Цитаты в теме «усталость», стр. 10
Когда осень придёт, пролейся дождём —
Это жизни исток, это жизни начало.
Пусть знают, как прекрасен может быть гром,
Пролейся дождём, разгони все печали.
Пусть ливня поток истощит облака,
Пусть солнце умоется пьяной водою,
А когда дождь пройдёт, прокричи мне «Пока!
Завтра вновь я дождём прольюсь над тобою».
Пролейся дождём, когда тяжело —
Потоки воды разгоняют усталость,
С тобой мне легко, с тобой хорошо,
Пусть даже идёшь ты самую малость.
С тобой забываю я сотни обид,
Пролившись дождём, ты приносишь мне счастье,
Каким бы ты ни был — не будешь забыт —
Не выплеснуть дождь из души в одночасье.
Пролейся весной ты и летом приди,
Вспомни о прошлом, но не жди откровений,
Думай о том, что ждёт впереди,
Пролейся дождём, не оставь мне сомнений.
Когда осень придёт, пролейся дождём —
Это жизни исток, это жизни начало.
Пусть вернётся дождём твоё волшебство,
Пролейся дождём, разгони все печали.
Наверно, это попросту усталость,-
Ничто ведь не проходит без следа.
Как ни верти,а крепко мне досталось
За эти неуютные года.
И эта постоянная бездомность,
И эти пересуды за спиной,
И страшной безнадежности бездонность,
Встававшая везде передо мной,
И эти горы голые, и море пустынное,
Без паруса вдали,
И это равнодушие немое
Травы и неба, - леса и земли
А может быть, я только что родилась,
Как бабочка, что куколкой была?
Еще не высохли, не распрямились
Два беспощадно скомканных крыла?
А может, даже к лучшему, не знаю,
Те годы пустоты и маеты?
Вдруг полечу еще и засверкаю,
И на меня порадуешься ты?
Ну, пожалуйста, ну, пожалуйста,
В самолет меня возьми,
На усталость мне пожалуйся,
На плече моём усни.
Руку дай, сводя по лесенке
На другом краю земли,
Где встают, как счастья вестники,
Горы синие вдали.
Ну, пожалуйста, ну, в угоду мне,
Не тревожься ни о чём...
Темной ночью сердце города
Отопри своим ключом.
Хорошо, наверно, ночью там:
Темнота и тишина.
Мы с тобой в подвале сводчатом
Выпьем старого вина.
Выпьем мы за счастье трудное,
За дороги без конца,
За слепые, безрассудные,
Неподсудные сердца.
Побредём по сонным дворикам,
По безлюдным площадям,
Улыбаться будем дворникам,
Словно найденным друзьям.
Как легко решить, что ты слаб,
Чтобы мир изменить.
Опустить над крепостью флаг
И ворота открыть
Пусть толпа войдёт в город твой,
Пусть цветы оборвёт.
И тебя, в суматохе людской,
Там никто не найдёт
Как легко знать, что ты в стороне,
Что решаешь не ты.
Пусть другие побеждают в войне
И сжигают мосты
Пол-пути позади и немного осталось,
И себя обмануть будет легче всего.
От ненужных побед остается усталость,
Если завтрашний день не сулит ничего.
И как трудно стерпеть и сберечь все цветы,
И, сквозь холод и мрак,
Поднимать на мачте мечты,
Свой единственный флаг.
Когда поднимались травы,
Высокие, словно сосны,
Неправый казался правым
И боль становилась сносной.
Зеленое море пело,
Навек снимая усталость,
Весне не будет предела,
Казалось А что осталось?
Остался бездомный ветер,
Осенний звон погребальный
И лист, последний на свете,
На черной дороге дальней.
Весною нам все известно
И все до предела ясно
Мы дрались легко и честно
И это было прекрасно.
И часто в бою казалось —
Победа в руки давалась,
И нужно самую малость,
Казалось А что осталось?
Остались стены пустые
И бельма белых портретов,
И наши стяги святые
Обрывками старой газеты.
И выше любого хотения,
Сильнее любого знания,
Вечное жизни цветение
И вечное умирание.
