Цитаты в теме «цветок», стр. 53
Быть может, Бог, сотворивший все это, — зол и не приемлет собственного своего творения, быть может, Он смеется над ним и злорадствует? Нет, Он не может быть зол — Он, сотворивший косуль и оленей, рыб и птиц, лес и цветы и зимы и весны. Но трещина прошла по всему творению, оттого ли, что вышло оно несовершенным и злосчастным, оттого ли, что, может быть, именно эта брешь и тоска человеческого бытия есть некий особый замысел Божий, оттого ли, что это есть семя Врага, первородный грех? Но почему же тоска эта и неудовлетворенность — грех? Разве не рождается из нее все прекрасное и святое, создаваемое человеком и возвращаемое Богу как благодарная жертва?«Нарцисс и Гольдмунд»
Я окно открою в теплый вечер,
В запах лип и в музыку вдали.
Говорят, что время раны лечит,
А моя по-прежнему болит.
Все сбылось, но позже, чем хотелось,
И пришел не тот, кого ждала.
Моя песня лучшая не спелась
И в давно забытое ушла.
А старые липы печально молчали
О том, что в начале, о том, что в конце.
А старые липы ветвями качали,
И былое кружилось в золотистой пыльце.
Я окно открою в чьи-то тени,
В чей-то смех и в чьи-то голоса.
И опять вечерним наваждением
Мне твои пригрезятся глаза.
Не твоя там тень в руке сжимает
Тень цветов, как тень ушедших лет.
Это просто ветер налетает
И срывает с лип душистый цвет.
Какое счастье, быть с тобою в ссоре от всех забот взять отпуск на два дня, свободной птицей в голубом просторе парить, забыв обидные слова. Какое счастье, на часы не глядя, в кафе с подружкой кофе пить, болтать и на тебя эмоции не тратить и вообще тебя не вспоминать. Какое счастье, смазав чуть помаду, и на углу купить себе цветы ревнуй Отелло, так тебе и надо всё это сам себе устроил ты! Какое счастье, сесть в троллейбус поздний и плыть неспешно улицей ночной, и в небе за окном увидеть звёзды, и вдруг понять, как плохо быть одной! Какое счастье, поздно возвратиться, увидеть свет, знать дома кто-то есть и выйдешь ты, и скажешь: хватит злиться, я так устал, дай что-нибудь поесть!
Все, что мы имеем в жизни – это результат нашего взгляда на нее и нашей точки зрения. И разве не прекрасно, что мы сами можем выбирать, как относится к событиям, происходящим с нами и что получать в итоге от этого опыта? Разве это не дает нам внутреннюю свободу и ощущение того, что мы – божественные творения? Разве этот мир не создан специально для нас? Но создан не для того, чтобы мучить и унижать, а для того, чтобы мы наслаждались всеми радостями жизни: красотой природы, нежностью шелка и влажностью утренней росы, вкусом великолепных фруктов и ягод, запахом цветов, пением птиц и шумом моря, общением с другими, такими же божественными созданиями, как и мы сами.
— Вы, дядюшка, удивительный человек! для вас не существует постоянства, нет святости обещаний Жизнь так хороша, так полна прелести, неги: она как гладкое, прекрасное озеро
— На котором растут желтые цветы, что ли? — перебил дядя.
— Как озеро, — продолжал Александр, — она полна чего-то таинственного, заманчивого, скрывающего в себе так много
— Тины, любезный.
— Зачем же вы, дядюшка, черпаете тину, зачем так разрушаете и уничтожаете все радости, надежды, блага смотрите с черной стороны?
— Я смотрю с настоящей — и тебе тоже советую.
О, как я любил её! Какое было бы счастье, думал я, если бы поженились мы и удалились в леса и поля; там жили бы мы и не старели и не умнели, вечно оставались бы детьми, бродили бы рука об руку под ярким солнцем по лугам, усеянным цветами, ночью склоняли бы наши головы на мягкий мох, погружаясь в сладкий, невинный, безмятежный сон, а когда нам пришлось бы умереть, нас схоронили бы птицы! Вот какие картины вставали передо мной всю дорогу — картины, ничего общего не имеющие с реальной жизнью, озарённые светом нашей невинности, неясные, как звёзды там вверху
Женщина лжёт самим фактом своего существования, мужчина лжёт при помощи искусства. Половой вопрос — просто мерзость, а искусство — один из видов уголовного преступления. Птице пришло нести яйца, — самец одевается в пёстрый хвост. Это ложь, потому что природный хвост у него серый, а не пёстрый. На дереве распускается цветок — тоже ложь, приманка, а суть — в безобразных корнях под землёй.
А больше всего лжёт человек. На нём цветов не растёт, хвоста у него нет, приходится пускать в дело язык; ложь сугубая и отвратительная — так называемая любовь и всё, что вокруг неё накручено. Вещи загадочные для барышень в нежном возрасте. Только, в наше время — полнейшего отупления — этой чепухой занимаются серьёзные люди.
Видимо, я чувствую по поводу той войны и людей, которые в ней победили, то же, что и большинство. Но я не понимаю, почему с каждым годом она становится всё важнее, а остальные, кажется, этому совсем не удивляются.
