Тебе, Россия...
Роняет осень пожелтевшую листву,
Звучит Рахманинов в Серебряном Бору,
А журавли, как много лет назад,
Крестами белыми над крышами летят...
Я провожаю взглядом белый клин,
И плачет небо, потревоженное им...
Я не сумею без тебя прожить и дня,
Моя родная, непонятная страна.
Снова зимы за вёснами
Над кремлёвскими звёздами,
Годы времени смутного
К покаянию зовут меня.
Я ничего не изменю в твоей судьбе,
Лишь буду петь, Россия, о тебе.
Давай присядем на дорожку у окна,
И ты проводишь за околицу меня.
Святое небо малой родины моей
Благословило нас крестами журавлей.
Снова зимы за вёснами
Над Васильевским островом,
Воды смутного времени
Нас уносят течением,
И ничего не изменить в моей судьбе,
Я благодарен Богу и тебе...
Роняет осень пожелтевшую листву,
Звучит Рахманинов в Серебряном Бору,
А журавли, как много лет назад,
Крестами белыми над крышами летят.
— Олег Скобля, 4 цитаты
ПОХОЖИЕ ЦИТАТЫ
ПОХОЖИЕ ЦИТАТЫ
Лучшее, на что мы способны, проявляется, когда нас прижимают к стенке, когда мы ощущаем рок, нависший над нами. У тебя осталось мало времени и совсем не осталось времени для ерунды. Превосходное состояние!
Я как маленький котенок, которого нужно взять за шкирку, посадить на колени и сказать: ты теперь моя и я тебя не отпущу, и тогда я лягу и буду нежно мурлыкать.
Волк и коза. Договоримся на экономической основе: я не буду есть твоей травы, а ты за это будешь добровольно снабжать меня своим мясом.
За осенью — осень. Тоска и тревога.
Ветра над опавшими листьями.
Вся русская жизнь — ожиданье от Бога
какой-то неясной амнистии.
Я в глазах твоих утону — Можно?
Ведь в глазах твоих утонуть — счастье!
Подойду и скажу — Здравствуй!
Я люблю тебя очень — Сложно?
Нет не сложно это, а трудно.
Очень трудно любить — Веришь?
Подойду я к обрыву крутому
Падать буду — Поймать успеешь?
Ну, а если уеду — Напишешь?
Только мне без тебя трудно!
Я хочу быть с тобою — Слышишь?
Ни минуту, ни месяц, а долго
Очень долго, всю жизнь — Понимаешь?
Значит вместе всегда — Хочешь?
Я ответа боюсь — Знаешь?
Ты ответь мне, но только глазами.
Ты ответь мне глазами — Любишь?
Если да, то тебе обещаю,
Что ты самой счастливой будешь.
Если нет, то тебя умоляю
Не кори своим взглядом, не надо,
Не тяни за собою в омут,
Но меня ты чуть-чуть помни
Я любить тебя буду — Можно?
Даже если нельзя Буду!
И всегдя я прийду на помощь,
Если будет тебе трудно.
Я пришлю тебе осень в обычном почтовом конверте,
Без дождей и туманов, без сырости, горя и слёз.
Я вложу в него щедро осенней листвы разноцветье.
Только ты постарайся принять мой подарок всерьёз.
Улыбнись и подумай: «Какая красивая осень,
Сколько света и красок, как гроздья рябин хороши…»
Отпусти всё плохое, вздохни без обиды и злости,
И приняв неизбежность, почувствуй, как хочется жить,
Наслаждаться покоем, дышать этим воздухом влажным,
Ощущать в листопаде прощания легкую грусть,
Покорившись, понять: увядание вовсе не страшно,
И принять с упоением печали рябиновый вкус.
Я пришлю тебе осень в обычном почтовом конверте,
Пару строчек надежды в него постараюсь вложить.
Ты прочтешь их, и сразу поверишь в любовь и бессмертие…
В увядании листьев увидишь желание жить.
Непокорная осень… Вцепилась в последние листья,
Отдавать не решается ветру и спорит с дождем.
Для неё переход в неизвестность пока что немыслим,
Хочет жить, и в решении этом стоит на своём.
Первый снег лишь припудрит её чуть замерзшие щеки,
Но сломить не сумеет, куда там… Она так сильна.
В обреченность не верит… И пусть не согласны пророки,
Поживет ещё… Выпьет печаль увяданья до дна.
Осень, мы за одно. Мне понятна твоя непокорность.
Я цепляюсь, как ты, за летящую в пропасть листву…
И совсем не при чем никому не понятная гордость.
Просто я холодам не сдаюсь. Умирая — живу.
Всё проходит в этом мире, снег сменяется дождём,
всё проходит, всё проходит, мы пришли, и мы уйдём.
Всё приходит и уходит в никуда из ничего.
Всё проходит, но бесследно не проходит ничего.
И, участвуя в сюжете, я смотрю со стороны,
как текут мои мгновенья, мои годы, мои сны,
как сплетается с другими эта тоненькая нить,
где уже мне, к сожаленью, ничего не изменить,
потому что в этой драме, будь ты шут или король,
дважды роли не играют, только раз играют роль.
И над собственною ролью плачу я и хохочу,
по возможности достойно доиграть своё хочу -
ведь не мелкою монетой, жизнью собственной плачу
и за то, что горько плачу, и за то, что хохочу.
После 50 лет брака я однажды внимательно посмотрел на свою жену и сказал: «50 лет назад у нас был маленький дом, старенькая машина, мы спали на диване и смотрели маленький черно-белый телевизор, но зато каждую ночь я ложился в одну кровать с красивой 19-летней девушкой.
Сейчас у меня огромный дорогой дом, много дорогих машин, огромная кровать в роскошной спальне, телевизор с широким экраном, но я сплю в одной кровати с 69-летней женщиной. Я начинаю сомневаться в своем браке».
Моя жена очень разумная женщина. Она не обиделась и не ругалась. Она просто предложила мне найти себе 19-летнюю девушку, а она уже позаботится о том, чтобы я снова жил в маленьком домике, спал на продавленном диване и смотрел черно-белый телевизор.
Ну, разве женщины не великолепны? Они, правда, знают, как решить все проблемы своих мужей!
[В одном из интервью популярный американский актер Роберт Де Ниро, которому, к слову, 74 года, поделился одной историей. Удивительно, что сама история представляет собой всего лишь диалог, который не имел никакого отношения к самому актеру.]
Друг мой, рассказы о том, что у тебя нет времени поработать над своими мыслями и своей жизнью, подобны рассказу о том, что у тебя нет времени залить бензин в пустой бак, потому что тебе надо быстрее ехать. Все равно это когда-то нужно будет сделать.