Цитаты в теме «боль», стр. 119
Какая встреча, ведь прошел почти что год,
И у меня в коленях нету дрожи
Ведь Соломон твердил, что все пройдет,
Выходит, и любовь проходит тоже
Я часто вспоминаю о тебе,
И иногда мороз идет по коже,
Так много перемен в моей судьбе!
Выходит, чувства изменились тоже.
Я не ищу в других твои черты,
Я не ищу тебя в толпе прохожих,
Да, были о тебе мои мечты,
Но изменились и они, выходит, тоже.
Ну что ж звони, коль есть ко мне дела,
Удачи, и еще будь осторожен!
Проходит все! И боль моя прошла!
Да и любовь, поверь, проходит тоже!
Она давно не верила в любовь,
Но все же, каждый день в него влюблялась,
Он очень часто причинял ей боль,
Она умело сильной притворялась.
Она давно истратила лимит,
Девичьих слез в подушку вечерами,
Те, у кого всегда в груди болит,
Легко пренебрегают докторами.
Ее улыбка создана сквозь боль,
И на лицо приклеена помадой,
Она давно не верила в любовь,
Но не суди ее, ведь ей так надо!
Она пьет полусладкое вино,
А иногда грешит крепленым красным,
И ты знакома с ней! Причем давно
И в зеркале встречаешь ежечасно.
Она была талантливой «актрисой»,
И столько лет свою играла роль,
Задернув шторы в доме, как кулисы,
От зрителя скрывала свою боль.
Давно уже затихли разговоры,
Лишь в пустоту печальный монолог,
Все, что вдвоем, по большей части споры,
Он маску снял, не выдержал, не смог
И их кино уже давно немое,
Все чаще по щекам стекает грим,
Он притворяется счастливым, но не скроет,
«Актрисой» этой он отныне не любим,
Она старается, как ни крути, квартира, дети
Что скажут им родители и друзья?
Но сбой пошел в налаженном сюжете,
В их милом фильме, под названием «Семья».
Она старалась долго и усердно,
Меняла роли, путалась в словах
Но» хеппи энда» не видать, наверно,
Увы, провал! Увы, похоже, крах
Она то думала, еще не слишком поздно,
Она то думала, ему не все равно,
И по щекам ее катились слезы,
Как титры черно-белого кино.
Кто по ночам тебе, мой милый, снится?
Живешь ли ты в мечтах о чудесах?
В руках твоих роскошная синица,
А я — журавль в дальних небесах
С небес я за тобою наблюдаю,
И на себе ловлю твой нежный взгляд,
И сколько раз к другим не улетаю,
Но каждый раз лечу к тебе назад
Лишь ты способен сказку сделать былью,
Лишь ты один ценил мою любовь,
Скажи, зачем ты подарил мне крылья?
Коль так хотел, чтоб я была с тобой
Кто по ночам тебе, мой милый, снится?
И чьи тебя ласкают голоса?
Твой дом — гнездо не любящей синицы,
Мой дом — любовь и боль на небесах
Я ничего тебе не обещаю,
Но без тебя я не могу летать,
Я все тебе заранее прощаю,
Хоть, может, даже нечего прощать
Я лишь сейчас и здесь, я лишь мгновенье,
И очень мало я смогу тебе отдать,
Но я люблю тебя до умопомрачения,
И этим не хочу пренебрегать
Не знаю, кто тебе ночами снится,
Но коль захочешь, только позови,
И твой журавль в руки возвратится,
На крыльях первой, искренней любви.
Животному в мире плохо,
Оно не умеет думать,
А человек умеет,
И этим он горд безумно.
Он может себе представить,
Что птица он в синем небе,
Что он — буревестник смелый,
Подобный молнии чёрной.
Или может придумать,
Что рыба он в синем море,
Что он — золотая рыбка:
Загадывай, всё исполнит!
А я вот сейчас придумал,
Что я — обезьянка в клетке,
И строю прохожим рожи,
Они мне дают бананы.
Они в зоопарк приходят,
Чтобы спастись от скуки,
Чтобы забыть о думах,
Которые их тревожат.
