Цитаты в теме «ценность», стр. 11 ▷ Socratify.Net

1) Я всегда могу выбрать, но я должен знать, что даже в том случае, если я ничего не выбираю, я тем самым все-таки делаю выбор.
2) Молчание есть аутентичная форма слова. Молчит лишь тот, кто способен что-то сказать.
3) Мы выдумываем ценности. Apriori жизнь не имеет смысла. Это мы создаем ей смысл.
4) Свобода — это то, что я сам сделал из того, что сделали из меня.
5) Выигрышная ситуация — сырьё, его надо ещё обработать.
6) Господи, как они дорожат тем, что все думают одно и то же.
7) Настоящая свобода начинается по ту сторону отчаяния.
******
Что-то начинается, чтобы прийти к концу: приключение не терпит длительности, его смысл в его погибели. Каждое мгновение наступает лишь затем, чтобы потянуть за собой те, что следуют за ним.

Что в цене? Новая ценность.
Со скидкой.
Только сегодня и поспеши.
И по тоннелям мы - серые мыши
В ярких кафтанах иллюзий чужих.

«Не отнимай колесо, оно нужно,
Чтобы по кругу могла я бежать.
Мир – это целая емкая клетка.
Все, что снаружи, - лишь часть миража.»

Из голубого окна в установки
Новый Щелкунчик. Смотри и учи.
В энциклопедии дискредитаций
Выданы на расшифровку ключи.

И в подсознании новые фразы.
Вроде со смыслом, но мне не ясны.
Может поэтому вижу все чаще
Я о свободе незбыточной сны.

Соблазнение женщины представляет собой один из самых действенных факторов удовлетворения врожденного мужского эгоизма и стремления первенствовать. Оно рождает в мужчине целый ворох волнительных эмоций, начиная с чувства превосходства и заканчивая ощущением своей состоятельности. Такое единство восприятия неизбежно формирует в мужском сообществе ценность побед в сфере покорения женщин… Подобное положение вещей существовало испокон веков и уж тем более явственно проявляется в наше до передела упростившееся время, когда даже законный брак, обмельчавший и утративший всякое социальное значение, не создает этому сколько-нибудь существенных препятствий.

Он читал все, что выходило, посещал театры, публичные лекции, слушал, как объясняет Араго явления поляризации света, восхищался сообщением Жоффруа Сент-Илера о двойной функции внутренней и наружной сонной артерии, питающих одна — лицо, другая мозг, был в курсе всей жизни, не отставал от науки, сопоставлял теории Сен-Симона и Фурье, расшифровывал иероглифы, любил, надломив поднятый камешек, порассуждать о геологии, мог нарисовать на память бабочку шелкопряда, обнаруживал погрешности против французского языка в словаре Академии, штудировал Пюисегюра и Делеза, воздерживался от всяких утверждений и отрицаний, до чудес и привидений включительно, перелистывал комплекты Монитера и размышлял. Он утверждал, что будущность — в руках школьного учителя, и живо интересовался вопросами воспитания. Он требовал, чтобы общество неутомимо трудилось над поднятием своего морального и интеллектуального уровня, над превращением науки в общедоступную ценность, над распространением возвышенных идей, над духовным развитием молодежи. Но он опасался, как бы скудность современных методов преподавания, убожество господствующих взглядов, ограничивающихся признанием двух-трех так называемых классических веков, тиранический догматизм казенных наставников, схоластика и рутина не превратили бы в конце концов наши школы в искусственные рассадники тупоумия.

Я думал: так же, как я сейчас одеваюсь и выхожу, иду к профессору и обмениваюсь с ним более или менее лживыми учтивостями, по существу всего этого не желая, точно так поступает, живёт и действует большинство людей изо дня в день, час за часом, они вынужденно, по существу этого не желая, наносят визиты, ведут беседы, отсиживают служебные часы, всегда поневоле, машинально, нехотя, всё это с таким же успехом могло бы делаться машинами или вообще не делаться; и вся эта нескончаемая механика мешает им критически – как я – отнестись к собственной жизни, увидеть и почувствовать её глупость и мелкость, её мерзко ухмыляющуюся сомнительность, её безнадёжную тоску и скуку. О, и они правы, люди, бесконечно правы, что так живут, что играют в свои игры и носятся со своими ценностями, вместо того чтобы сопротивляться этой унылой механике и с отчаяньем глядеть в пустоту, как я, свихнувшийся человек. < > Но я-то, я, зайдя так далеко и стоя на краю жизни, где она проваливается в бездонную темень, я поступаю несправедливо и лгу, когда притворяюсь перед собой и перед другими, будто эта механика продолжается и для меня, будто я тоже принадлежу ещё к этому милому ребяческому миру вечной игры!

