Цитаты в теме «благо», стр. 30
Мостовые сверкают от влаги дождя — по субботам —
Ренуар пишет «Танцы», приметив твой синий пиджак.
Вместо счётницы мне принесли наше общее фото,
Где на нём ещё (помнишь?) ты бисерно вывел «всех благ».
Формалиновый привкус у чая — в день прошлой разлуки —
Ты размешивал сахар не ложкой, а дужкой очков.
Я сейчас понимаю, насколько холодные руки
По ночам грели сердце. И полон твоих двойников
Этот город теперь — меморандум дистантных желаний:
Не коснуться, не взять, не проверить согласие чувств.
Среди сотен полученных (вроде случайных) посланий
Я всего ничего — твоё «здравствуй» услышать хочу.
Подожду до зимы, измеряя шагами пространство
Между пыльных перронов — по рельсам отчаянный звон.
Ты когда-то сказал, что сильнейшее в мире лекарство
От любви — это время. И, кажется, что-то про сон
Только я не лечусь.
Учёный изучает природу не потому, что это полезно: он изучает её потому, что это доставляет ему удовольствие, потому, что она прекрасна. Если бы природа не была прекрасной, она не стоила бы того труда, который тратится на её познание, и жизнь не стоила бы того труда, чтобы её прожить. Я, конечно, не говорю здесь о той красоте, которая поражает наши чувства, о красоте качеств и внешней формы вещей; нельзя сказать, чтобы я относился к ней с пренебрежением, – я далёк от этого, – но просто она в стороне от науки. Я говорю о той красоте, более интимной, внутренней, которая сквозит в гармоничном порядке частей и которую воспринимает только чистый интеллект, красота, воспринимаемая интеллектом, есть красота самодовлеющая, существующая сама для себя, и это ради неё, быть может, более чем для будущего блага человечества, учёный обрекает себя на многолетнюю и утомительную работу.
А вообще в этом «старинном споре славян между собой» я — на стороне интеллигента, а не народа, по одной простой причине: интеллигент, по определению, — это тот, кто хоть что-то осознал, а народ — это тот, кто не осознал. Интеллигент — это тот, кто хочет блага не только для себя, а народ — только для себя лично. Интеллигент борется за чужие права, а народ — за свои собственные и так далее. Вот почему интеллигент иногда, и часто, ошибается (и тут же раздается улюлюканье), а народ всегда, будто бы, прав. И заметьте, ему, народу, никогда стыдно не бывает. И он никогда не испытывает потребности извиниться. А интеллигент постоянно извиняется, и никто его еще ни разу не простил. Если я не права, приведите мне обратный пример.
Страсть бесконечна; страстным дорогам нет пресечения, нет!
«Души отдайте!» — страстным другого нет назначения, нет!
Миг зарождения сладостной страсти — благо желанный миг.
В деле отрадном ждать ли гадания, пред возвещения? Нет!
Нас не страши ты разумом властным, нам подливай вина!
К нам не причастен стражи начальник, нам запрещения нет!
Глянуть на лик, схожий с месяцем юным может лишь чистый взор,
В ликах других подобного блеска и обольщения нет.
Сердце Хафиза в горести страждет: сердце твое — гранит.
Сколько ни плакал, сколько ни звал я, — нет мне прощенья, нет!
На две речушки расколовшись,
Когда ударились о камень,
Мы не течем друг в друге больше
Земля разлуки — между нами.
Я не могу винить преграду,
Что наше благо расщепила.
Куда б ты не несла прохладу,
Тот край навек мне будет милым.
Что там за новыми холмами?
Какое кто заполнит русло?
Кто знает, может только в драме
Есть пробуждение к искусству?
Прости. Взываю о прощенье
К тебе, к себе, к кому-то свыше
Я чувствую твое течение,
Сердцебиение твое слышу.
Ведь где-то, где-то у истока,
У той скалы сомкнуты реки,
Там два магических потока
Едины в боге-человеке.
Родная, не вини тот камень,
Быть может даль сведет нас новью.
Всё, что не проклято словами,
К нам возвращается любовью.
Для чего этот день, утро, солнце, весна,
Лучше б осень и дождь в серых лужах,
Как насмешка, как фарс, облака, синева
Время не повернуть, никогда не догнать,
Мы чужие, не нужен! не нужен!
Для чего этот день, утро, солнце, весна
Кто сказал о любви, будто благо она?
