Цитаты в теме «чужой», стр. 19
В любви нет дружбы. Где есть хорошенькая женщина, там открыта дорога вражде. Никакой пощады, войн не на жизнь, а на смерть! Хорошенькая женщина — это causus belli*; хорошенькая женщина — это повод для преступления. Все набеги, какие знает история, вызвана женской юбкой. Женщина по праву принадлежит мужчине. Ромул похищал сабинянок, Вильгельм — саксонок, Цезарь — римлянок. Человек, у которого нет возлюбленной, как ястреб, парит над чужими любовницами; и что касается меня, то я обращаю ко всем этим несчастным бобылям великолепный клич Бонапарта, брошенный им итальянской армии: «Солдаты, у нас ничего нет. У врага есть всё.
Из командировки мужа я встречала
Как скакун Орловский по перрону мчала!
Кинулась на шею, жарко обнимала,
В губы целовала, к сердцу прижимала!
Вдруг чужая баба, на овцу похожа
Съездила по роже мне и мужу тоже!
Ты кабель и сволочь — на него орала,
А меня шалавой блядской обозвала!
Я в нее вцепилась хваткой бегемота,
По башке вломила этой идиотке!
Зонтиком по шее начала метелить
Аж очки в траншею у нее слетели!
Тут я и застыла и мозги включила,
Я сама слепая, а очки забыла!
Присмотрелась ближе, прикусила жало
И мужик не мой, и баба убежала!
Я за ней вдогонку следом припустилась
Ей кричу — «Постойте! Сослепу ошиблась!
Вы меня простите, в жизни все бывает!»
А она — «Спасите! Люди! Убивают!!!»
Мы как две лохушки по перрону гнали
Люди веселились и как кони ржали,
Я потом споткнулась, чуть не завалилась,
Но в объятья к мужу плавно приземлилась!
Вот такая хрень, мой друг, вот такая
И как это изменить, нет идеи.
Я во всем тебе, мой друг, потакаю.
Даже в том, что ты не ведаешь, где я.
Абсолют не держит веса пространства.
Небеса ложатся серой бумагой,
На которой мне завещано «странствуй».
Вот и странствую — ни дома, ни флага.
А ветра бывают так безутешны
И они порой лишаются силы.
Да, своя рубашка ближе, конечно.
А моя ну что моя износилась.
Я молчу. Ты все равно не услышишь,
Как дожди опять меня выбирают
Потому что вероятней и ближе
Но они непостижимо стирают
Между нами невозможную схожесть,
Как единственную нашу примету.
Мы друг к другу больше в души не вхожи,
Как закрытые туманом планеты.
И твои звонки похожи на милость —
Торопливы, коротки и не часты.
И во мне, не знаю что, надломилось,
И как-будто разлетелось на части
И уже, наверно, больше не важно.
Потому что мы случились чужими.
Только знаешь, друг мой, если однажды
Ты паролем назови мое имя.
У каждой наверное есть такой мужчина,
И вроде бы свой и чужой до боли,
От слез под глазами немного морщины,
И сердце истёрто до грубой мозоли.
Ведь каждой мужчина такой попадался,
И вроде с тобой, и вроде бы между,
Который то рядом, а то испарялся,
Как будто смолой, кипятком под одежду.
Такой, что поманит и ты уже рядом,
Уйти ей бы прочь, но останется все же,
Такой, что по сердцу одним только взглядом,
Такой, что словами как саблей по коже.
У каждой такой был, нахальный и грубый,
С которым стрела сердце жадно пронзила,
С которым как будто бы сладкие губы,
И думаешь «Этого точно любила».
У каждой уверенна был такой мужчина,
Который дарил бесконечно надежду,
Но вновь испарялся порой без причины.
И снова смолой, кипятком под одежду.
Так голосом пронзительным и громким
Звала тебя – но всюду без следа!
Как девочка, зовущая котенка,
Потерянного ей же навсегда.
И разносились жутковатым эхом,
В покинутых живой душой лесах
С насмешкой, а верней с жестоким смехом!
Чужие мне, пустые голоса!
Я падала (тебе ли было дело?!)
Но вот оно – спасение в стихах,
Написанных по-детски, неумело ,
Отобразивших все, как в зеркалах!
