
Ибо как в мрачных потемках дрожат и пугаются дети,
Так же и мы среди белого дня опасаемся часто
Тех предметов, каких бояться не более надо,
Чем того, чего ждут и пугаются дети в потемках.
Мы или делаем себя жалкими, или мы делаем себя сильными. Количество труда одно и то же.
Наше эго уверяет нас, что мы, как снежинки, — уникальны, но на деле мы все хотим одного и того же: любви, прощения и шоколада.
Взрослые и дети — два разных народа, вот почему они всегда воюют между собой. Смотрите, они совсем не такие, как мы. Смотрите, мы совсем не такие, как они.
Все мы стали людьми настолько, насколько научились любить и понимать других.
Нам говорили (раньше), что жить хорошо будут наши дети, а сейчас говорят, как мы хорошо жили.
Старики и дети умеют жить. Эти ребята, стоящие на разных полюсах жизни, веселятся как никто другой. Им все равно, что думают окружающие.
Неужели Ты не понимаешь, что мы живем, как свиньи и дохнем, как свиньи, только потому, что мы друг другу никто.
Мы всего боимся, как и положено смертным, и всего хотим, как будто награждены бессмертием.
Берегите друг друга, люди!
Боль потери не лечит хмель,
Мы – художники наших судеб,
Мы – и кисти, и акварель.
Относитесь к любви, как к кладу,
Чтоб потом не рыдать ей вслед,
Без любви ничего не надо,
Без любви ничего и нет!