Цитаты в теме «доверие», стр. 17
Эта игра затянулась безбожно
Пламя и лёд закаляют лишь сталь
Ну, а с любовью ты будь осторожней —
Брызнет осколками нежный хрусталь.
День изо дня продолжается пытка —
Будет сегодня мне минус иль плюс?
Тихо Вивальди сыграет нам скрипка,
Иль саксофон разрывающий блюз?
Кто на себя тот канат перетянет,
Кто не зависимей будет сейчас?
Сердце сбоит, голова, как в тумане,
Бред сознавая двоякости фраз
Хватит, довольно! Я так не играю!
Просто тепла не хватает душе.
Я от тебя сотый раз убегаю!
Сто первый — ты ловишь на вираже.
Останови этот бег бесполезный —
Иль отпусти, или крепче держи.
Игры такие опасны у бездны
Это ведь только любви миражи.
Хочется ласки, доверия, счастья.
Чувствовать рядом мужское плечо
Ты над душой не получишь всевластия,
Если контрастами сечь, как мечом!
Позволь мне пригласить тебя на танец, на этот странный урок любви и доверия, учащий различать в бесконечно сером цвете, вобравшем в себя позднее небо, мириады новых оттенков. Позволь мне пригласить тебя на танец и, повинуясь музыке, провести пальцами по твоей щеке, даря опыт тепла и чувственности, уравновешивающий иной, горький опыт тоски и одиночества. Позволь мне пригласить тебя на вальс, доверь моим рукам своё точеное, всё более жадно впитывающее свет и движение тело, и разреши напомнить подзабытое за давностью, скудностью и тяжестью времён ощущение полёта. Позволь мне пригласить тебя на танец, смешать пульсирующую в венах кровь и пульсирующий в воздухе звук, наклониться и губами оставить на твоей шее отпечаток новорожденной тайны. Позволь мне пригласить тебя на танец. А когда он закончится, и стихнет скрипка, и упадёт небо, я сам выну из твоих волос запутавшийся в них обрывок облака.
Тонкие сети...
Паутинка — тончайшая грань,
За которой живёт доверие
Как коснуться и не разорвать,
И не вызвать невзначай отторжения
Как пройти этих нитей каскад,
А задев вызывать лишь музыку
Колокольчиков звонкую трель,
Словно бусинка, бьется об бусинку
Как проникнуть до самых глубин,
Согревая душу замёрзшую
Как вошедши за тонкую дверь,
Не застать её в окна сбежавшую
Задержавши, просто обнять,
И теплом отогреть всю озябшую
Заслужить, отстоять, доказать
Вновь зажечь её искру угасшую
Паутинка — тончайшая грань,
За которой живёт доверие
Как коснуться и не разорвать,
И не вызвать невзначай отторжения
Эти сети её обойти
И сказать ей «Ты самая, самая»
Только б нити души не порвать
И не ранить сердце усталое.
А мне про тебя все рассказали злые языки
Они всегда все про всех знают
А я страдаю, сгорая от безумной тоски
От сомнения и может я б не поверил,
Но в твоих глазах какая-то тайна
Она что-то да означает, а может это случайно
Просто показалось, плохое настроение,
Неподходящий момент
Стоит ли проверить, или попросту забыть
Извлечь из жизни этот фрагмент
Доверие или лицемерие
Вот в чём главный вопрос
Стоит ли верить злым языкам
Нет, не вопрос утверждение.
Верить только тебе, твоим глазам, поступкам
Твоему свету и теплу, сегодняшнему дню
Вчерашней ночи
Тысячам лет существования человечества
Разделённого, по парам на пополам
Нет, я тебя никогда никому не отдам.
Ты там...Ты там, где лучи восходящего солнца
В окно проникают теплом
Где нежные голуби за чистым оконцем
Друг друга обнимут крылом
Ты там, где доверие. Там где забота
Где радостно встретят всегда
Ты там, где волшебные звуки фагота
Где милые сердцу друзья
Ты там, где простое, спокойное счастье
Ты там, где нет суеты
Ты там, где родные до боли объятья
С рассвета до темноты
Ты там где ветра обдувают игриво
Река беззаботно журчит
Ты там где уютно, спокойно, красиво
Ты там, где душа не болит
Не мечется в поиске, не прячется в страхе
Не гонится вслед за мечтой
Ты там , в его телом согретой рубахе
Ты там, где молитвой простой
В глазах утопая, в словах задыхаясь
Он скажет свободно «Люблю»
Ты там , где однажды венчаясь
Тебя подведёт к алтарю.
