Цитаты в теме «зеркало», стр. 31
Кто эта женщина с потухшими глазами? -
С тревогой я у зеркала спросила.
В ней что-то общее с осенними дождями,
В ней света нет стара и некрасива.
Я точно помню, здесь была совсем другая,-
Улыбкой теплой на весну похожа
Страницы памяти неспешно пролистаю,
Ищу её, и жизнь свою итожу.
Она по-прежнему во мне, но позабыла,
Что можно быть счастливой и беспечной.
Ей часто находить случалось силы,
Чтоб столкновений избежать на встречной.
Судьба, даруй ей ощущение полета,
Любимых глаз спасительную нежность,
Любимых рук тепло, уют, заботу
И веру в то, что существует верность.
И снова вслед ей смотрят восхищенно,
И вновь звенит земля под каблучками,
Сияет взгляд, весной и солнцем полон,
Стократно отражённый зеркалами!
Солнечный луч разогнал тучи мрачные, влагой набухшие.
В листьях, как в сотнях зеркал, отражается бликами золота.
Ранняя осень без устали дарит тепло и радушие
Это как зрелость и мудрость прекрасного женского возраста.
Хочется петь и любить, не советуясь с собственным опытом,
В мысли твои и слова, будто в шаль, от прохлады укутавшись,
Признаков времени не замечая, принявши безропотно,
Что в волосах паутинки из бабьего лета запутались.
Верить, что все еще будет. Душа нараспашку, как в юности.
Утром улыбкой твоей и теплом новый день мой засветится.
Счастье найти в темноте наших судеб и чувств обоюдности.
Только бы знать — мы вдвоём, и печали в муку перемелются.
Где ты был? Когда я всей душою,
Влюблена в тебя была ждала,
Не пришел ко мне, не успокоил,
Взгляд холодный, словно зеркала
На меня глядят глаза чужие,
С фотографии любимый образ мой,
В одиночестве, в часы ночные,
Ты такой был близкий и родной
Но молчанием мне больно ранил,
Сердце раскололось пополам,
Я в любви устрою бой без правил,
Не заплачу! Честь мне и хвала
Где ты был? Когда тебя звала я,
— Приезжай! Останься навсегда!
Ты ошибся вовсе я не злая,
Истеричка? Боже, ерунда
А быть может сам ты виноватый?
Обещания не выполнял,
Привкус в горле яда едковатый,
Редкой масти черствый экземпляр
Натянулась тонкою струною,
Не оглядываясь навсегда ушла,
Где ты был? Когда я всей душою,
Влюблена в тебя была ждала.
Зеркало души моей — Глаза,
В них увидеть многое возможно,
Как порою в жизни было сложно,
О любви огромной рассказать
Смогут вам они и взглядом грустным,
Посмотрю. Едва сдержу я слезы,
И неутешительны прогнозы,
И лежит на сердце мертвым грузом
Наше расставание боль утраты,
И обиды били по живому,
Я с предательством, увы, знакома,
Забирай с собою без возврата
Все плохое, что мне душу ранит,
Зеркало души — глаза — в печали,
Солнечными озарюсь лучами,
Если кто-то Счастье мне подарит.
Творчество! Вознесение к высям! Преодоление себя. Прыжок выше головы. Ракетой взмыть в небеса, схватить раскачивающиеся веревочные лестницы, взойти на стены, весь мир как трофей, как скальп у пояса, всполошить ангелов в их эфирных норах, погрузиться в звездные глуби, ухватить кометы за хвост. В таком экстазе писал об этом Ницше, и вот — вперед, в зеркало и смерть среди корней и цветов. «Ступени и мнимые ступени» 54 , — написал он, и внезапно разверзлась бездна, и мозг подобно алмазу рассыпался в крошки под дробящим молотом истины.
Мне Вас не терять — раз я Вас до сих пор не нашла
На скользких ступенях не падать /со страхом разбиться/
А Вам никогда не соврут обо мне зеркала —
В них быстро и слишком поспешно сменяются лица
Мне Вас забывать, ещё множество раз забывать
А Вам — уходить, обещая сто раз не вернуться
Вы делите с кем-то на ночь ледяную кровать
И делитесь утром лимонною долькой на блюдце
Вас столько в себе, что порой Вы не знаете сам,
Какой Вы сейчас ну, а «завтра» Вас вряд ли изменит
Я Вас узнаю, как порой узнают по глазам
И правду, и ложь. Только это — гораздо больнее
Мне Вам не писать невозможно почти что ещё
Готовит для Вас, для меня одиночество-с***?
Укройте меня из надежд не до шитым плащом
Входите. Открыто. Вам, можно, конечно, без стука.
Происходит в жизни много разного:
Встречи, праздники, разлука, смерть.
Но то единственное — прекрасное,
Вряд ли знает каждый человек.
Как чудесно всё-таки быть женщиной,
Знать, что скоро будешь мать,
Чувствовать твои прикосновения
И биение сердца ощущать.
На себя смотрю я часто в зеркало —
Радостью полны мои глаза.
И жалеть мне больше нечего,
Ведь от любимого я жду тебя.
С гордостью сейчас хожу по улицам,
Смотрят вслед завистливо мне все.
А любимый мой сказал мне:
«Умница, за него люблю тебя ещё сильней!»
Когда плохое настроение,
Устройте праздник для души:
Откройте настеж окна, двери,
Впустите светлые лучи.
Пусть эти маленькие солнца пройдут
Сквозь пять больших зеркал,
Тогда вы засмеетесь звонче —
По стенке зайчик пробежал.
Вот вы скользите дальше
Взглядом и видите, что с потолка
Летят зайчата ярким градом,
Чтоб прочь от вас ушла тоска.