Жива ли я? жива. наполовину,
Но до чего же горько иногда -
Я - женщина, зовущая мужчину,
Потерянного мной же навсегда.
О! Прелесть женской красоты,
Загадочность во взгляде.
Черта душевной простоты,
Как в солнечном наряде!
Мы мало женщинам даем,
Тепло, добро и ласку.
Порою сами, что то ждем,
В чужую верим сказку.
Но только жаль не сознаем,
Потом лишь понимаем.
Если любовь не сбережем.
Ее мы потеряем.
О! Прелесть женской красоты,
Как ей мужчины рады.
К ней мы бежим, несем цветы,
Нам не страшны преграды.
Пусть будет вечер или днем,
В плену порой желаний.
Сгораем розовым огнем,
В пылу своих признаний.
Она так много нам дает,
Надежд, тревог и ожиданий,
Как соловей весной поет,
В ветвях сирени зацветаний.
О! Прелесть женской красоты,
Ее глазами не понять.
Биеньем пульса частоты,
Лишь можно сердцем осознать.
Волос вдыхая аромат,
Горим в любовной страсти.
Как сладок привкус от помад,
В плену мы женской власти.
И если, кто то вдруг гадает,
Пусть их сбываются мечты.
Нет никогда не увядает,
Природа женской красоты!
Избегаю встречаться взглядом,
И накручен — до ста считаю
Эта женщина снова рядом,
По которой я так скучаю.
Называю всё это бредом,
Продолжая кружить по краю,
И невольно — за нею следом,
И мечтаю о ней мечтаю.
А она, ничего не зная,
Всё уводит меня от дома,
Ведь чужая она чужая
Отчего же в душе истома?
Так нечестно: без спроса — в душу!
Сигарету опять ломаю
Подойти бы обнять да трушу,
И теряю её теряю.
А улыбка её беспечна,
Ведь не я для неё отрада,
И так будет, наверно, вечно —
Ей иначе совсем не надо.
Потому что всё стало прошлым,
Безвозвратно — неповторимым,
Ах, каким же я был хорошим
Ах, каким же я был любимым
Той, которая всё забыла,
Той, к которой всё тянет и тянет
Не позвал её не простила.
И моею уже не станет.
Фрагмент времени в вечности,
Мы подобны с тобой паре любовников,
Ступающих как можно тише по крыше мира,
Чтобы узнать, что все страницы всех книг чисты.
Говорят, стихотворение должно убить тебя
И только после этого ты сможешь его написать,
Но слово не умирает, когда произнесено,
Оно только начинает жить.
***
В путеводителе по темноте мира
Должна появиться звезда.
Жизнь проста для сердца,
Она бьется, пока может.
Дождь впитывает одежду,
Из шелковых коконов
Поэзии возникает новая поэзия.
Словно монах, освещающий свиток –
На опавших руках кесарева рана листвы
Листья вздыхают всегда один раз,
Их слова любят тенистые комнаты, мягкую тишину,
В неё они приходят переплетаться в фразы...
***
Взгляд стирается...Что-то подчеркивает мысли,
Которые взрослели рядом с голыми ночами,
И вес, утомленный моим весом,
Отдает себя священным играм.
Профиль ночной пропасти аромата.
Люди делятся на два вида -
Сумасшедшие сверчки
Или израненные светлячки.
Прообраз лица приходит рассеянным,
В глубоком вдохе святости
Его ночи весят как камни в траве времени.
***
Молоко, пролитое из банки на стол –
Как будто что-то спустилось на чужую территорию
Мир - большой лабиринт в руинах.
И ладан чувства усерднее
Размахивает кадилом строк,
Произнося ещё один фрагмент молитвы.
Она даёт понимание что пустота,
Которой мы переполнены, нас не ждёт.
Она срывает наши черноты
И преследуют нас яркостью
Она находит слова, которые
Говорят только с нами.
И наши глаза тают и плачут,
И мы плывём сквозь оттепель,
Чтобы продолжить жить.
Она - то убежище, те мягкие зеркала,
Где мы будем прятаться после слёз.
На пляже Белых Камней
Любовь оживила алые стихи в моей крови...
И когда я поднял глаза, я понял,
Что страницы становятся как огонь,
Чтобы потом, отпустив нас, хранить наш пепел.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Чужой» — 3 099 шт.