Чтобы забыть о боли,
Чтобы забыть о смерти,
И вырваться, хоть на время,
Из клеток собственных мыслей.
А я не хочу на волю,
Свобода ведь тоже клетка,
Хотя и немного больше,
Но в ней намного страшнее.
Мне в клетке моей уютно,
Привычка — второе счастье,
А первого нет на свете,
Его придумали люди.
Я и не расчитывал так легко тебя убедить. Думал, возникнут непреодолимые трудности и ты будешь настолько уверена в правде, что придётся часами выжимать из себя ложь Я врал Прости меня, прости, что причинил боль
Я тысячу раз повторял, что люблю тебя, а ты позволила одному-единственному слову подорвать веру в мои чувства?
Как же выразиться, чтобы ты поверила? Что мне сказать, чтобы ты мне поверила? Ты не спишь, и не умерла. Я — здесь, и я люблю тебя. Я всегда любил тебя, и я буду всегда любить тебя.
Не потому, что а, исключительно, для!
Мне жалко эмоций, до боли в груди
Мне хочется сделать все для тебя
Никогда не услышав: не уходи!
Не потому, что а, исключительно, для!
Вокруг миллионы миллиарды людей
Хаос, сумбур, бес предел бытия
Ты стала когда-то безгранично моей,
Не потому, что а, исключительно, для!
И пусть все вокруг хоть посходят с ума,
Пусть кажется — если не так, то петля!
Мы живём друг для друга, ты знаешь сама —
Не потому, что а, исключительно, для!
Улыбнись! Не спеши жить!
Проснись открой глаза!
Голосуй за то, что бы нам быть!
Голосуй, несмотря ни на что, «за»
Однажды пожилой мужчина
Ему уже лет сорок было
Решил найти себе причину
Знакомства с той, с кем не светило.
Она красива телом стройным,
Длинно волоса и умна.
По всем параметрам достойна
Давно уж статуса «жена»!
Но как знакомиться? Случайно?
Она хирург. Решил шутить.
Немного правда экстремально -
Гвоздь в ухо вставил – мол, не жить!
И вот с гвоздем... он к ней приходит...
А у нее рабочий день
Давно уже к концу подходит...
И принимать его ей лень...
Он головою ей все тычет -
Мол, посмотри, там гвоздь сидит!
А ей домой бы - там дел тиши...
А тут какой-то хрен нудит...
Он так и эдак и вот этак..
Она ж в отказ - домой спешит!
А гвоздь торчит из нервных клеток,
Мужик от боли истерит!
Забыл уже свою симпатию
И просто хочет гвоздь достать...
И вызывает тем проклятия,
Хотя, мечтал же обаять!
Она уже, почти не глядя,
Хватает гвоздь и резко в глаз! -
Идите к окулисту, дядя,
Уходит позже он на час!
Очередной ступенью боль
Опять очередной ступенью боль.
Опять вдруг человек, мне ставший близким,
Боится, что порвёт ее любовь
Хотя, готова на любые риски
Готова мчать с ветрами ты на спор,
Готова на любое приключение.
Но мне за что же мне такой отпор?
Как будто я — простое увлечение,
Которое на сутки иль на миг
За что ты так чего я не постиг
Где мой прокол? В чем истина твоя?
Готов был душу вынуть, подарить
А ты «веслом» меня и ровно в два-три дня
Готова всё на свете позабыть!
Не понимаю в жизни не пойму!
За что ты так со мною, почему?
Да! Ты во всем всегда была права
Но в этот раз подумай! Соберись!
Когда тела сошлись, как жернова,
И души до корней переплелись.
Бойтесь женщины, что вытерпела боль,
С детства научилась выживать,
На "отлично" выучила роль:
"Никого чужого не впускать!"
Бойтесь женщину, сумевшую задеть,
Тронуть те невидимые нити,
Что с годами могут очерстветь
И - алаверды, как ни крутите...
Бойтесь женщины, что сводит вас с ума,
И порой доводит вас "до ручки" -
Откровенна, вежлива, пряма,
А внутри - пустыня и колючки...
Бойтесь, даже если вас простит...