Он сжал ее запястье. Так было решено пожениться. Конец истории, по словам Грана, был весьма прост. Такой же, как у всех: женятся, еще любят немножко друг друга, работают. Работают столько, что забывают о любви. Жанна тоже вынуждена была поступить на службу, поскольку начальник не сдержал своих обещаний. < > Гран от неизбывной усталости как-то сник, все реже и реже говорил с женой и не сумел поддержать ее в убеждении, что она любима. Муж, поглощенный работой, бедность, медленно закрывавшиеся пути в будущее, тяжелое молчание, нависавшее вечерами над обеденным столом, – нет в таком мире места для страсти. Очевидно, Жанна страдала. Однако она не уходила. Шли годы. Потом она уехала. Не одна, разумеется. «Я очень тебя любила, но я слишком устала Я не так уж счастлива, что уезжаю, но ведь для того, чтобы заново начать жизнь, не обязательно быть счастливой». Вот примерно, что она написала.
Сквозь сон она тихо говорила со мной. То был лепет ребенка и шепот возлюбленной — слова, которые боятся дневного света и в обычной, спокойной жизни редко звучат даже ночью; слова печали и прощания, тоски двух тел, которые не хотят разлучаться, трепета кожи и крови, слова боли и извечной жалобы — самой древней жалобы мира — на то, что двое не могут быть вместе и что кто-то должен уйти первым, что смерть, не затихая, каждую секунду скребется возле нас — даже тогда, когда усталость обнимает нас и мы желаем хотя бы на час забыться в иллюзии вечности.
Что встретил в пути Берен, с какими трудностями столкнулся, – неизвестно. Ведомо лишь, что в Дориат он добрался поседевший и согбенный, словно провел в дороге многие годы. Но вот однажды летом, бродя светлой лунной ночью в лесах Нелдорета, он повстречал дочь Короля, Лучиэнь. Стоило ему увидеть дивный силуэт, танцующий на вечно-зеленом холме возле Эсгалдуина, как перед очарованием волшебного видения разом отступили, забылись усталость и муки, перенесенные в пути, ибо волшебно-прекрасна была Лучиэнь, прекраснее всех Детей Илуватара в этом мире. Синий, как вечернее небо, плащ струился за спиной Лучиэнь, мерцая золотым шитьем; темные волосы, словно сгустившийся сумрак, волной ниспадали на плечи, и искрились серые глаза, словно сумерки, пронизанные светом звезд. И вся она была волнующимся бликом в листве, голосом чистых звенящих струй, жемчужным сиянием туманов вечерней земли; нездешним светом, мягким и таинственным, озарено было лицо Лучиэнь.
Вот она, перед ними — недвижно покоится на своей маленькой кроватке. И торжественное безмолвие этой комнаты перестало быть загадкой для них. Она умерла. Что могло быть прекраснее этого сна, пленяющего глаз своей безмятежностью, не омраченною следами страданий и мук. Казалось, смерть не тронула её, казалось, она, только что из рук творца, ждет, когда в нее вдохнут жизнь. «Когда я умру, положите около меня то, что тянется к свету и всегда видит над собой небо». Так она говорила в последние свои дни. Она умерла. Кроткая, терпеливая, полная благородства, Нелл умерла. Птичка — жалкое, крохотное существо, которое можно было бы раздавить одним пальцем, — весело прыгала в клетке, а мужественное сердце её маленькой хозяйки навсегда перестало биться. Где же они, следы преждевременных забот, следы горя, усталости? Всё исчезло. Её страдания тоже умерли, а из них родилось счастье, озаряющее сейчас эти прекрасные, безмятежно спокойные черты.
А что теперь у него есть, чтоб оставаться в своем уме? Поездка в клинику раз в месяц, ингаляция пентамидина и белковые липиды, длинная ночь с потоком бессмысленных фраз, которые громоздились в его воспоминаниях, грязная больничная палата на Эрлайн хайвей, набитая проститутками и наркоманами?
Наркоманам тоже не легче. Всегда знать, что кто-то храпит или колется в некоем мотеле или даже в соседнем; всегда знать, что он может наложить на любого из них руки, если захочет. А хотел Люк беспрестанно. Ежеминутно представлял, как это снимет его тошноту, уничтожит разъедающую усталость, сотрет отпечаток Трана с его тела.