Тянется и тянется по истории, и не только российской, эта вечная тема: почему такие же смертные люди, как и этот говорун-солдат, посылают и посылают себе подобных на убой? Ведь это ж выходит, брат брата во Христе предает, брат брата убивает. От самого Кремля, от гитлеровской военной конторы, до грязного окопа, к самому малому чину, к исполнителю царской или маршальской воли тянется нить, по которой следует приказ идти человеку на смерть. А солдатик, пусть он и распоследняя тварь, тоже жить хочет, один он, на всем миру и ветру, и почему именно он — горемыка, в глаза не видавший ни царя, ни вождя, ни маршала, должен лишиться единственной своей ценности — жизни? И малая частица мира сего, зовущаяся солдатом, должна противостоять двум страшным силам, тем, что впереди, и тем, что сзади, исхитриться должен солдатик, устоять, уцелеть, в огне-полыме, да еще и силу сохранить для того, чтобы в качестве мужика ликвидировать последствия разрушений, ими же сотворенных, умудриться продлить род человеческий, ведь не вожди, не цари его продляют, обратно мужики.

Bсё, что обладает истинной ценностью, распускается в саду Вашего Сердца.

Порой во что-то нужно всмотреться, чтобы понять ценность.

Для человеческого ума нет абсолютных ценностей.

Всякий здравомыслящий человек рано или поздно понимает, что деньги в нашем мире – практически все. Добродетель и возвышенные идеалы, конечно, имеют свою ценность, в исторической перспективе, но в повседневной жизни именно деньги позволяют нам перебиваться со дня на день, а их недостаток бросает нас под колеса той же истории.

Стриптиз — демонстрация вечных ценностей.

Как не крути, в любви свобода
Нужна нам как большая ценность!
Мешает продолженью рода
Врожденная интеллигентность!!!)))

На западе жертвуют семейными ценностями ради своего удовольствия, у нас своим удовольствием — ради семейных ценностей.

Чтобы мой поступок имел моральную ценность, с ним должно быть связано моё убеждение. Аморальным является делать что-то из страха перед наказанием или для того, чтобы приобрести у других хорошее мнение о себе.

Экономика — лишь условие и средство человеческой жизни, но не цель её, не высшая ценность и не определяющая причина.

Порой лучший способ борьбы с дерьмом — это отказ от убеждения, что ты — большая ценность.

Быть правым — серьёзная ценность, за неё можно многое отдать. Многие годы жизни, здоровье, любовь и всё остальное.

Слишком часто молитва не имеет для нас в жизни такого значения, чтобы все остальное отходило в сторону, уступая ей место. Молитва у нас — добавление ко множеству других вещей; мы хотим, чтобы Бог был здесь не потому, что нет жизни без Него, не потому, что Он — высшая ценность, но потому, что было бы так приятно вдобавок ко всем великим благодеяниям Божим иметь еще и Его присутствие. Он — добавление к нашему комфорту. И когда мы ищем Его в такой настроенности, то не встречаем Его.

Для некоторых людей все существующие в жизни ценности сводятся к ценникам на витрине с брендами.

Когда ты начинаешь жить, удаляясь от своих сущностных составляющих, переставая излучать миру свет; когда ты не делаешь то, что ты любишь, не поступаешь в соответствие с твоими самыми важными ценностями, перестаешь чувствовать свои чувства и говорить правду — ты начинаешь медленно угасать. Твое достоинство покидает тебя, душа съеживается. Несчастья начинают обступать тебя. У тебя остается все меньше сил, исчезает творческий порыв, пропадают страсти.