Цитаты

Цитаты в теме «друг», стр. 318

— Тебя бросают и ты вдруг остаешься одна. И это так странно – разве можно бросать живого человека? Выкинуть из жизни? Ведь человек всё равно живой, ему нужно работать, есть, пить, спать, разговаривать, — то есть делать всё то, что он делал до этого. Но вот только сил жить нет. Нет и всё. И ты вдруг понимаешь, что была совсем не готова к тому, что тебя бросят.
— Как бы это ни сложилось, нельзя быть готовым к тому, что тебя бросят. Ты можешь догадываться, если чувствуешь, что от отношений повеяло холодом, можешь думать об этом, даже с друзьями советоваться и удивляться: «почему? ». Но когда звучит фраза «Я ухожу» или другая – еще более идиотская – «Давай будем друзьями», ты понимаешь, что всё равно была не готова к этому.
— И что делать тогда? Как это пережить?
— Не нужно переживать. Нужно просто жить. Сохранить в душе только светлые воспоминания и жить дальше. Как бы по-идиотски это не звучало, время – лучший лекарь. Всё пройдет. Всё забудется.
– Миряне – это дети, сын мой. А святые – те не приходят к нам исповедоваться. Мы же, ты, я и подобные нам, схимники, искатели и отшельники, – мы не дети и не невинны, и нас никакими взбучками не исправишь. Настоящие грешники – это мы, мы, знающие и думающие, мы, вкусившие от древа познания, и нам не пристало обращаться друг с другом как с детьми, которых посекут посекут да и отпустят побегать. Мы ведь после исповеди и покаяния не можем убежать назад в детский мир, где справляют праздники, обделывают дела, а при случае и убивают друг друга, грех для нас – не короткий, дурной сон, от которого можно отделаться исповедью и жертвой; мы пребываем в нем, мы никогда не бываем невинны, мы все время грешники, мы постоянно пребываем в грехе и в огне нашей совести и знаем, что нам никогда не искупить своей великой вины, разве что после нашей кончины бог помилует нас и простит.
— Я никогда не слышала, чтобы мужчина говорил как ты Я думала, такого вообще не бывает!
В этот судьбоносный момент все ее основополагающие воззрения относительно мужчин разом перевернулись с ног на голову. Или наоборот. С ума сойти – ей не пришлось произносить перед Рэйном долгих речей или загонять его в угол неопровержимыми обвинениями. Оказывается, он был способен признать свою неправоту!..
— Я прощаю тебя. Произошла ошибка, и все.
Она и понятия не имела, как просто окажется выговорить эти слова. Значит, ей не придется носить на душе камня!.. Она смогла перешагнуть через случившееся. Камень на душе не станет камнем за пазухой, который она извлечет когда нибудь позже, когда вознамерится от него чего нибудь добиться. Быть может, они с ним вообще не будут заниматься этим в отношении друг друга – выяснять, кто в чем больше виноват и кто кем управляет?..
Но чем же тогда?..
Она крепко зажмурилась, прогоняя прочь черные мысли. Если Уинтроу умрет, в ее сердце воскреснет вся та боль, которую, как ей казалось, она уже заставила себя пережить и запереть в прошлом. Какая чудовищная несправедливость – потерять его именно теперь, когда она только только привыкла ему доверять! Он выучил ее грамоте. А она выучила его драться. Она так ревниво оспаривала у него внимание Кеннита, что даже сама не заметила, в какой момент парнишка сделался ее другом.
Как могла она допустить подобную неосторожность?
Потянуться к кому то, опять делаясь уязвимой?
Так уж получилось, что она знала его лучше, чем кто либо другой на борту. Для Кеннита Уинтроу был чем то вроде счастливой карты в игре, пророком его грядущих побед. И команда приняла Уинтроу. Даже Соркор не просто терпел паренька. Он баловал его и любил.
Но никто из них не знал его так, как знала она. Если он умрет, они опечалятся. А она, Этта Она будет ограблена.