О чем я говорю, когда говорю о беге (Мураками Харуки) книга, цитаты

Еще одно необходимое
качество — это выносливость.
Если вы сосредоточенно
работаете по три-четыре часа
в день, но уже через неделю
чувствуете, что ужасно
устали, — значит, вы не
сможете написать крупное
произведение. Писателю — по
крайней мере, писателю,
задумавшему написать
повесть, — необходим запас
энергии, которого бы хватило
на полгода, год, а то и на два
упорной работы. Это можно
сравнить с дыханием. Если тот
момент, когда мы
сосредотачиваемся,
уподобить глубокому вдоху,
то выносливость — это
умение медленно и бесшумно
дышать, экономно расходуя
глубокий вдох. Тому, кто
хочет стать
профессиональным
писателем, необходимо
научиться правильно сочетать
две эти техники. Набрав
побольше воздуха в легкие,
продолжайте дышать.
К счастью, два последних
качества (выносливость и
умение сосредотачиваться)
отличаются от таланта тем,
что их можно в себе
воспитать и развить с
помощью тренировок.
Когда ты молод и
талантлив — это окрыляет.
Однако рано или поздно
молодость проходит, и
свободная, кипучая
деятельность теряет свою
«свежесть и натуральный
блеск». Ты вдруг
обнаруживаешь, что вещи,
которые раньше давались
тебе без всякого труда, вовсе
не так уж просты. Так, подача
удалого питчера с годами
становится все слабее.
Разумеется, люди, старея,
придумывают различные
способы компенсировать
постепенный упадок сил. И
наш питчер из удалого
превращается в хитрого и
специализируется теперь на
бросках со сменой скорости.
Но всему есть предел. И вот
уже снова бессилие маячит
перед нами бледной тенью.
А вот не очень талантливые
писатели — те, которым
соответствие общепринятым
стандартам дается с
трудом, — должны с молодых
лет наращивать себе
«мышцы», верно рассчитывая
свои силы. Таким писателям
приходится тренироваться,
чтобы развить в себе
выносливость и умение
сосредотачиваться. В этих
качествах они находят (в
некоторой степени) замену
таланту. И вот так, постепенно
«превозмогая» жестокую
реальность, они
действительно могут
неожиданно обнаружить в
себе скрытый талант. Потеют,
ковыряют лопаткой яму у
себя под ногами — и вдруг
натыкаются на подземный
источник. Понятно, что это
вопрос удачи, но удачи
неслучайной: если бы не
упорные тренировки,
благодаря которым появились
силы копать, ничего бы и не
было. Полагаю, что почти все
поздно начавшие писатели
прошли через нечто
подобное.
Естественно, встречаются
люди (но их, опять-таки
естественно, очень мало),
наделенные таким мощным
талантом, которого хватает на
всю жизнь, — он не
ослабевает и не истощается.
Каждое их произведение —
шедевр, и сколько они ни
черпают из своего источника,
он не иссякает.
Проблема с талантом заключается в том, что в большинстве случаев человек не может контролировать качество и количество своего таланта. И когда вдруг выясняется, что таланта явно не хватает, то как ни придумывай, откуда пополнить истощившиеся запасы, как ни пытайся экономить талант, растягивая его на подольше, вряд ли из
этого что-то получится. Талант живет сам по себе, хочет — фонтанирует, хочет — иссякает, и тогда плохи наши дела. Разумеется, жизненный путь Шуберта и Моцарта, а
также некоторых поэтов и рок-певцов — в короткий срок исчерпавших свой сключительный талант или умерших на пике славы и преображенных драматической и
безвременной своей кончиной в прекрасную легенду — мало кого оставляют равнодушными, но для большинства из нас это все-таки не модель для подражания.
Вторым по важности качеством я считаю умение сосредотачиваться. Или даже так — сосредотачивать свой, в известной степени ограниченный, талант на том, что жизненно необходимо в данную минуту. Без этого вам не удастся создать ничего хоть сколько-нибудь ценного. Умение сосредотачиваться даже может частично компенсировать несовершенство таланта или его нехватку.
С моей точки зрения, писать
прозу — это тяжелый
физический труд. Да,
сочинительство —
ментальный процесс, но
чтобы написать роман или
книгу, необходимо
поработать физически. Это,
конечно, не означает, что
нужно носить тяжести, быстро
бегать и высоко прыгать. Тем
не менее большинство людей
видят только то, что на
поверхности, и считают
писателей особыми
существами, отдающими
практически все свое время
тихой интеллектуальной
кабинетной работе. Если ты в
состоянии поднять чашку
кофе, полагают очень и очень
многие, значит, тебе хватит
сил написать повесть. Но
попытайтесь хоть раз что-
нибудь написать, и вы
поймете, что труд писателя не
такая уж синекура, как может
показаться со стороны. Весь
этот процесс создания чего-то
из ничего — сидение за
столом; собирание воли в
пучок наподобие лазерного;
сочинение сюжета; подбор
слов, одного за другим;
забота о том, чтобы нить
повествования не порвалась
и не запуталась, — требует в
десятки раз больше энергии,
чем думают непосвященные.
Писатель находится в
постоянном движении не во
внешнем, а в своем
внутреннем мире. И его
тяжелый и изнурительный
внутренний труд скрыт от
постороннего глаза. Принято
считать, что в процессе
мышления участвует только
голова. Это не так: писатель,
натянув на себя рабочий
комбинезон «повествования»,
мыслит всем телом, что
приводит к напряжению, а то
и к истощению всех сил — и
физических, и ментальных.
Многие талантливые писатели
раз за разом совершают этот
подвиг, даже не отдавая себе
отчета в том, что, собственно
говоря, происходит. В
молодости, имея
определенный талант, можно
легко писать крупные вещи и
играючи справляться с
возникающими по ходу дела
трудностями. Ведь когда ты
молод, твое тело буквально
напоено жизненной силой. Ты
можешь сосредоточиться на
чем угодно и в любой момент,
да и с выносливостью
никаких проблем.