Памятники и мемориальные доски на каждом углу кажутся мне своеобразными урнами – но не для праха, а для отлетевших душ умерших стариков с орденскими планками. Ваяющие героев Великой войны скульпторы просто отрабатывают гонорары, политики, произносящие речи на церемонии открытия монумента, на самом деле думают о своих любовницах, а дети, кладущие цветы у подножья, волнуются, как бы не споткнуться, идя обратно, ведь это очень важный праздник, хотя и непонятно, почему. Узнать в граните и мраморе отголоски знакомого лица, в последний раз виденного перед боем шесть или семь десятилетий назад, и заплакать могут только ветераны. Скоро их не останется совсем, а город окончательно превратится в бессмысленный и бесполезный сад камней
Человеку свойственно меняться. Перемена вкрадчива, еле ощутима — словно ветерок, трогающий на рассвете оконную занавеску, словно аромат робких полевых цветов, спрятавшихся в траве Без всякой простуды вас вдруг зазнобит; ни с того ни с сего почувствуете вы смутное отвращение к тому, что ещё вчера было мило; знайте, это признаки происходящей в вас перемены. Или ещё: нападёт вдруг на вас непонятный голод, который не уймёшь самой сытой едой. Недаром говорят, что чрезмерный аппетит — верный знак неудовлетворённости. А кто, как не она, порождает перемены?
Не знаю, сколько пройдёт лет, но однажды настанет день, когда расцветёт одна сказка, памятная надолго. Однажды утром в морской дали под солнцем сверкнёт алый парус. Сияющая громада алых парусов белого корабля двинется, рассекая волны, прямо к тебе. Тихо будет плыть этот чудесный корабль, без криков и выстрелов; на берегу много соберётся народу, удивляясь и ахая: и ты будешь стоять там. Корабль подойдёт величественно к самому берегу под звуки прекрасной музыки; нарядная, в коврах, в золоте и цветах, поплывет от него быстрая лодка.
Никакая профессия, кроме этой, не могла бы так удачо сплавитьв одно целое все сокровища жизни, сохранив неприкосновенным тончайший узор каждого отдельного счастья. Опасность, риск, власть природы, свет далёкой страны, чудесная независимость, мелькающая любовь, цветущая свиданием и разлукой; увлекательное кипение встреч, лиц, событий; безмерное разнообразие жизни, мжду темкак высоко в небе то Южный Крест, о Медведица, и все материки — в зорких глазах, хотя твоя каюта полна непокидающей родины с её книгами, картинками, письмами и сухими цветами, обвитыми шелковистым локоном в замшевой ладанке на твёрдой груди.
Вселенная, существовавшая в человеке, перестала быть. Эта Вселенная поразительно походила на ту, единственную, что существует помимо людей. Эта Вселенная поразительно походила на ту, что продолжает отражаться в миллионах живых голов. Но эта Вселенная особенно поразительна была тем, что имелось в ней нечто такое, что отличало шум ее океана, запах ее цветов, шорох листвы, оттенки её гранитов, печаль её осенних полей от каждой из тех, что существовали и существуют в людях, и от той, что вечно существует вне людей. В её неповторимости, в её единственности душа отдельной жизни — свобода. Отражение Вселенной в сознании человека составляет основу человеческой мощи, но счастьем, свободой, высшим смыслом жизнь становится лишь тогда, когда человек существует как мир, никогда никем не повторимый в бесконечности времени.
Перед ними был великолепный сад. Кругом высились конусообразные кипарисы и апельсиновые деревья, а цветущие кусты наполняли мягкий южный воздух благоуханием. Из пастей каменных львов били фонтаны. В разных уголках сада были устроены беседки, на каменных скамьях лежали цветные подушки. Это был подлинно восточный уголок наслаждений. Питер никогда не видел ничего подобного. К тому же он не видел ни неба, ни цветов в течение долгих, томительных недель болезни. Сад был совершенно изолирован, его окружала высокая стена, и только в одном месте между двумя кипарисами возвышалась башня из красного камня, без окон, принадлежащая какому-то другому зданию.
— Это гаремный садик, — прошептала Инесса. — Много любимиц порхало здесь в счастливые летние дни, пока не приходила зима и бабочка не погибала.
Я понял, в чем состоит единственный смысл дружбы — такой, как она понимается в наши дни. Дружба необходима человеку для того, чтобы у него как следует работала память. Помнить о своём прошлом, вечно хранить его в душе — таково необходимое условие, позволяющее нам сберечь цельность нашего «я». Чтобы это «я» не съёживалось, не утрачивало своей полноты, его нужно орошать воспоминаниями, как горшок с цветами, а такая поливка невозможна без постоянного общения со свидетелями прошлого, то есть с друзьями. Они — наше зеркало, наша память; от них требуется лишь одно — хотя бы время от времени протирать это зеркало, чтобы мы могли в него смотреться.
Я сегодня вместо мамы,
Дома с братиком сижу.
Хоть устала, но упрямо,
Целый день за ним хожу.
Разбросал свои игрушки,
Мне потом их собирать
И конфеты от подушки
Ни за что не оторвать!
Стул лежит, повсюду книжки,
От цветка разбит горшок
Ох уж эти мне мальчишки,
Неприятностей мешок!
Он опустит грустно глазки,
Виновато шмыгнет нос,
— Я хотел взять с полки сказки,
А до полки не дорос
Отряхну пылинки с щёчек,
Чмокну в носик, повторю,
— Ты мой аленький цветочек,
Всё равно тебя люблю!
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Цветок» — 1 257 шт.
