Цитаты в теме «дело», стр. 181
Иллюзии
1) Единственная твоя обязанность в любой из данных тебе жизней, заключается в том, чтобы ты был верен самому себе.
2) Если я завишу от того, волнует ли людей то, что я говорю, то мое счастье зависит от первого встречного, а не от меня самого.
3) К одиночеству привыкаешь, но достаточно нарушить его хоть на день, и тебе придется привыкать к нему заново, с самого начала.
4) Я существую не для того, чтобы поразить мир. Я существую для того, чтобы прожить свою жизнь так, чтобы она сделала меня счастливым.
5) Если ты хочешь, чтобы она стала воздухом, веди себя так, словно это воздух, и дыши ею. Попробуй.
6) Но с меня довольно толп, даже счастливых. Если эту толпу напугать, то она либо распинает, либо поклоняется. Извините, это уж слишком!
7) День выдался спокойным изредка какой-нибудь случайный пассажир. В промежутках я учился разгонять облака.
8) Очень легко проверить, окончена ли твоя миссия на Земле: Если ты жив — она продолжается.
Медкомиссия и психиатр Человек проходит медкомиссию: прошел всех врачей, последний — психиатр.Сидят напротив друг друга Психиатр спрашивает: «Жалобы есть?» — «Нет, жалоб нет». — отвечает человек. — «А почему вы нервничаете?» — «Нет, я не нервничаю!» — «А я вижу, что вы все-таки нервничаете!» — «А я вас уверяю, что я не нервничаю!» — «Прошу вас, успокойтесь!» — «Доктор, я серьезно вам говорю, что я совершенно спокоен!» — «Вот именно этими словами вы мне сами ясно доказываете, что сильно расстроены! Скажите мне, как доктору, в чем дело?»— «Да что вы, в самом деле! Издеваетесь, что ли?» — Вспылил человек, швырнул на стол медицинскую карточку и выбежал из клиники. Пусть твоя заботливость о ближнем никогда не превратится в назойливость: Лучшая помощь — любовь и доброта, А без них помощь — назойливость и маята.
Я думала о том, что бы Крис хотел, чтобы я сегодня сказала. Какой бы совет он мне дал, который был бы чем-то вроде: «А знаешь, детка, к чёрту. Эти ребята знают обо мне всё. Расскажи ему о ком-нибудь другом». Я решила, что расскажу кое-что о герое Криса. О человеке по имени капитан Джо Кангега. В 1960 году забравшись в воздушный шар из фольги, капитан Джо поднялся на высоту 32 километра в стратосферу, а затем вооруженный только парашютом он прыгнул. Он падал 4 минуты 36 секунд, достигнув скорости 740 миль в час перед тем, как открыл свой парашют за 5 километров до земли. Раньше этого не делал никто и не повторил до сих пор. Он сделал это просто потому, что мог. И вот за что Крис любил его, потому что Крис говорил «да». Он говорил «да» всему. Он любил каждого. Он был самым храбрым парнем. Человек, которого я знала. И вот почему он выпрыгивал из воздушного шара каждый день, потому что мог. Потому, что был. И вот почему И вот почему Мы Мы любили его!
Ты помнишь снег, промокший плеер?
И мы гуляли до утра,
О, как я был в себе уверен,
Как целовал овал лица.
Ты помнишь ночи разговоров?
Мы не могли тогда уснуть,
Между признаний, песен, споров
К любви прокладывая путь.
Ты помнишь лето? Небо, травы,
Одежду нашу на полу?
Дыхание на две октавы
И долгий танец на ветру.
Сейчас зима. Замерзли руки
И снег скрипит уже в душе.
Пора бездействия и скуки,
Пора остаться в тишине,
Стереть из сердца отпечаток
Касающихся нежно губ.
Пора шарфов, пора перчаток,
Пора дымящих в звезды труб.
И почему-то так тоскливо,
Пить чай и просто вспоминать
О том, что это было, было
И не давало умирать.
И между сексом и работой,
В рутине надоевших дел,
Между свободой и заботой,
Бездомным зверем между стен,
Так между прихотью и раем,
Качая время на груди,
Я все шепчу тебе: родная,
Пожалуйста, не уходи.
Один скажет: то, что ты написал, плохо!
Другой скажет: это я так, балуюсь, на самом деле я не умею
А я скажу: люби то, что создаешь. Люби свои стихи, свои рисунки, свое творчество и свои идеи. Потому что если даже ты, автор, говоришь, что не любишь творение свое, то кто полюбит его вместо тебя? Уважая любое мнение, умей стоять на своем, потому что глины, из которой могут лепить дворцы и свалки любые руки — хватает и так. Но вместе с этим — не убивай стремления к лучшему, безжалостно меняя себя, даже если твое «лучшее» завтра окажется тем, от чего ты ушел вчера. Смотри одинаково спокойно и на лавровый венец, и на отравленный кинжал в спину, потому что сегодня ты — на сцене, и зрительный зал будет покорно смеяться, плакать и молчать по неумолимому приказу глаз. И только равнодушие может стать тем единственным укором, под молчание которого душа покидает сцену, бросая слабые крылья на теплый деревянный настил, который еще мгновение назад принадлежал ей.
