Цитаты в теме «чудо», стр. 48
О, обреченность женщины — любить!
Прощать мужчин, надеяться и верить,
Как чуда ждать звонка и стука в двери,
И каждый раз за все благодарить.
И каждый раз бросаться как в огонь,
Забыв свои тревоги и сомненья,
Едва скользнет усталая ладонь
По этим волосам, локтям, коленям.
И жадно слушать про его дела,
Которые давно своими стали.
И слышать в разговоре те слова,
Которые ни разу не звучали.
О, обреченность женщины любой
Быть самой доброй, самой нежной, близкой,
Всегда способной выносить капризы,
Всегда неоцененной! Боже мой!
Услышал человек, что есть на свете правда. Пошел ее искать.
Идет себе, видит — Ложь идет. — «Куда, человек, идешь?» — Спрашивает. — «Иду Правду искать!» — «Вот, хорошо! — Говорит Ложь. — Я тоже хочу Ее раз увидеть, а то никогда не встречала!» Пошли они вместе.
Пришли в один край, спрашивают: «Правда здесь есть?» — «Была, ушла только что! Куда — не знаем!» Пошли человек и ложь дальше правду искать.
Пришли в другой край, опять спрашивают: «Была здесь Правда?» — «Была! — Отвечают. — Где-то неподалеку ходит. А кто это с тобой? А кто это с тобой?» — Спрашивают люди у человека. — «Это — Ложь!» — Отвечает. А люди ему говорят: «Да кто же Правду может вместе с Ложью найти? Ты прогони Ложь!» — Советуют
«И то правда!» — Изумился человек и прогнал от себя Ложь.
Только прогнал, глядь — Правда заходит! — «Здравствуйте, — говорит, — добрые люди!» Вот чудеса-то!
Ты в жизнь вошла мою под шум дождя.
Ты - чудо ливня в ярком свете дня.
За пеленой воды
Чаруешь, манишь тайной ты,
Как сон или мечта, влечешь к себе меня.
Ты знаешь, с чем меня сравнить,
Природа с нами говорит,
Ты знаешь, снег я или дождь,
Снег или дождь.
Когда среди весны вдруг выпал снег,
То поняла я, что снег - это ты.
И, как бы всех дразня,
Зовешь вслед за собой меня,
Снежинок лаской ты спасешь от пустоты.
И в миг, когда посыплет снег,
Прольется дождь, печаль,
Тоска замедлят бег, отступит ложь.
В мои глаза скорей взгляни,
В них только ты.
Иди всегда на зов судьбы, на зов любви.
— Знаю, оборвать чью-либо жизнь — всегда убийство. С тех пор как я побывал на войне, мне даже муху убивать неприятно. И всё-таки телятина сегодня вечером показалась мне особенно вкусной, хотя телёнка убили ради того, чтобы мы его ели. Всё это старые парадоксы и беспомощные умозаключения. Жизнь — чудо, даже в телёнке, даже в мухе. Особенно в мухе, этой акробатке с её тысячами глаз. Она всегда чудо. И всегда этому чуду приходит конец. Но почему в мирное время мы считаем возможным прикончить больную собаку и не убиваем стонущего человека? А во время бессмысленных войн истребляем миллион людей?
Вернике всё ещё не отвечает. Большой жук с жужжанием носится вокруг лампочки. Он стукается о неё, падает, ползёт, опять расправляет крылья и снова кружит возле источника света. Свой опыт он не использует.
А знаешь, все еще будет!
Южный ветер еще подует,
И весну еще наколдует,
И память перелистает,
И встретиться нас заставит,
И еще меня на рассвете
Губы твои разбудят.
Понимаешь, все еще будет!
В сто концов убегают рельсы,
Самолеты уходят в рейсы,
Корабли снимаются с якоря
Если б помнили это люди,
Чаще думали бы о чуде,
Реже бы люди плакали.
Счастье — что онo? Та же птица:
Упустишь — и не поймаешь.
А в клетке ему томиться
Тоже ведь не годиться,
Трудно с ним, понимаешь?
Я его не запру безжалостно,
Крыльев не искалечу. Улетаешь?
Лети, пожалуйста
Знаешь, как отпразднуем
Встречу!
Я давно спросить тебя хотела:
Разве ты совсем уже забыл,
Как любил мои глаза и тело,
Сердце и слова мои любил
Я тогда была твоей отрадой,
А теперь душа твоя пуста.
