Цитаты в теме «чужой», стр. 16 ▷ Socratify.Net

Только маленькие людишки смеются над чужими слабостями и горестями …

Знаешь как трудно быть хрупкой и маленькой.
Строгой красивой у всех на виду.
Жить между сказкой надеждой и паникой
И называть ерундой ерунду.

Знаешь как трудно страницами чистыми.
Дни начинать без чужих параной,
И рассыпаться отважными искрами.
В ливень холодный почти ледяной,

Знаешь как трудно мечты пересаживать.
Чтобы мороз не сумел их убить,
И разбираться с запутанной пряжею.
Чтоб отыскать путеводную нить.

Знаешь как трудно молчаньем не одами
Боль усмирять и тушить миражи
Знаешь как трудно быть нежной и подлинной
В мире лежащем по горло во лжи.

У каждого человека в душе дыра размером с Бога, и каждый заполняет её как может..."Я, например, заполняю дыру символами. Они могут быть электронными, а могут — чернильными. Электронные улетают в даль интернета, а чернильные уходят в стол, окрашивают сердце долгими пыльными вечерами. Всё, что электронно-неявственно мыслями просачивается в чужие умы, больше меня не трогает и почти не волнует. Самое страшное всегда вытекает черной взвесью на бумагу, превращаясь в чернила едкой стойкости, буквы горько-сильные, мысли черно-белые, чувства неистертые
Я пачкаю пальцы в этих чернилах, оставляю следы на бумаге, лице, губах
Мое лицо хранит отпечатки, которые не смоет даже время.

Эти истории повторяются по десятому кругу.

Поколение помнящих-запах-его-волос,
Поколение без-неё-у-меня-в-сердце-вьюга.
Все мы можем спокойно жить друг без друга.
А нравится ли такая жизнь — это другой вопрос.

Они говорят: "как тебе там с другими?
У моей внутренней хиросимы твоё чёртово имя.
Самые близкие люди стали внезапно чужими".
А я до этого, наверное, не дорос.

А я даже не знаю, сколько живёт любовь.
Три года, пять, или какие там в моде сроки?
Главное, что живёт. и без этих красивых слов:
"Априори", "патетика", которыми все заполняют строки.

Это не фальшивое горе, сыгранное в миноре.
Но о чём это я, тут же ведь судьбы рушатся.
Говорю быстро, волнительно, спотыкаясь на каждом слове,
Наверное, не из тех, к кому можно прислушаться.

Нет, тут не будет про "в жизни бывают похуже раны"
Или "потом это всё вам покажется ерундой".
Просто пусть подростковые юные драмы
Будут в жизни единственной вашей бедой.

Всё, к чему мечтаешь прийти со временем, может быть сейчас твоим, если к себе же не будешь скуп, то есть если оставишь всё прошлое, будущее поручишь промыслу, и единственно с настоящим станешь справляться праведно и справедливо.
Праведно — это с любовью к тому, что уделяет судьба, раз природа принесла тебе это, а тебя — этому.
А справедливо – это благородно и без обиняков высказывая правду и поступая по закону и по достоинству.
И пусть не помешает тебе ни порок чужой, ни признание, ни речи, ни, конечно же, ощущения этой нарощенной тобою плоти — страдает, так её забота.
И когда бы ни предстоял тебе выход — если ты оставишь всё остальное и, почитая единственно своё ведущее и то, что в тебе божественного, не того станешь бояться, что надо когда-то прекратить жизнь, а что так и не начнёшь никогда жить по природе, тогда будешь ты человек, достойный своего родителя — мира, а не чужестранец в своём отечестве, изумляющийся как неожиданности тому, что происходит изо дня в день, и от всякой всячины зависящий

Не лезь в чужую душу в галошах. То, что ты вытер ноги, не имеет значения.

Поможет мне чужой — почту его своим;
А отстранится свой — сочту его чужим.
Врученный другом яд — противоядьем станет;
Подаст завистник мед — вонзит и жало с ним.

Чужое мнение абсолютно неважно. Никто не знает, что происходит за закрытыми дверями.

Каждый человек — программист собственного счастья и хакер чужого.

Уж лучше грешным быть, чем грешным слыть.
Напраслина страшнее обличения.
И гибнет радость, коль ее судить.
Должно не наше, а чужое мнение.

Как может взгляд чужих порочных глаз.
Щадить во мне игру горячей крови?
Пусть грешен я, но не грешнее вас,
Мои шпионы — мастера злословия.

Я - это я, а вы грехи мои.
По-своему равняете примеру.
Но, может быть, я прав, а у судьи.
Неправого в руках кривая мера,

И видит он в любом из ближних ложь,
Поскольку ближний на него похож!

Два источника гениальности женщины:
1) её любовь к кому-нибудь (взаимная или нет — всё равно).
2) чужая нелюбовь.

Ученый все равно что мимоза, когда замечает свою ошибку, и рычащий лев — когда обнаруживает чужую ошибку.

Всегда есть возможность перемен. На этом пути можно выиграть самый главный приз, а можно стать совсем чужими друг другу, особенно если один останавливается в прошлом, а другой спешит в будущее. Спасение в руках — они не должны размыкаться.

Разбираюсь с чужими проблемами, а свои коллекционирую.

Молчи ж, кума; и ты, как я, грешна,
А всякого словами разобидишь;
В чужой пизде соломинку ты видишь,
А у себя не видишь и бревна!

Видишь? Тебе приходилось, наверное, смотреть передачи, где люди обсуждают свои личные проблемы на виду у всего мира? Ты видела газетные заголовки и обложки журналов? Мир получает наслаждение от страдания и боли. На первый взгляд — садизм, а на самом деле, если сообразить, что нам для счастья вовсе не нужно знать всего этого, а мы не отрываемся от зрелища чужой трагедии и порой страдаем из-за нее, — мазохизм.

Вот ход моих рассуждений: для того, чтобы самое банальное происшествие превратилось в приключение, достаточно его РАССКАЗАТЬ. Это-то и морочит людей; каждый человек — всегда рассказчик историй, он живет в окружении историй, своих и чужих, и все, что с ним происходит, видит сквозь их призму. Вот он и старается подогнать свою жизнь под рассказ о ней.
Но приходится выбирать: или жить, или рассказывать.

На всем готовом привыкли жить, на чужих помочах ходить, жеванное есть.

Нежность в том, чтобы слушать, как ты ходишь по магазину,
Выбираешь что-нибудь к ужину, дышишь в трубку,
Спрашиваешь про мидии или рук колу,
Пачки пельменей складываешь в корзину,

Занимаешь очередь, шутишь с девушками чужими,
Шуршишь пакетами, забываешь на кассе сдачу
Нежность в том, что невозможно уже иначе.
Точнее, иначе просто непостижимо.

Как ты — так я. Твое тебе верну.
Вздохну, шагну, живой из пекла выйду.
Я слабая — я руку протяну.
Я сильная — я дам себя в обиду.
И прочь уйду. Но не с пустой душой,
не в затаенной горестной гордыне, —
уйду другою. Не твоей. Чужой.
И присно. И вовеки. И - отныне.