Непреодолимая бездна недопонимания
Леденящим холодом пробирает до самых костей
Клетки разрушает кристаллами замерзших челюстей
Вгрызается, разъедает силу притяжения
Порождает сомнения взаимные обвинения
Непроходимая пропасть пустых обид
Отталкивает друг от друга
Ядом гнева в глазах рябит, бьёт, разит
Вдребезги разбивая сердца
Перекрёстный обстрел, обидные слова
И в глазах вместо ясного света — жгучий огонь
Пожар в душе, отойди, не тронь
Подожди, остынь, овладей собой
Погаси огонь, не жги, береги доверие
Храни любовь!
Для счастья не нужны особенные дни
Для счастья не нужны особенные дни
Вернее. В счастье каждый день особый
Так здорово когда есть рядом ты
Весь мир вокруг вдруг оказался новым
В нем столько красок, столько красоты
В нем бесконечно ощущаешь радость
В нем нету бестолковой суеты
Нет горечи — есть невесомость, сладость,
Есть окрылённость, есть воздушность
Есть полёт, полет души, есть сердца безмятежность
Вдруг ощущаешь прикасание мечты
И всеохватывающую нежности безбрежность
Тепло улыбки и твоей руки
Особый взгляд, в котором искры ласки
И чувствуешь реальность доброты
Особый мир доверия без маски
Без игр, без притворства пустоты
Без жалости, презрения, без жажды
Вернее жажда есть — жажда любви
И ты живёшь в объятьях этой жажды.
ОдиночествоОдиночество — вам не порок и не наказание,
И не знак непригодности личности к отношениям.
Одиночество — словно латентное состояние,
Не оправданный кем-то желанным кредит доверия.
Одиноким никто не пропишет и дня больничного,
И не лечат их тёплым чаем, вареньем с плюшками
Одиночество — как недостаток чего-то личного,
Как нехватка любимого запаха меж подушками.
Одиночество Нет, не диагноз, не штампик в паспорте.
Словно быть позабытым, при этом — остаться помнящим.
И не нужно жалеть одиноких, как нищих в транспорте,
Нужно просто ответить уставшим просить о помощи.
— Почему у вас в слове «гламур» твёрдый знак, а в слове «гражданка» — этот значок?
— Ну это такие ололо из молодёжной культуры, — ответил Самарцев. — Мы их называем мемокодами.
— Мемокод? — переспросил Энлиль Маратович. — Что это?
— Такой Ну как сказать Такой спецтэг, который указывает, что данная информация исходит от молодых, светлых и модных сил. Из самых недр креативного класса.
— А для чего это надо?
— С помощью таких тэгов можно повышать уровень доверия к своей информации, — сказал Самарцев. — Или понижать уровень доверия к чужой. Если вас в чём-то обвинят не владеющие культурной кодировкой граждане, вам достаточно будет предъявить пару правильных мемокодов, и любое обвинение в ваш адрес покажется абсурдным. Если, конечно, на вас будет правильная майка и вы в нужный момент скажете «какбе» или «хороший, годный».
Исполнена яростного негодования, ты стёрла б давно в порошок её, она ведь посмела шагнуть за грани, коснувшись того, что навек твоё не собственность он, но тебе послушен он мямлит, что только её игра, его доброта да несчастный случай заставили как-то — взглянуть за Грань в Его отречение — твоя победа, но «дышат» под замком твоим пески — Доверия нет наверно в этом таится причина — слепой тоски, которая Душу терзает снова и кто-то ответит за этот ад.
А он собирает из льдинок слово, и этому сам несказанно рад, уже не тая никаких сюрпризов, и крутит шарманка былой мотив. Неважно сейчас, кому брошен вызов, куда же перчатка твоя летит.
— Если бы ты знала какими путями я шел к тебе! Я пребывал в неведении, я так часто ошибался, но всякий раз начинал снова еще радостнее, еще с большей гордостью. Мне бы хотелось, чтобы наше время остановилось, хотелось бы по-настоящему прожить его, чтобы познать тебя, любить тебя так, как ты заслуживаешь, но это время связывает нас, не принадлежа нам. Я из другого общества, где все — одно. Я — зло, ты — добро, я — твоя противоположность, но я думаю, что люблю тебя, поэтому проси, чего хочешь.
— Доверия!