Так однажды с бронзового сада
Облетает поутру листва.
Так снежинки — звездчатое чудо —
Тонким паром улетают ввысь.
Я ищу, ищу тебя повсюду,
Где же ты? откликнись, отзовись.
Как мне горько, странно, одиноко,
В темноту протянута рука.
Между нами пролегла широко
Жизни многоводная река.
Но сильна надежда в человеке,
Я ищу твой равнодушный взгляд.
Все таки мне верится, что реки
Могут поворачивать назад.
У нее есть время на рифмоблудство,
На любовь в стихах, на словесный фризби.
У нее лежит мармелад на блюдце,
А на яндекс. ру — ассорти из писем.
В них и сласть, и страсть, где-то сказка, чудо,
Где-то боль граблями набитых шишек.
И крадутся пальцы на ощупь к блюдцу:
Она вечно ест, когда что-то пишет.
Не она, а ей управляют строки,
Внутрь врываясь, раня — хоть ставь заплатки.
А дела? Да видно, не так уж плохи,
Раз жует вишневые мармеладки.
А дела? Да видимо, регулярно:
Раз в неделю — стих, раз в дней десять — голод
По нему. Такой, что эпистолярно
Крутит так, что слышно сквозь письма голос.
У нее есть время на игры с рифмой,
Что сладка, как мед, иль остра, как перец,
Иль горька, иль смесь вкусовой палитры
У него — нет времени в это верить.
Всё с тем же чувством
Мой гуру трепетных редких слов
И откровений минутных гений,
Ты пошатнул мир моих основ
И сдвинул точки всех притяжений.
Я за тобою пошла на звук,
Как на «кыс-кыс» оголтело кошки.
Хотела верить: не просто друг.
Желала ль больше? — Желала больше.
Шептала нежно тебе «привет»,
Не зная точно, что мною движет.
Я так пыталась дарить лишь свет,
Лететь всё выше и выше. Выше!
И так боялась назвать всё то,
Что есть к тебе, этим скучным словом,
Чтоб не спугнуть, не разбить фантом,
Чтоб не остался от чувств осколок.
Но ты сумел даже там, где боль
И алый парус на нити порван,
Сорвать то слово. Да-да, «любовь»,
Пускай она и в ушибах, сколах.
Сейчас? Всё так же шепчу «привет»,
Всё с тем же чувством, но только зная,
Что чуда нет. И полетов нет.
Есть те, кто думают, что летают.
Я начинаю мстить всем остальным,
Всем, оказавшимся После в этой постели.
Страстным, влюбленным,
Не до таким родным,
Не до раскрашенным
В счастья цвета акварелью
Я начинаю мстить всем, кто не Ты,
Всем, говорящим «люб-лю» по слогам без света,
Жаждущим секса?,
Дарящим чудо цветы, а по утрам
Курящим в трусах с газетой.
Мозг, кроме памяти, всё расплавляет в воск
Сто претендентов,
Ждущих команды «Рядом!»
Ставлю клеймом
На каждой шее засос,
Чтоб не давали
Девочкам в белом клятв.
Чтоб эти жены видели месть мою.
Чтоб эти Все не смели меня касаться.
Я устаю от жизни!
Ты на краю
Оставил меня.
Нет сил больше сильной казаться.
Великое чудо — косилка, говорил себе дедушка. Какой это дурак выдумал, что новый год начинается первого января? Надо было поставить дозорных караулить рост травы на миллионах лужаек Иллинойса, Огайо или Айовы — и как заметят, что она созрела для сенокоса, в то самое утро вместо фейерверков, фанфар и криков пусть начинается великая бурная симфония косилок, срезающих свежие травы на необъятных луговых просторах. В тот единственный день в году, который по-настоящему знаменует собой начало, людям надо бы бросать друг в друга не конфетти и не серпантин, а пригоршни свежескошенной травы.
Я люблю РождествоЯ люблю Рождество Чтобы падал пушистый снег,
Чтоб мороз на окне серебром рисовал узоры,
Чтобы дом наполнял до краёв беззаботный смех,
Чтобы слышать, как звон поднимается над собором.
