Цитаты

Цитаты в теме «бабочка», стр. 11

Опасные мысли — это мысли, заставляющие шевелить мозгами.
******
Идиот убежден, что все, кроме него, идиоты.
******
Из всего, что свойственно богам, наибольшее сожаление вызывает то, что они не могут совершить самоубийства.
******
Сороконожка. Попробуй походить.
Бабочка. Хм, попробуй полетать.
******
Совесть — серьезное увлечение.
******
Чтобы считаться человеком, у которого слово не расходится с делом, нужно достичь совершенства в умении оправдываться.
******
Во все времена гений вешал свою шляпу на гвоздь, до которого нам, простым смертным, не дотянуться. И не потому, что не смогли найти скамеечку.
******
Больше всего нам хочется гордится тем, чего у нас нет.
******
Слабый боится не врага, а друга. Он бестрепетно повергает врага, но, как слабый ребенок, испытывает страх непреднамеренно ранить друга. Слабый боится не друга, а врага. Поэтому ему повсюду чудятся враги.
******
Насмехающиеся над другими боятся насмешек над собой.
Но когда б о тебе я не стала писать —
Все равно выходит слезоточиво.
Все равно кровавым речитативом
Из меня лезет память.

Сейчас опять. Нужно жить —
С понедельника, с чистой страницы.
Разучить на всех языках —
«У меня все в порядке»

Рифмовать среди ночи про
То-как-я-так-могла-ошибиться,
Исписать три блокнота и две тетрадки.
И стесняться саму себя, прятать в стол,

Закопаться в ворохе бумажного хлама —
Ах, ну если б вы знали, какая драма
Прикрывается комнатным бардаком.
А у сердца нет опции «верить» или «скучать»

Оно это совсем не обязано.
Ему нужно — стучать. Кровь качать.
Остальное — романтика и фантазии.
Примирись — раз зажали тебя в углу,

Все пройдет, как обычно проходит —
Ты как бабочка, поймали — и на иглу,
Чтобы в рамочку,
Чтобы в коллекцию, чтобы помнить.

Но когда б о тебе я не стала писать —
Не выходит пресно. Солоновато.
Уместить в конверт горечь?
Марка. Адрес.Печать. Экспонату — от экспоната.
Пусть говорят, счастливым быть,
Довольно сложно, не иначе,
А счастье — чувств святая нить,
Что жизнь собою обозначит.

А счастье вновь зовёт с собой
Сквозь все сомненья и утраты,
В тот край лазурно-голубой
К мечте волшебной и крылатой.

Пусть счастье кажется простым,
Но в нём есть сила, несомненно,
И мы весь мир благословим
За счастья миг среди Вселенной.

Пусть счастье призрачно чуть-чуть,
Но только чувствовать мы можем,
Как радость наполняет грудь,
Взлетая бабочкой под кожей.

Что счастье есть: улыбка глаз,
Слова, которых нет дороже,
Костёр любви, что в нас не гас
И прелесть, что не уничтожить.

Пусть счастье не для всех дано,
Оно живёт, как-то не странно,
Как птица постучав в окно,
Согрев лучом среди тумана.

Ты счастье выбираешь сам,
И ты получишь то, что надо,
То золота священный храм
То чувства, как души награду.
Разрешите я вам напишу
Из краёв, что зовут одиночеством?
Я у вас ничего не прошу,
Просто душу излить очень хочется.

Может вы из души этой грусть,
Уберёте строкою ответною
И я искренне вам улыбнусь,
На восходе, порою рассветною.

Я любил эту жизнь и люблю,
Но уже под другим настроением.
И всё чаще на небо смотрю
С непонятным каким-то стремлением.

Вы не думайте, я не чудной,
Просто что-то повеяло холодом,
Словно радуга в мае, весной,
Ваше фото — сверкнувшее золото!

Как идёт вашим синим глазам
Эта бабочка-брошь бирюзовая
Снова радуюсь первым лучам,
Будто жизнь начинается новая!

Хорошо, что вы всё-таки есть!
Дай вам Бог неба синего ясного!
И слова эти вовсе не лесть,
Тает сердце моё от прекрасного!

Разрешите я вам напишу
Из краёв, что зовут одиночеством?
Я у вас ничего не прошу,
Просто душу излить очень хочется.
Благодарю Тебя за тишину
За унисон несбывшихся желаний,
За то, что я, идущая ко дну,
Благодарю за дальность расстояний,

Молчание на все сигналы «SOS»,
За предсказуемый аккорд финала.
Любовь бывает «с кем-то» и «всерьёз»,
В стихах и в прозе, в снах, под одеялом.

Любовь бывает может быть
Ты — Верь! А не могу не чувствую не значу
Благодарю, за череду потерь,
За искренность, с которой тихо плачу.

- Оплакивая? - Нет! Боготворя:
Душой прильнув, а телом отрекаясь
Астральный мир — он создан для меня,
А для тебя — бурлящая реальность

С витком красивых и безумных чувств!
С мостами радуг, бабочками Слышишь?
Я за Тебя, как за детей, — молюсь
Под грустный дождь, танцующий на крыше.

Я за Тебя, я — вне земных оков,
Вне часовых, границ и гравитаций
Рассыплюсь в многоточиях стихов,
В которых ты позволишь мне остаться.
Мне хочется поговорить. Об истории, об искусстве, о литературе, о политике, о философии, о жизни, но раз за разом, после обрывочных «прив» «нра» «ваще» «как саааам» «а ничо», открывается все та же грустная, болезненная, тяжелая, трагичная, пустая бездна одинокости человеческой. Глухой, слепой одинокости, неразбавленной оттенками широкого пространства красивого мира. И бессильно опускаются руки, не способные спасти каждого, и хочется отвернутся, закурить и остаться наедине с самими собой, устало глядя в окно и думая о чем-то далеком, неважном, но легком и светлом, как крыло бабочки над полем диких цветов. И хочется взять слова, краски, шальные чувства — вечные инструменты художника, и создать вокруг себя стену толщиной в бесконечный вздох сожаления и обреченного понимания того, что там, где ты предвидел сладкую, прекраснодушную, парящую бесконечность, лишь россыпь острой мокрой гальки боли, воспаленной сознанием до размеров берега, на котором никогда не будет радостного смеха детей, любящих глаз, нежных обьятий и где-то на кромке горизонта — пения китов. И наваливатеся на душу тяжелое тело пустоты, и дышит соленым в шею, давя бетонной поступью птенцов зарождающихся идей и желаний, и в какой-то момент начинает казаться, что ничего больше не осталось, что ты один среди миражей, теней, бывших когда-то людьми Но потом ты вытираешь с висков испарину, закрываешь глаза, делаешь жизненно необходимый глоток горького горячего чая и снова веришь: «нет, нет, привиделось, конечно нет, нет, нет »