Донна встала и улыбнулась Эдуарду такой улыбкой, что любой другой растаял бы на месте. Не в сексе было дело, хотя он тоже отражался в этой улыбке. Она излучала тепло, полное доверие, на которое способна лишь настоящая любовь. Такая первая романтическая любовь может прожить недолго, но если она остается — ой-ой-ой! Я знала, что Эдуард, наверное, смотрит на нее такими же глазами, но это было не взаправду. Не от души. Он лгал глазами — искусство, которому я научилась только недавно и слегка жалела, что научилась. Одно дело — знать, как надо врать, но чтобы при этом глаза не говорили, что верить тебе нельзя
Неравенство супружеских прав в зависимости от пола, святотатство, утвержденное общественными законами, различие обязанностей супругов, принятое общественным мнением, ложные понятия о супружеской чести и все нелепые взгляды, проистекающие из предрассудков и неправильных установлений, всегда будут уничтожать доверие между супругами и охлаждать их пыл, причем наиболее искренние, наиболее предрасположенные к верности пары будут прежде других опечалены, напуганы продолжительностью срока обязательства и быстрее других разочаруются друг в друге.
Меня глубоко удивило, в каком заблуждении держат мир продажные писаки, приписывая величайшие военные подвиги трусам, мудрые советы — дуракам, искренность — льстецам, римскую доблесть — изменникам, набожность — безбожникам, правдивость — доносчикам. Я узнал, сколько невинных и превосходных людей было приговорено к смерти или изгнанию вследствие происков могущественных министров. Сколько негодяев возводилось на высокие должности, облекалось доверием, властью, почетом и осыпалось материальными благами. Какое невысокое мнение сложилось у меня о человеческой доблести, мудрости и честности, когда я получил правдивые сведения о пружинах и мотивах великих событий и переворотов, и о тех ничтожных случайностях, которым они обязаны своим успехом.
Опять же, как оказалось, команду подобрали толковую, только на первый взгляд состоящую из полных идиотов. Они спокойно выдали мне часть информации, которая на самом деле для любого другого была бы бесполезным набором слов, а взяли такую клятву, что мама не горюй! Даже отъявленный маньяк не осмелится идти против клятвы доверия на силу, к которой он принадлежит. Всё просто. В некоторых мирах люди и другие живые существа прекрасно обходятся без души с лёгким чувством дискомфорта. Но не тут. В этом мире душа – связующая нить между разумом и телом. Нет души – человек/гном/эльф/кто-то ещё становится бесполезным куском мяса. Он не может больше управлять своим телом. Оно продолжает существовать без его команд и тихо умирает, так как не в состоянии открыть рот даже для того, чтобы принять пищу. Хотя разумное существо продолжает всё понимать и чувствовать, находясь внутри тела. Не правда ли ужасная участь?
Нет, не входить в одну и ту же реку.
Войти в кружок – в какой-нибудь дурацкий –
Любителей, допустим, канареек.
По воскресеньям с ними собираться.
Войти в подъезд, с зонта роняя капли,
В доверие войти к кому попало
И закопать на огороде грабли,
Пока они меня не закопали.
Понять: всё это было делом гиблым,
И, наконец, совсем освободиться.
И завести товарища по играм,
И завести с ним множество традиций
Жизнь превращает в стерео из моно,
А стаю чёрных воронов – в колибри
Коньяк Мартель, закушенный лимоном
Почти шестидесятого калибра.
Обои, стены, шторы, потолок,
Окно направо, а налево двери,
Диван, компьютер, маленький порог,
Через него давно ушло доверие.
В экран уткнувшись, ползаешь в сети,
Душа в сомненьях, мысли все скрываешь,
Так и бывает в семьях без любви,
Ты не живёшь, ты время проживаешь.
Жить рядом, созерцая пустоту,
И видя пустоту в глазах друг друга,
Хотеть обнять но в общем-то не ту
Где выход тот из замкнутого круга
Пройдут года и время всё изменит,
Ты станешь старше, дети подрастут,
Обои, шторы ты, возможно, сменишь,
Но не желание порой обнять не ту
Не понимание, стены, потолок,
Желание подчас шагнуть за двери,
И мысли, что ты мог, а что не мог,
Где нет любви нет места и доверию.
Кошачье
Пинка не дашь? Болит нещадно бок.
К двуногим порастеряно доверье.
А может ты и есть - кошачий Бог?
Меня с котят не называли "зверей".
Что уши? Потерял не с куражу.
Там, на помойках, жизнь - не земляника.
У самого-то шкура, погляжу,
не молью глупой трачена, поди-ка.
Я лапы отморозил на снегу.
Так, думал, и загибну в жутких корчах.
Ты извини - мурлыкать не могу.
Забыл, как подключается моторчик.
Горбуша? Мне?! Зачетные харчи.
Ты, брат, того... Теперь нас тоже двое.
Я, говорят, тоску могу лечить.
Мышей отважу, если беспокоят.
Из детства вспомнил - розовый клубок...
А можно на диван? Посплю немножко.
Какой дурак когда-то ляпнуть мог,
что только к дому привыкают кошки?
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Доверие» — 365 шт.