Печальные сны охватили мою душу. Снова навевает на меня тоска угнетенное настроение. Готов плакать и плакать без конца. Все сформировавшиеся надежды рухнули, мрак окутал и прошлое, и настоящее. «Скучные песни и грустные звуки» не дают мне покоя. Чего-то жду, во что-то верю и не верю. Не сбылися мечты святого дела. Планы рухнули, и все снова осталось на веру «Дальнейшего-будущего». Оно все покажет, но пока настоящее его разрушило. Была цель, были покушения, но тягостная сила их подавила, а потом устроила на сильное триумфальное шествие. Все были на волоске и остались на материке. < > но ведь перед этим или после этого угасания владычества ночи всегда бывает так. А заря недалека, и за нею светлый день. Посидим у моря, подождем погоды, когда-нибудь и утихнут бурные волны на нем и можно будет без опасения кататься на плоскодонном челноке.
Сами по себе деньги – лишь средство обмена, существование их невозможно вне производства товаров и людей, умеющих производить. Деньги придают вес и форму основному принципу: люди, желающие иметь дело друг с другом, должны общаться посредством обмена, давая взамен одной ценности другую. В руках бездельников и нищих, слезами вымаливающих плоды вашего труда, или бандитов, отнимающих их у вас силой, деньги теряют смысл, перестают быть средством обмена. Деньги стали возможны благодаря людям, умеющим производить.
Я люблю тебя.
Знаю всех ближе,
Всех лучше. Всех глубже.
Таким тебя вижу,
Каким не видел никто, никогда.
Вижу в прошлом и будущем,
Сквозь разлуки, размолвки, года
Я одна тебя знаю таким,
Какой ты на самом деле.
Я одна владею сердцем твоим,
Больше, чем все владельцы, владею!
Ведь оно у тебя, как заклятый клад;
Не подступишься —
Чудища, пропасти, бесы
Я зажмурилась.
Я пошла наугад.
В черных чащах плутала,
Взбиралась по кручам отвесным,
Сколько раз готова была отступить,
Сколько раз могла разбиться о скалы
Я люблю тебя.
Я не могу не любить.
НЕ могу уступить!
Это я тебя отыскала!
Чистовик
1) Я всегда любил плохие книжки. Те, в которых говорится, что человек даже лучше, чем он сам о себе думает.
2) Время на самом деле лучший архитектор. Оно даже унылый доходный дом способно превратить в жемчужину городского ансамбля. В своё время парижане демонстрации устраивали против Эйфелевой башни, а сейчас без неё Парижа считай что и нет.
3) Мы всегда склонны недооценивать своих ровесников.
4) Прогулка по незнакомому городу, если вы не стёрли ноги, не валитесь от усталости, имеете в кармане хоть немного денег, а в запасе несколько дней, — это одно из самых приятных на свете занятий.
5) По сути, любая война — это в первую очередь война идеологий, а уж потом — соревнование в скорострельности и убойности железа.
6) Каждый достоин лишь того мира, который он способен защитить сам.
а давай, ты приедешь ко мне как в 2005-том
в два часа ночи, пахнущий алкоголем и зимней улицей
и потащишь к каким-то своим ребятам
которые весь день работают, а всю ночь тусуются
ребята мне будут шептать на ушко, что ты нехороший
что я у тебя какая-то там
и все подробности твоего комсомольского прошлого
а ты закажешь мою любимую песню дремлющим музыкантам
а потом мы поедем к тебе, я залезу в одежде в ванну
ты станешь меня раздевать, смеяться, намочишь пиджак и брюки
а потом мы будем долго-долго лежать на диване
с бутылкой брюта
и ты будешь думать, что у меня неплохие стихи и ноги
гладенькие и стройные, правда, гуляют пока по-детски и от этого будет не расставаться еще немного
хотеться
Приехал человек в город по важному делу, но отвлекся по пустякам, а о деле забыл. Вспомнил, когда уже было поздно, ибо сроки прошли, и остался без всего, и вернулся обратно ни с чем. Путники земные, забывшие о своем назначении, как похожи они на этого человека, возвратившегося с пустыми руками. Прожить жизнь и вернуться обратно, ничего не приобретя, будет великой нецелесообразностью. Ибо таланты даны каждому, и с каждого спросится, что сделал он с богатством своим. Нерадивый Сизифу подобен, ибо будет посылаем опять и опять, пока не станет путь его плодоносен. Задачу можно будет изменить, дав условия и задания другие. Будет ввергаем снова и снова человек в сходные условия жизни, пока не преодолеет в себе то, что преодолеть надлежит.
ВСТРЕЧА
— Здравствуй!
Кого я вижу?!
Больно глазам!
Прямо как в сказке:
вдруг
посреди зимы —
летнее чудо!
Вот и не верь чудесам
— Здравствуй!
Действительно,
вот и встретились мы
— Дай мне опомниться!