Они веселые ребята
И страшные озорники.
Однажды встретив их, я рада,
Что сбылись все мои мечты.
Они лишь солнышка мальчишки,
Так ласковы и так нежны.
Быть может, я люблю их слишком,
Но часто мне они нужны.
Мои забавные зверушки,
Не покидайте никогда,
Ведь ваши славные макушки —
Частичка счастья и добра.
Спрятаться от себя невозможно. Бежать куда-либо бессмысленно. Всё равно боль вернёт обратно. Вернёт туда, где начинаются следы безнадёжности. Время примиряет с собой. Встаёт перед тобой зеркалом, заживляя в отражении шрамы сердца. Смотришь на себя и, сквозь паутину отчаяния, понимаешь, что хочешь идти дальше. Жить, верить, снова ждать. Улыбаться кудрявым облакам, объедаться вишнёвым мороженым, чувствовать щекотку пузырьков в носу от выпитой газировки, целовать мерцающие под луной губы. Ни одна боль не способна отвернуть человека от жизни. К любой запертой двери найдутся ключи, которыми её можно отпереть Не раз убегала из Москвы. Её не преследовали, не изгоняли. Она сама уносилась в неизвестность, смывая слезами обратный путь. Возвращалась. Спустя время. Дороги назад уже были заново отстроены поутихшими эмоциями.
Неотразимая,
Ты зимним зимняя!
Ты завораживаешь,
Как замораживаешь!
Душа нальделая
Все ледяней.
Что ты наделала
С душой своей!
Быть ледяною
Ее заставила
И, словно комнату,
Ее уставила вещами,
Может быть и хорошими,
Но замораживающими,
Холодными
Там воздух не колышется.
Цветов там нет.
Как лёд коричневый,
Блестит паркет.
Где-то гомон уличный,
Дневной жары накал.
Здесь —лед рояля угольный
И ртутный лед зеркал.
Здесь не бывает солнечно.
Здесь лампы свет чуть льют.
Свисают сонные
Сосульки люстр.
А я хочу быть в гомоне
Среди людей.
Мне страшно в комнате Души твоей.
Душа усталая,- себе постылая,
И вся уставленная, и вся пустынная.
Она давно не верила в любовь,
Но все же, каждый день в него влюблялась,
Он очень часто причинял ей боль,
Она умело сильной притворялась.
Она давно истратила лимит,
Девичьих слез в подушку вечерами,
Те, у кого всегда в груди болит,
Легко пренебрегают докторами.
Ее улыбка создана сквозь боль,
И на лицо приклеена помадой,
Она давно не верила в любовь,
Но не суди ее, ведь ей так надо!
Она пьет полусладкое вино,
А иногда грешит крепленым красным,
И ты знакома с ней! Причем давно
И в зеркале встречаешь ежечасно.
Я охотно совершаю публичную исповедь, < >. Обвиняю себя напропалую. < > То, что касается меня, я примешиваю к тому, что касается других. Я схватываю черты, общие для многих, жизненный опыт, выстраданный всеми, слабости, которые я разделяю с другими, правила хорошего тона, требования современного человека, свирепствующие во мне и в других. Из всего этого я создаю портрет, обобщенный и безликий. Так сказать, личину, похожую на карнавальные маски, вернее, на упрощенные изображения, увидев которые, каждый думает: «Постой, где же я встречал этого типа?» Когда портрет закончен, как вот нынче вечером, я показываю его и горестно восклицаю: «Увы, вот я каков!» Обвинительный акт завершен. Но тут же портрет, который я протягиваю моим современникам, становится зеркалом.
– В глубине души мы все болеем против «своей» команды. Против человечности. Это мы – против нас. Ты сам – жертва собственной ненависти.
Мы любим войну, потому что это единственный способ завершить нашу работу. Отшлифовать наши души. Здесь, на Земле: на огромном заводе. В полировочном барабане. Через боль, ярость, конфликты. Это – единственный путь. Куда? Мы не знаем.
– Когда мы рождаемся, мы столько всего забываем, – говорит мистер Уиттиер.
Когда мы рождаемся, мы как будто заходим в здание. И запираемся в нем, в этом здании без окон, и не видим, что происходит снаружи. Если ты там пробудешь достаточно долго, ты забудешь, как выглядит то, что снаружи. Без зеркала, забывается даже собственное лицо.
На фабрике родился тюбик с зубною пастою внутри.
Его купили в магазине , домой в пакете принесли.
Жил в ванной комнате на полке, средь щёток, банок и зеркал,
И всё, что от него хотели, он людям честно отдавал.
Его ценили и любили, пока он пользу приносил,
Но время шло неумолимо, всё меньше оставалось сил.
И вот весь сморщенный, помятый, в корзину с мусором попал,
Опустошённый и погнутый, он никому не нужен стал.
Ты, верно, понял, мой читатель, о чём веду я свой рассказ,
Мы все на тюбики похожи, нужны, пока есть паста в нас.
Теперь то время ассоциируется у меня с туалетом фешенебельного клуба. Вокруг мрамор, огромные зеркала, дорогая парфюмерия, одежда, которая будет модной только завтра, деньги, которые появлялись из ниоткуда и исчезали в никуда, проникновенные беседы до утра, круговорот девчонок, которые входят и выходят, сантехника причудливой формы. И ты сидишь на троне, с закрытыми глазами, понимая, что по стилю жизни ты либо арабский шейх, наследник нефтяной империи, либо модный промоутер, и непонятно, что важнее. В любом случае, весь мир у тебя под ногами. Но потом веки непроизвольно дергаются, ты открываешь глаза и понимаешь, что сидишь всё-таки в туалете, а внизу, под тобой, всё-таки дерьмо.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Зеркало» — 756 шт.