Не отпускай меня, пожалуйста,
Держи — насколько хватит сил.
Не дай отчаянной усталости
Об избавление попросить
Я так люблю тебя. И мучаю.
И страшно мучаюсь сама
Но ты же знаешь — мы везучие,
Нам на двоих одна тюрьма,
Одна сума, одно безумие,
Один до дыр затёртый Чиж.
И мы б давно от боли умерли,
Себя пытаясь разлучить,
Но мы воюем, держим, держимся,
Хватаем прошлое рукой,
Воспоминания о нежности
Сплетаем с яростной тоской,
И ждём, как дара, малой малости —
Уменья друг без друга жить.
Не отпускай меня, пожалуйста,
Насколько хватит сил — держи.
Вот бы взять и стать везучим -
Чтобы все как у людей,
Чтоб тепло в мороз трескучий,
Чтобы лето без дождей.
Чтоб друзья звонили чаще,
Узнавая, что да как,
Чтоб негаданное счастье -
Просто так.
Вот бы взять и стать степенным,
Бросить с пятницы курить,
Написать роман толстенный
И деньгами не сорить.
Чтоб огонь горел в камине,
Чтобы с кисточкой колпак,
Чтобы радость без причины –
Просто так.
А звезды падают все выше
В озеро алой зари,
И рыжий кот запел на крыше.
Let it Be... Let it Be...
Вот бы взять и стать могучим,
Не судить и не жалеть,
Разогнать над миром тучи
И простудой не болеть,
Чтоб забыть свою усталость,
Сделать к небу первый шаг,
Чтобы ты со мной осталась-
Просто так.
Вот бы взять и стать везучим, Let it Be...
Вот бы взять и стать степенным,
Let it Be...
Чтобы ты со мной осталась
Ищите женщину
Когда сжимая цепкой лапой мозг и горло,
Кошмары снятся, а потом вы их не помните,
Ищите женщину — чтоб пот со лба вам стёрла
И посидела с вами рядом в тёмной комнате.
Когда обрыдло всё вокруг, к парадной скатерти
Стремятся руки, чтоб стянуть и всё посыпалось,
Ищите женщину, чтоб злость свою сорвать на ней,
Такую дуру, чтоб терпела и не рыпалась.
Когда не клеются дела и иже с ними,
И от усталости зрачки пусты и сужены,
Ищите женщину — и вас она обнимет,
И объяснит, что кроме вас, никто не нужен ей.
Весна давно уж позади,
И лето красное далеко.
В осенний вечер не сиди
И не смотри на дождь из окон.
Войди в осинник золотой —
Неторопливость увядания
Откроет вдруг перед тобой
Природы честность и старание.
Усталость легкую пойми,
Ведь это вовсе не усталость,
А сожаление, что с людьми
Осталось быть такая малость.
Беда не в горести разлук,
Не в смене ложи или крыши,
Не в том, что слышен сердца стук,
А раньше ты его не слышал.
Не в том печаль, что рвется нить,
А ты в судьбе не наловчился,
А в том, что и любить и жить
Ты так недавно научился.
Ни дыхания, ни порыва, ни отголоска ни движения, все пусто и одичало.
Только осень лежит на сердце моем наброском, обнажаясь в моменты молчания и печали. Ничего не меняется: город, дома, статичность, солнце лижет углы им, лимонным течет по боку Я бы вычел себя из реальности. Взял и вычел. Я бы вынес себя за пределы или за скобки. Я бы стал невозможным, незримым, потусторонним, проходил сквозь людей, никогда не пытаясь быть им ни любовью, ни верой, ни знаком — пером вороньим, листопадом, маршрутом, звеном из цепи событий. Я устал, но усталость эта иного толка, чем физический спад, чем душевный поток терзаний одиночества Нет, я полон людьми настолько, что я вижу их лица с завязанными глазами.
И мой мир по частям разобран легко и просто, и мой опыт искать себя снова — неоднократен. Я молчу, возвращаюсь в дом, достаю набросок и рисую, чтоб выделить части и вновь собрать.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Усталость» — 234 шт.
