспар всякий раз находил свою подругу еще более необычной, не такой, как накануне, и от этого любил её все больше, и с каждым разом наслаждение их было всё острее, а объятья — всё требовательнее и крепче, и по-прежнему она после отталкивала его и погружалась в свой одинокий сон, дышавший эгоизмом и пресыщением, и опять он смотрел на неё, спящую, взором, полным тревоги и нежности, сознавая хрупкость их счастья и самого их бытия.
Благодаря ей весь мир вокруг преобразился: солнце было вольно сиять или не сиять, всходить или заходить, трава дерзко пробивалась к свету, цветы распускались, а люди кричали или улыбались. Отныне всё было единственным и неповторимым, а Гаспар становился всего лишь восхищенным зрителем несравненной картины мира. Понемногу он это постигал.
Вся его философия растаяла в объятиях цыганки, он это понимал и нисколько об этом не печалился, ибо он был счастлив. Он вновь рождался на свет
Как-то спокойно я вышел из ада
Как-то спокойно я вышел из ада,
Ужас распада легко перенес.
Только теперь заболело, как надо.
Так я и думал. Отходит наркоз.
Выдержал, вынес — теперь настигает:
Крутит суставы, ломает костяк?
Можно кричать — говорят, помогает.
Господи, Господи, больно-то как!
Господи, разве бы муку разрыва Снес я,
Когда бы не впал в забытье,
Если бы милость твоя не размыла,
Не притупила сознание мое!
Гол, как сокол.
Перекатною голью Гордость
Последняя в голос скулит.
Сердце чужою, фантомною болью,
Болью оборванной жизни болит.
Господи Боже, не этой ли мукой
Будет по смерти томиться душа,
Вечной тревогой, последней разлукой,
Всей мировою печалью дыша,
Низко летя над речною излукой,
Мокрой травой, полосой камыша?
Мелкие дрязги, постылая проза,
Быт — не надежнейшая из защит, —
Все, что служило подобьем наркоза,
Дымкой пустой от неё отлетит.
Разом остатки надежды теряя,
Взмоет она на вселенский сквозняк
И полетит над землей,
повторяя: «Господи, Господи, больно-то как!»
Спаси меня от нелюбви,
От ненужного мне внимания,
От чужих поцелуев спаси,
От бессмысленного ожидания.
От пустых разговоров, обид,
От свиданий мне неинтересных,
От мужчин неспособных любить,
От признаний фальшивых, нечестных.
От незнания, что впереди,
От боязни и от тревоги,
Раздели со мной жизнь, раздели,
Стань сейчас на моей дороге.
И не строй вокруг себя стен,
Обо всём со мной говори,
Ты спаси меня, а взамен,
Я спасу тебя от нелюбви.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Тревога» — 386 шт.
