Сократ никогда не обижался. Он справедливо говорил, что это или его не касается, или если касается, то поделом. Если ты обижаешься на человека, то он выше, умнее и достойней тебя. Так бери пример с него, тянись до его уровня. А если он ниже, глупее и менее достойный, чем ты, то, обижаясь на него, ты его возвеличиваешь своей обидой, а себя унижаешь.
— Михаил Ефимович Литвак, 77 цитат
ПОХОЖИЕ ЦИТАТЫ
ПОХОЖИЕ ЦИТАТЫ
Eсли ты любишь человека таким, какой он есть, то ты любишь его. Eсли ты пытаешься его кардинально менять, то ты любишь себя. Вот и всё.
Интересно вспоминать, как ты познакомился с человеком, как его первый раз увидел и что почувствовал, что подумал о нем, было как-то безразлично на него сперва, а потом... а потом он стал смыслом твоей жизни.
Не спрашивайте у человека — любит он Вас или нет. Если Вы не чувствуете этого в его поступках по отношению к Вам, то, значит, ответ Вы уже знаете.
Кому вот ты делаешь хуже, когда обижаешься? Обидчику? Если он тебя обидел, то ему явно пофиг на тебя. Кто остается? Лишь ты. Чувствуешь?
Борщ - он как Кунг-фу. Ты можешь готовить его всю жизнь, но так и не достигнешь уровня бабушки)
Если ты вверишь свои тайны ветру, не кори его за то, что он откроет их деревьям.
Меня не касается, маленький кто-либо или большой и что говорят про него другие: красив, некрасив, умён, глуп; меня не касается даже, хорошо ли учится, хуже меня или лучше; девочка это или мальчик. Для меня человек хорош, если хорошо относится к людям, если не желает и не делает зла, если он добрый.
Человек, которому предстоит долгая жизнь, не обращает на время никакого внимания; он думает, что впереди у него целая вечность. А когда он потом подводит итоги и подсчитывает, сколько он действительно жил, то оказывается, что всего-то у него было несколько дней или в лучшем случае несколько недель. Если ты это усвоил, то две-три недели или два-три месяца могут означать для тебя столько же, сколько для другого значит целая жизнь.
Однажды шторм закончится, и ты не вспомнишь, как его пережил. Ты даже не будешь уверен в том, закончился ли он на самом деле. Но одна вещь бесспорна: когда ты выйдешь из шторма, ты никогда снова не станешь тем человеком, который вошёл в него. Потому что в этом и был весь его смысл.
Страсть — она так, до послезавтра, а совместимость — она навсегда.
Все важно, и все не важно; то есть, если это биологическая совместимость, то она во всем, понимаешь?
Человек тебе подходит во всем. Из рук выпустить трудно, правда. И все равно, что он говорит, — просто слушаешь голос. И все равно, что он делает, — просто смотришь на него. Смотришь, и тебе хорошо, тепло так. Ты на него смотришь, и такое чувство — вот я и дома, понимаешь? А потом с другими ничего и не выходит. Все, вроде, и ничего так, но все время домой хочется.