Если вы случайно, ненароком,
Завели с той женщиной конфликт,
Не забудет... Будет мстить жестоко!
Когда он вошёл, Винанд встал из-за стола, глядя прямо на него. Лицо Винанда не было лицом незнакомого человека; лицо незнакомца — неизвестная земля, её можно открыть и исследовать, будь на то воля и желание. Тут же было знакомое лицо, которое замкнулось и никогда не откроется. В нём не было боли самоотречения, это было лицо человека, отказавшего себе даже в боли. Лицо отрешённое и спокойное, полное собственного достоинства, но не живого, а того, которое запечатлели изображения на средневековых гробницах, — достоинства, говорящего о былом величии и не позволяющего касаться останков.
— Слов совсем мало. Только «Говард Рорк. Архитектор». Но это как тот девиз, который когда-то вырезали над воротами замка и за который отдавали жизнь. Это как вызов перед лицом чего-то столь огромного и темного, что вся боль на свете — а знаешь ли ты, сколько страданий в мире? — вся боль исходит оттуда, от этого темного Нечто, с которым ты обречен сражаться. Я не знаю, что это такое, не знаю, почему оно выступит против тебя. Знаю только, что так будет. И еще я знаю, что если ты пронесешь свой девиз до конца, то это и будет победа. Победа не только для тебя, Говард, но и для чего-то, что обязано победить, чего-то, благодаря чему движется мир, хотя оно и обречено оставаться непризнанным и неузнанным. И так будут отомщены все те, кто пал до тебя, кто страдал так же, как предстоит страдать тебе. Да благословит тебя Бог — или кто там есть еще, кто один в состоянии увидеть лучшее, высочайшее, на что способны человеческие сердца. Говард, ты встал на путь, который ведет в ад.
– В глубине души мы все болеем против «своей» команды. Против человечности. Это мы – против нас. Ты сам – жертва собственной ненависти.
Мы любим войну, потому что это единственный способ завершить нашу работу. Отшлифовать наши души. Здесь, на Земле: на огромном заводе. В полировочном барабане. Через боль, ярость, конфликты. Это – единственный путь. Куда? Мы не знаем.
– Когда мы рождаемся, мы столько всего забываем, – говорит мистер Уиттиер.
Когда мы рождаемся, мы как будто заходим в здание. И запираемся в нем, в этом здании без окон, и не видим, что происходит снаружи. Если ты там пробудешь достаточно долго, ты забудешь, как выглядит то, что снаружи. Без зеркала, забывается даже собственное лицо.
Может быть, страдания и муки – это и есть смысл жизни.
Представьте себе, что Земля – это большая технологическая установка, перерабатывающее предприятие.
Представьте себе барабан для шлифовки камней:
Вращающийся цилиндр, наполненный песком и водой.
Представьте, что ваша душа – угловатый бесформенный камень, который бросили внутрь.
Кусок сырья, природный ресурс: нефть-сырец или минеральная руда.
А боль и вражда – это только шлифовочный материал, который нас полирует, натирает до блеска души, очищает их, учит и совершенствует от перевоплощения к перевоплощению.
А теперь представьте, что вы сами, по собственному желанию, бросаетесь в барабан – вновь и вновь.
Вполне сознавая, что ваше земное предназначение – это страдать и страдать.
Наверное, ты все-таки был прав.
Мы в пару не сумели превратиться.
Ты грезил о небесных журавлях,
В руках пригрев ненужную синицу.
От боли растеряла я слова.
Ночами одинокими не спится.
Жестоко, что была я не права,
Обидно, что костер не возгорится.
Бессонница — спасенье от тоски.
Когда не сплю — тогда тебя не вижу.
Порой себя за пульс, что бьет в виски,
За жаркие надежды ненавижу.
Когда-то я остыну до нуля.
И слезы, разъедающие память,
Взорвутся, как осколки хрусталя,
Стремясь меня опять мечтой поранить.
Другой мужчина? Глупые слова
Любви, увы, не будет после точки
Себя тебе до капли отдала,
Оставшись просто яркой оболочкой.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Боль» — 3 036 шт.
