Он был старше ее на четырнадцать лет,
А она младше была на четырнадцать зим.
Почему ей достался тот лишний билет,
И зачем она взглядом вдруг встретилась с ним.
Почему он вернулся за папкой для нот,
Хоть всю жизнь без конца, уходя, уходил.
Это знает, скорее всего, только тот,
Кто рукою его водил.
Ты для меня — солнечный свет,
Я для тебя — самый, самый.
Мы проживем тысячу лет
И на земле, и под небесами.
Мы проживем тысячу лет
И на земле и под небесами.
Он был старше ее на пять тысяч ночей,
Она младше была на пять тысяч утрат.
Но не сможет понять никакой казначей,
Почему они вместе проснулись с утра.
Почему он вернулся за папкой для нот
И остался, понять ничего не успев.
Но случайности нет —
Это выдумал тот,
Кто ему подсказал припев.
— Виктор Третьяков, 13 цитат
ПОХОЖИЕ ЦИТАТЫ
ПОХОЖИЕ ЦИТАТЫ
Какой бы сильной ни была женщина, она ждет мужчину сильнее себя и не для того, чтобы он ограничивал ей свободу, а для того, чтобы он дал ей право быть слабой.
До 30 лет — мы играемся с жизнью и она нам прощает многое. После 30 лет — жизнь играется с нами и не прощает нам ничего.
Человек часто делает ошибки. Более того, он всю жизнь только и занимается тем, что делает ошибки. Не ошибается тот, кто ничего не делает. Главное вовремя заметить ошибку и исправить ее.
Самый несчастный человек на свете - это атеист, он видит морской закат, и ему некому сказать спасибо за эту красоту.
Все мы существуем здесь, на земле, чтобы помочь другим; для чего на земле другие — я не знаю.
Он понял, что она не только близка ему, но что он теперь не знает, где кончается она и начинается он.
Тот, кто спрашивает, выглядит дураком всего пять минут. Тот, кто этого не делает, остается дураком на всю жизнь.
Человек не доживает и до ста лет, а суетится на тысячу.
Все пройдет. Страдания, муки, кровь, голод и мор. Меч исчезнет, а вот звезды останутся, когда и тени наших тел и дел не останется на земле. Нет ни одного человека, который бы этого не знал. Так почему же мы не хотим обратить свой взгляд на них? Почему?
— Кажется, я начинаю понимать, где между нами прошла трещина. Твои любимые книги для меня — чепуха. Мои для тебя — барахло. Мусор. Почему мы этого не заметили десять лет назад?
— Мы многого не замечаем, пока — он запнулся, — пока любим.