Сколько усилий предпринимают люди, чтобы притупить своё восприятие, неужели это для тебя новость? Одни изо дня в день пьют пиво, другие раскладывают электронные пасьянсы, третьи мусолят романы, четвертых от телевизоров за ноги не оттащишь Собственно, все эти ухищрения не обязательны. Достаточно поменьше спать и побольше жрать, это тоже отлично работает А потом удивляются: отчего в юности счастье и муку ломтями резали, а нынче тонким слоем мазать приходится на хлеб насущный? Куда ушла острота ощущений? Почему сердце больше не рвётся на части по всякому пустяковому поводу? И одни вздыхают покорно: «Старею», другие радуются: «Мудрее становлюсь, обретаю власть над эмоциями». А самые лучшие понимают, что уже положены живьем во гроб, терять почти нечего, и идут вразнос, тело своё в первый попавшийся костёр на растопку кинуть готовы, лишь бы обрести хоть на миг растраченное по пустякам сокровище Другое дело, что оно не утрачено. Лежит себе в подвале – только отыщи да пыль смахни. Но это, как ни странно, труднее всего. Сгореть много, много проще.
— Жалобная книга (Макс Фрай), 48 цитат
ПОХОЖИЕ ЦИТАТЫ
ПОХОЖИЕ ЦИТАТЫ
Истина прекрасна, но скрыта одеждами незнания. Одни пытаются ее обнажить на деле, другие раздевают мысленно, третьи лгут, что обладают ею.
Такое уж дело печаль: удовольствия от неё никакого, а времени и сил отнимает так много, что на другие дела почти ничего не остаётся.
Думать никогда не вредно – только думать как следует и в нужном направлении. Потому одни добиваются успеха в делах, а другие нет.
Одни книги нужно попробовать на вкус, другие — проглотить, и лишь немногие — разжевать и переварить.
Люди делятся на две половины. Одни, войдя в комнату, восклицают: «О, кого я вижу!»; другие: «А вот и я!»
Люди бывают разные, как и свечи: одни для света и тепла а другие — в задницу!
Неудача — это не единичное внезапное событие. Ваш провал не возникает внезапно. Напротив, неудача появляется, когда вы совершаете одни и те же ошибки изо дня в день.
А счастье — это купить обои, иметь семью, запастись терпеньем.
А счастье — это на кухне двое, пьют чай и мажут на хлеб варенье.
А счастье — это не Рим и Куба, не куча шмоток, не развлечение.
А счастье — слишком родные губы, уютный домик и чай с печеньем.
Меня ужасно бесят эти разочарованные во всём люди. Убогие растения, которые считают, что в этой жизни ничего не возможно добиться и что успех приходит лишь к избранным. Так вот, дорогие страдальцы. Успех приходит к тем, кто рвет и мечет, пашет и вкалывает, а не валяется на диване, попивая пиво и мечтая о миллионах.
Успех приходит, когда спортсмен, в которого никто не верит и которому все говорят, что у него нет шансов, невзирая на боль в каждой клетке тела идёт на тренировку, а затем этот мальчуган становится Олимпийским чемпионом. Успех приходит, когда девчонка, которой родители с детства твердили, что танцы — это не профессия, и что нужно выбросить глупости из головы, репетирует ночами и в свободное от учёбы время, а затем становится известнейшим хореографом. Успех приходит, когда молодой студент, из небогатой семьи оббивает пороги потенциальных инвесторов, и ночами сидит над своими проектами, а затем становится главой мегакорпорации.
Успех приходит тогда, когда человек жертвует многим ради мечты, когда, невзирая на тысячи неудач и падений, он встаёт и идёт вновь к своей цели. Прежде, чем говорить, что жизнь дерьмо и в ней невозможно чего-то достичь, задумайся над тем, что лично ты сделал для того, чтобы твоя мечта стала реальностью? Сколько ночей не доспал? Сколько травм получил? Сколько раз тебя окунали лицом в грязь? И сколько раз ты не бросал своё дело, несмотря ни на что?
Ножки болят, слишком устал, нет времени, я не талантлив и прочие оправдания для неудачников, гниющих возле мониторов. Разве это про тебя? Не думаю.
Запомни, всё возможно в этой жизни. Абсолютно всё! Если ты в это веришь и по-настоящему этого желаешь. Ибо нет на свете вершин, что взять нельзя!
Самые умные люди, как и самые сильные, находят счастье в том, где другие нашли бы только катастрофу: в лабиринте, в суровости по отношению к себе и другим, в трудностях. Они наслаждаются властью над собой: для них аскетизм становится второй натурой, необходимостью, инстинктом.