До сих пор не пойму:
вышел из дома,
а ты навстречу идешь!
А помнишь,
Какое солнце было в Крыму?
— Помню
Теперь мне
больше нравится дождь
— Я же тебе написать обещал
Но, знаешь, не смог.
Сперва заболел,
А потом навалились дела
Ты понимаешь:
работа
падаю с ног!
— Я понимаю.
Я писем
и не ждала
— А помнишь,
как я сердолики тебе искал?
И рано утром
ромашки бросал в окно
А помнишь,
Как мы смеялись
у Синих скал?
— Помню
Сейчас это все
и вправду смешно
— А помнишь,
как мы на базаре купили айву?
Как шли по дороге,
а рядом
бежал ручей
Послушай,
а как ты живешь?
— Да так и живу
— А помнишь
— Помню.
Не знаю только —
зачем
Любовь — это наркотик. Поначалу возникает эйфория, легкость, чувство полного растворения. На следующий день тебе хочется еще. Ты пока не успел втянуться, но, хоть ощущения тебя нравятся, ты уверен, что сможешь в любой момент обойтись без них. Ты думаешь о любимом существе две минуты и на три часа забываешь о нем. Но постепенно ты привыкаешь к нему и попадаешь в полную от него зависимость. И тогда ты думаешь о нем три часа и забываешь на две минуты. Если его нет рядом, ты испытываешь то же, что наркоман, лишенный очередной порции зелья. И в такие минуты, как наркоман, который ради дозы способен пойти на грабёж, на убийство и на любое унижение, ты готов на все ради любви.
Каждый день Бог посылает нам — вместе с солнцем — возможность изменить все то, что делает нас несчастными. И каждый день мы пытаемся притвориться, будто не замечаем этой возможности, будто ее не существует вовсе, будто сегодня — во всем подобно вчера и неотличимо от завтра. Но тот, кто всмотрится в свой день внимательно, найдет этот волшебный миг. Он может таиться в том часе, когда мы отпираем дверь, ведущую в завтра, или в безмолвном мгновении, настающем после ужина, или в тех тысячах мелочей, которые кажутся нам неотличимыми друг от друга. Существует этот миг — миг, когда сила звезд проникает в нас и позволяет нам творить чудеса.
— Ух ты, Меридит, это Вы, журналисты, это просто
Знаете, в течение 8 лет я отвечал на идиотские вопросы журналистов и никогда не говорил о деньгах. Но сегодня я должен сказать тебе, Меридит. Ты действительно задала новый стандарт в метании говна.
Вы, люди, не представляете, чем мы занимаемся. Мы идем в темноту, отвратительные места в одиночку. И нам страшно. И мы делаем это не ради денег. С разбитыми машинами. И с компьютерами, в которых больше вирусов, чем у десятидолларовой шлюхи.
Каким образом? Всё дело в хороших людях. И я потерял троих хороших людей сегодня, а четвертый — в критическом состоянии. И вы спрашиваете меня, что я чувствую? Я расстроен. А ты — идиотка.
Нас в набитых трамваях болтает,
Нас мотает одна маета,
Нас метро, то и дело, глотает,
Выпуская из дымного рта.
В шумных улицах, в белом порхании
Люди ходим мы рядом с людьми,
Перемешаны наши дыханья,
Перепутаны наши следы,
Перепутаны наши следы.
Из карманов мы курево тянем,
Популярные песни мычим,
Задевая друг друга локтями,
Извиняемся или молчим.
По Садовым, Лебяжьим и
Трубным каждый вроде
Отдельным путем,
Мы не узнанные друг другом,
Задевая друг друга идем,
Задевая друг друга идем.
Теперь почти все дети ужасны. И хуже всего, что при помощи таких организаций, как разведчики, их методически превращают в необузданных маленьких дикарей, причем у них вовсе не возникает желания бунтовать против партийной дисциплины. Наоборот, они обожают партию и все, что с ней связано. Песни, шествия, знамена, походы, муштра с учебными винтовками, выкрикивание лозунгов, поклонение Старшему Брату — все это для них увлекательная игра. Их натравливают на чужаков, на врагов системы, на иностранцев, изменников, вредителей, мыслепреступников. Стало обычным делом, что тридцатилетние люди боятся своих детей.
ОЧЕНЬ ВАЖНО ОСТАТЬСЯ СОБОЙ!
И когда все следы смоет летний прибой,
Слишком теплый, ласкающий, пенный
Я пойму: очень важно остаться собой!
Остальное всё - второстепенно!
Всё на свете проходит и тает, как дым,
Бытие скоротечно и тленно,
Человек лишь в душе должен быть молодым,
Внешний вид — это второстепенно!
Уходящих от вас отпускайте навек,
Вам не нужно рабов или пленных,
Ведь судьбой будет послан вам ваш человек,
Остальные все — второстепенны
Солнце падает вниз, тает тонкая тень,
Вечер власть захватил постепенно,
Я ценю эту жизнь! Каждый прожитый день!
Остальное всё - второстепенно!
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Дело» — 10 000 шт.