Ничего я не видывал хуже, как насмешка,
Как фарс, облака, синева
Всё навязчивый бред, и пустые слова,
Мир любви болью стал перегружен,
Для чего этот день, утро, солнце, весна,
Повторяю опять виноват! виноват!
И другой такой день я не сдюжу,
Как насмешка, как фарс, облака, синева
Как рубашку на теле мне б душу порвать,
И навечно в огонь или стужу
Для чего этот день, утро, солнце, весна,
как насмешка, как фарс,
Облака, синева.
Господи! Ты знаешь, что мне надо:
Неудачи даришь и везенье.
Я всему, смеясь и плача, рада.
Всё - во благо мне и во спасенье.
Хоть не разберу порой сама я,
Что к чему, за что мне наказание, —
Всё Твоё смиренно принимаю:
Ты владеешь Планом Мироздания,
И в Твоих руках дела и судьбы,
Наша боль и наше совершенство.
Быть бы мне к Тебе поближе чуть бы!
Быть с Тобою — высшее блаженство.
Господи! Я верю, не напрасно
Всё на этом свете, всё - как надо.
Без Тебя я, Господи, несчастна.
Ты — моя надежда и награда.
И когда закончу дни земные,
Задержусь на миг миров на стыке
И приду к Тебе в края иные,
В светлый терем Вечного Владыки, —
Ты прими меня, прости, помилуй,
Дай мне стать зарёй, небесной сенью.
А пока что, Боже, дай мне силы
И любви. И кротости — терпенью.
И так же, если совершил,
Дурной поступок ты однажды ,
Творец простит; но если дважды,
К тому же руку приложил,
И так пойдёшь в пути беспечном,
То даже если не дожил,
Не осознал, не пережил,
Оставил грех в забвении вечном,
Он всё равно с тобой идёт,
И в воплощениях грядущих,
Его ответ тебя найдёт,
Страданьем на дорогах сущих
Законы Духа не видны,
Но в жизни всем они даны:
Зло увеличил с напряжением —
Получишь то же с умножением;
Благо для всех захочешь может,
К тебе придёт от Бога тоже ;
Желая нам прозрения жажды,
Всевышний путь нам проложил,
И человек, живя однажды,
Имеет то — что заслужил
Создать себя настал черёд,
А не прожить года беспечно;
Любая техника сгниёт,
А «Я» живёт на свете вечно!
И то, как думал в жизни раньше —
Дало судьбу тебе сейчас;
И всё, что с нами будет дальше —
Зависит от самих от нас.
1) Он мог бы полюбить ее, если бы не позабыл, как это бывает. Он уже не мог найти дорогу к любви. Он помнил лишь дорогу к ненависти.
2) Невозможно перепрыгнуть из рая в ад одним прыжком, — надо же где-то сделать остановку
3) — Наивысшая цель человека, — это жить в миру, но не жить его страстями; высочайшее благо — погасить пламя, сжигающее тебя, и жить в состоянии полного бесстрастия
4) Тёмная, как сама тайна, светлая, как само счастье, — его первая и его единственная любовь
Подобно Венере, вращающейся по орбите вокруг солнца, не смогла противится его влиянию и не желает для себя иной судьбы, как пребывать в сфере его притяжения-пусть даже на значительном расстоянии.
СВЯТОГО СЕРДЦА ПРЕДАННЫЙ СПЕЦНАЗ
Мы — те, кто тысячи веков подряд
Земной оси вращает медный ворот,
И в каждом есть энергии заряд,
Чтоб освещать неделю целый город!
Мы — плоть и кровь, латунь и серебро.
Да, в нас — порок, и недостатков масса.
Но также мы, животные из мяса,
Умеем петь, прощать, творить добро,
Согреть других теплом сердец и рук
Ведь свят не тот, кто молится усердно,
А те, кто не смотря на зло вокруг,
До края остаются милосердны.
Ты, кто читает — ты один из нас,
Святого сердца преданный спецназ,
Часть целого, и сам — единый целый.
Кто видит мир не в оптике прицела,
Орла кто зорче и смелее льва;
Кто в сердце носит главные слова:
«Будь благ. Не отвернись и не обидь».
Кто видит — путь страданием отмечен,
Кто знает, что наш век — недолговечен,
Но все-таки отважился Любить.
