Цитаты
Кодекс Бусидо

В первый день осады замка Хара Цурута Яситибэй был направлен с посланием от господина Мимасака к Оки Хёбу, но в момент передачи послания пуля, прилетевшая со стороны замка, попала ему в поясницу, и он мгновенно упал лицом вниз. Потом он снова поднялся, пересказал оставшуюся часть сообщения, был сражен во второй раз и умер. Тело Яситибэя отвез назад Тайра Тихёэй. Когда Тихёэй возвращался обратно в лагерь Хёбу, в него также попала ружейная пуля, и он погиб.

—  Кодекс Бусидо, 188 цитат

ПОХОЖИЕ ЦИТАТЫ

ПОХОЖИЕ ЦИТАТЫ

Бумеранг всегда возвращается в тот момент, когда его совсем не ждешь. Причем удар он наносит с любой стороны и очень болезненно, что не произвольно вырывается: "Блин! Лучше бы я стал на грабли".

Интересно вспоминать, как ты познакомился с человеком, как его первый раз увидел и что почувствовал, что подумал о нем, было как-то безразлично на него сперва, а потом... а потом он стал смыслом твоей жизни.

Свобода открывается человеку в тот момент, когда ему безразлично, какое впечатление он должен производить.

Чужой он и есть чужой. Что в нём хорошего? А свой - он тёплый. У него и глаза другие. Свой- он немножко как ты сам...

Когда женщина научится хвалить своего мужчину в самых разных мелочах, вот именно в тот самый момент он расправит крылья и свернет для нее горы.

Не заблуждайтесь в мысли, что мир вам чем-то обязан — он был до вас и ничего вам не должен.

Когда разочаровываешься в человеке, становится все равно, где он, с кем он и что он о тебе думает или не думает.

Закаты пропитаны грустью. Потому что каждый раз, провожая его, думаешь: каким ни был, удачным или неудачным, день — это мой день, и он уходит навсегда.

Однажды шторм закончится, и ты не вспомнишь, как его пережил. Ты даже не будешь уверен в том, закончился ли он на самом деле. Но одна вещь бесспорна: когда ты выйдешь из шторма, ты никогда снова не станешь тем человеком, который вошёл в него. Потому что в этом и был весь его смысл.

Единственный, кто поступал разумно, был мой портной. Он снимал с меня мерку заново каждый раз, когда видел меня, в то время как все остальные подходили ко мне со старыми мерками, ожидая, что я им буду соответствовать.