Я люблю Рождество, как тепло от семейных встреч,
Лёгкий запах кутьи*, открывающий званый ужин,
Как на ёлке огни, как десятки зажженных свеч,
Как слова: «Приходи, ты сегодня нам очень нужен».
Я люблю Рождество И без разницы, сколько лет
Мне сегодня и завтра, я знаю, что так же буду
В этот день излучать для других теплоту и свет,
Ожидая звезду, предвкушая простое чудо.
ХолодаДни становятся, очень заметно, короче,
С неба чаще дождями спадает вода.
И, взглянув в небеса, средь безмолвия ночи,
Я опять понимаю: пришли холода.
Все закутались поуши в чудо-одежды,
И от запаха лета не стало следа
Я не знаю, как может здесь выжить надежда?
В шумный город обратно пришли холода.
Я сижу у огня, нервно руки сжимая,
Я такой, как сейчас, не была никогда;
Дрожь по телу — мне просто тебя не хватает
По законам природы пришли холода.
Я звоню — ты молчишь. Как ответ я узнаю?
Мне б сейчас провалиться, но только — куда!
Мне б заплакать Ах, как я теперь понимаю:
В твоё сердце с разлукой пришли холода.
Все каноны превосходит,
Вот машина, что для всех!
Демонстрируют народу
Ё-кроссовер, Ё-хэтчбек.
Маловеры донимают,
Мол, витаем в облаках,
И чудес, мол, не бывает,
И завода нет пока.
Ничего, завод построим.
Планы — в жизнь! Преграды нет.
«Ёшку» быстро околхозим —
Выйдет в серию мопед.
Дальше дело, без сомненья,
Идеальный примет вид,
И, в конце-концов, на сене
Бегать будет сей гибрид
Еду я на Ё-мобиле —
Вездеход, как ни смешно.
В Интерфейсе заложили
Две команды: «Тпрру!» и «Н-но!».
Будь, пожалуйста, послабее.Будь,пожалуйста.И тогда подарю тебе я чудо запросто.И тогда я вымахну — вырасту,стану особенным.Из горящего дома вынесутебя,сонную.Я решусь на все неизвестное,на все безрассудное —в море брошусь, густое, зловещее,и спасу тебя! Это будет сердцем велено мне,сердцем велено Но ведь ты же сильнее меня, сильнейи уверенней!Ты сама готова спасти другихот уныния тяжкого,ты сама не боишься ни свиста пурги,ни огня хрустящего.Не заблудишься, не утонешь,злане накопишьНе заплачешь и не застонешь,если захочешь.Станешь плавной и станешь ветреной,если захочешь Мне с тобою —такой уверенной —трудно очень.Хоть нарочно, хоть на мгновенье —я прошу, робея,-помоги мнев себя поверить,стань слабее.
Несчастен тот, кто страшится идти на риск. Вероятно, он не ведает разочарований и не страдает — в отличие от тех, кто мечтает и стремится претворить мечту в явь. Но когда он обернётся — а обернется он непременно, ибо это присуще каждому из нас, — то услышит, как говорит ему сердце: «Что сделал ты с теми чудесами, которыми Бог так щедро усеял твои дни, досуги твои и труды? Как употребил ты таланты, которые вверил тебе твой Наставник? Зарыл поглубже, потому что боялся потерять? Что ж, отныне достоянием твоим будет лишь уверенность в том, что жизнь свою ты промотал и растратил, расточил и рассеял».
Несчастен тот, кто слышит такие слова. Несчастен, ибо теперь он уверует в возможность чуда, но волшебные мгновения уже не вернутся.
Из воды выходила женщина,
Удивленно глазами кося.
Выходила свободно, торжественно,
Молодая и сильная вся.
Я глядел на летящие линии
Рядом громко играли в «козла»,
Но тяжелая белая лилия
Из волос ее черных росла.
Шум и смех пораженной компанийки:
«Ишь ты, лилия — чудеса!» —
А на синем ее купальнике
Бились алые паруса.
Шла она, белозубая, смуглая,
Желтым берегом наискосок,
Только слышались капли смутные
С загорелого тела — в песок.
Будет в жизни хорошее, скверное,
Будут годы дробиться, мельчась,
Но и нынче я знаю наверное,
Ч увижу я в смертный мой час.
Будет много святого и вещего,
Много радости и беды,
Но увижу я эту женщину,
Выходящую из воды.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Чудо» — 1 225 шт.