Большинство наших дворян представляет собой кучку дегенератов, которые, кроме своих личных интересов и удовлетворения личных похотей, ничего не признают, а потому и направляют все усилия на получение тех или иных милостей за счёт народных денег, взыскиваемых с обедневшего русского народа для государственного блага В конце XIX и начале XX века нельзя вести политику средних веков, когда народ делается, по крайней мере в части своей, сознательным, невозможно вести политику несправедливого поощрения привилегированного меньшинства за счёт большинства. Правители, которые этого не понимают, готовят революцию, которая взрывается при первом же случае. Вся наша революция произошла оттого, что правители не понимали и не понимают той истины, что общество, народ двигается. Правительство обязано регулировать это движение и держать его в берегах, а если оно этого не делает, а прямо грубо загораживает путь, то происходит революционный потоп.
«Если у вас есть проблема — значит, вам необходимо простить кого-то за что-то. Любой человек, который испытывает боль, должен простить. Любой человек, оказавшийся в неприятных обстоятельствах, должен простить. Необходимость прощения есть везде, где есть место страданиям, несчастью, недостатку, смущению или нищете любого рода.»
«Негодование, обвинение, гнев, желание «посчитаться» или увидеть кого-либо, уничтожает ваше здоровье. Вы должны простить раны и оскорбления прошлого и настоящего, не столько ради блага того, кто их вам нанес, сколько ради своего собственного блага.»
– Если стараешься быть хорошим не для того, чтобы стать хорошим, а ради каких-то посторонних благ, то и хорошим не станешь, и не получишь никакой награды, так что в итоге окажешься в двойном проигрыше.
– Это почему же?
– Потому что быть хорошим имеет смысл только для того, чтобы достичь очередной ступени внутреннего совершенства, ну, или, если угодно, гармонии с собой. И награда тут – не мимолётное благосклонное внимание знаменитости, о котором ты мечтаешь, а качественное изменение внутри тебя самого. Ты стараешься быть лучше, стараешься – оп! – становишься лучше и понимаешь, что тебе абсолютно по барабану, замечает тебя или нет.
Знание — сила. Сможешь ты добиться успеха или нет — это зависит только от уровня твоих знаний. У тех, кто знает, по какой схеме оцениваются работы, больше шансов поступить. Страшно ничего не знать. А ведь в мире такое происходит постоянно. У вас с самого рождения отсутствует возможность выбирать. Нужно понимать, что может принести вам пользу. У некоторых нет телевизора, нет возможности посещать хорошую школу, получать нужную информацию. По сравнению с теми, кто живет в нищете в странах третьего мира, перед вами открыт мир бесконечных возможностей. Используйте их. Понятно? Накапливайте знания и используйте их себе во благо. Не повторяйте про себя, что обязательно проиграете. Экзамены — почти макет настоящей жизни. Вы выиграете. Сдать экзамен — это то же самое, что пройти по жизни с лавровым венком на голове.
— Каждый человек имеет право жить так, как он считает нужным!
— Да, но в доме должна быть дисциплина, и ее можешь добиться только ты! Твои отец все держал под контролем, приучал всех к порядку, и это лишь укрепляло нашу семью.
— Мама, дисциплина не означает, что мы должны довить друг на друга, не оставляя друг другу и капли свободы!
— Что бы ни делал твой папа, он делал это к всеобщему благу, в этом выражалась его любовь!
— Когда любовь переходит все границы, она начинает душить, мама!
— Т. е. наша любовь душила тебя?
— Ну, мама, к чему все эти воспитательные беседы? Приехала погостить, так и веди себя как гостья!
— Я считала этот дом своим, а оказывается я здесь гостья?!
Товарообмен посредством денег – вот закон чести людей доброй воли. В основе денег лежит аксиома, что каждый человек – единоличный и полновластный господин своего разума, своего тела и своего труда. Именно деньги лишают силу права оценивать труд или диктовать на него цену, оставляя место лишь свободному выбору людей, желающих обмениваться с вами плодами своего труда. Именно деньги позволяют вам получить в награду за свой труд и его результаты то, что они значат для тех, кто их покупает, но ни центом больше. Деньги не признают иных сделок, кроме как совершаемых сторонами без принуждения и со взаимной выгодой. Деньги требуют от вас признания факта, что люди трудятся во имя собственного блага, но не во имя собственного страдания, во имя приобретения, но не во имя потери, признания факта, что люди не мулы, рожденные, чтобы влачить бремя собственного несчастья, – что вы должны предлагать им блага, а не гноящиеся раны, что естественными взаимоотношениями среди людей является обмен товарами, а не страданиями. Деньги требуют от вас продавать не свою слабость людской глупости, но свой талант их разуму. Деньги позволяют приобретать не худшие из предложенных вам товаров, а лучшее из того, что позволяют ваши средства. И там, где люди могут свободно вступать в торговые взаимоотношения, где верховным судьей является разум, а не кулаки, выигрывает наилучший товар, наилучшая организация труда, побеждает человек с наивысшим развитием и рациональностью суждений, там уровень созидательности человека превращается в уровень его возрождения. Это моральный кодекс тех, для кого деньги являются средством и символом жизни.
Были некогда люди премудрые, думавшие, что светила небесные принимают участие в наших ничтожных спорах за клочок земли или за какие-нибудь вымышленные права!.. И что ж? эти лампады, зажженные, по их мнению, только для того, чтобы освещать их битвы и торжества, горят с прежним блеском, а их страсти и надежды давно угасли вместе с ними, как огонек, зажженный на краю леса беспечным странником! Но зато какую силу воли придавала им уверенность, что целое небо со своими бесчисленными жителями на них смотрит с участием, хотя немым, но неизменным!.. А мы, их жалкие потомки, скитающиеся по земле без убеждений и гордости, без наслаждения и страха, кроме той невольной боязни, сжимающей сердце при мысли о неизбежном конце, мы не способны более к великим жертвам ни для блага человечества, ни даже для собственного счастия, потому знаем его невозможность и равнодушно переходим от сомнения к сомнению, как наши предки бросались от одного заблуждения к другому, не имея, как они, ни надежды, ни даже того неопределенного, хотя и истинного наслаждения, которое встречает душа во всякой борьбе с людьми или судьбою
Есть разные одиночества. Способов оставаться одиноким, мне кажется, гораздо больше, чем способов быть вместе с кем бы то ни было. Физическое одиночество человека, запертого в пустом помещении или, скажем, на необитаемом острове, – далеко не самый интересный и совсем не безнадёжный случай; многие люди считают, что это скорее благо, чем несчастье. Принято думать, будто такая позиция свидетельствует о мудрости, но скорее она – просто один из симптомов усталости. В любом случае физическое одиночество не предмет для разговора, с ним все более-менее понятно.
Одиночество, на которое я был обречён изначально, в силу обстоятельств рождения и воспитания, а потому привык к нему с детства и даже полюбил, – это одиночество человека, который превосходит других. Когда-то оно делало мне честь и тешило моё высокомерие; эти времена давно миновали, но страдать от него я так и не выучился. Даже в те дни, когда внезапно обретённые могущество и безумие окончательно оградили меня от других людей, одиночество стало для меня источником силы, а не муки. Да что там, оно до сих пор скорее нравится мне, чем нет, поскольку высокомерие по-прежнему мне свойственно; другое дело, что я не даю себе воли – в этом и вообще ни в чем.
А бывает одиночество опыта. Когда человек, подобно мне, переживает уникальный опыт, о котором и рассказать-то толком невозможно, он волей-неволей оказывается в полной изоляции, среди абсолютно чужих существ, поскольку ощущение внутреннего родства с другим человеком приносит только общий опыт, по крайней мере, иных способов я не знаю. Думаю, всем присутствующим такая разновидность одиночества в той или иной мере знакома. Сказать по правде, справляться с этим мне до сих пор очень непросто – наверное, потому, что я пока не способен разделить собственный опыт с самим собой. Это не хорошо и не плохо, так – есть, это – моя жизнь, другой у меня нет и быть не может.
Одной из первых неожиданностей, поразивших меня, можно сказать, еще на пороге моей жизни за океаном, было открытие, что я ни на что не годен. Я мог сослаться на свой аттестат и сказать: «Вот доказательства моей учености — я удостоен высшей награды в колледже». Но на что он мог мне пригодиться? Те отвлеченные науки, которым меня учили, не имели никакого применения в реальной жизни. Моя логика была просто болтовней попугая. Моя классическая ученость лишь загромождала мою память. И я был так же плохо подготовлен к жизненной борьбе, к труду на благо своему ближнему и самому себе, как если бы изучал китайские иероглифы.
А вы, бездарные учителя, пичкавшие меня синтаксисом и стихосложением, — вы, конечно, назвали бы меня неблагодарным, если бы я высказал вам все возмущение и презрение, которое охватило меня, когда я оглянулся назад и убедился, что десять лет жизни, проведенных под вашей опекой, пропали для меня даром, что я глубоко заблуждался, считая себя образованным человеком, а на самом деле ровно ничего не знаю.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Благо» — 631 шт.
