Цитаты в теме «душа», стр. 410
Давно забытая история
Пью кофе я без коньяка.
Люблю я кофе без цикория,
Как впрочем и без молока.
Вкус истинный напитка терпкого
Ценю, как в людях, чистоту,
Без градусов, но в меру крепкого,
Его таинственность и красоту.
Изысканность и утонченность,
Бездонность чувств и мыслей рой
Прочь прогоняют утомленность
И возвращают мне покой.
Давно знакомая мелодия
Мне душу растревожит вдруг
И вот опять с тобою вроде я,
И жизни не сомкнулся круг.
А может только начинается
Наш диалог длиною в жизнь.
Спасибо, кофе не кончается,
И значит, милый мой, держись!
Нежно чашечку кофе
Я к щеке прижимаю
И губами ласкаю,
Мой милый друг.
Ты давно, словно в сказке,
Неназойливой лаской
Окружаешь меня,
Как спасательный круг.
Мой кофе безмятежный,
То праведный, то грешный,
То трепетный и нежный,
Как огонек в ночи.
Без капли сожаления
Отбросим все сомненья,
Мы в море откровения,
Ты только не молчи.
Завиток аромата
Улетает куда — то,
Унося за собою
Мои мечты.
Растревожив мне душу
Нет, дружище, послушай,
Ведь и вправду давно
Вернее всех мне — ты.
И вновь вдвоем,
Мы в одиночестве найдем
Нежность, грусть поцелуя
Ни к кому не ревнуя,
Мой старый, добрый друг —
Ты лучше новых двух.
Причёсана, прилизана, уложена,
Не радует количество побед.
Я холодна? Скорее заморожена,
Так защищаюсь от житейских бед
Накрашена, припудрена, ухожена,
Вновь в бархатный сезон лечу на юг.
Я не считала, сколько мною брошено,
Так защищаюсь от душевных мук.
Запахнута, зашорена, застёгнута.
Ранимость — это главный мой изъян.
Душа моя вовнутрь, как линза вогнута,
Так защищаюсь от сердечных ран.
Растрёпана, заплакана, расхристана,
Все губы искусала до крови.
Мой выбор не случаен, мною выстрадан.
Я просто защищаюсь — от любви!
Причёсана, накрашена, ухожена
Прошу тебя, мне больше не звони!
Зачем явился в жизнь мою не прошенным?
Я просто защищаюсь — извини!
Я не смогу объяснить — ни себе, ни маме,
Ни тишине, ни даже Тому-кто-выше,
Кто так нещадно мою занимает память,
Кто туда влез — на чистое и с ногами,
Кто так отчаянно бьётся в моей гортани,
Кто в моём сердце живёт и со мною дышит,
С кем я пытаюсь стать хоть немного ближе,
Кто никогда моим, никогда не станет.
Мир тесноватых кухонь и битых кружек
Делает нас не теми, кем мы хотели,
Мы объясняем это банальной дружбой,
Страхом не сохранить, не сберечь, разрушить,
Я каждый день решаюсь — и сразу трушу,
Сложно сказать такое, ну в самом деле:
«Хочу просыпаться с тобою в одной постели»,
Вывернув наизнанку свою же душу.
Я не смогу объяснить, почему такое
Вдруг приключилось с моим недовзрослым миром,
Как это всё до сих пор не даёт покоя,
И почему не выходит махнуть рукою,
Всё не Москва, не Питер, а Бологое,
Всё где-то между, ни шага ни в плюс, ни в минус,
Может, я просто люблю тебя, слышишь, милый?
Если есть версии — то предлагай другое.
Сойти с ума,
В руках твоих расплавившись,
Пылают щеки в облаке смущения.
И я сама,
С собой пытаюсь справиться,
И у себя сама прошу прощения.
И голос твой
Из глубины сознания,
Меня влечет, и кружится Вселенная.
Наше с тобой
Нарушит тишину признание.
И станет все вокруг – второстепенное.
Твои глаза
В моих – как отражение.
Сплетение рук и вены разрываются.
Хочу сказать
Мне дорого мгновение,
Когда друг к другу души прикасаются.
Тебе безоговорочно
Я верю. Пальцы мои тонкие
Дорожки пишут на твоих лопатках.
Сквозь шторы
Ночь поет нам песни звонкие,
И лунный свет согреется в постельных складках.
Запястья жжет,
Эмоции пульсируют.
Сознание плещется, и мы как подневольные.
За годом год,
Друг с другом мы вальсируем
И поцелуй в висок становится контрольным.
Сойти с ума,
В руках твоих расплавившись,
Пылают щеки в облаке смущения.
И я сама,
С собой пытаюсь справиться,
И больше не хочу просить прощения .
Я тебе обязательно встречусь,
Днем сегодняшним или вчерашним.
Посмотрю в глаза, и отмечусь
В твоей памяти чем-то важным.
Я тебе обязательно вспомнюсь,
Посреди февраля нежданно.
До души твоей нежно дотронусь,
И останусь в ней чем-то главным.
Я тебе обязательно стану,
Чем-то близким, и чем-то далеким.
И твои, не нарушив планы,
В них вплетусь чем-то очень глубоким.
Я в твоих, обязательно, венах
Добегу до самого сердца.
В наших странных, порой немых сценах
Я тебе проиграю скерцо.
Я тебя никогда не забуду,
Да и как мне забыть нашу «story»?
Словно чайка, парить я буду
Над бескрайним с тобой - нашим морем.
Я тебе обязательно встречусь,
Пусть не скоро, но все ж это будет.
Для того и придумана вечность,
На границе у наших судеб.
Все правильно. Все так, как быть должно.
Единственно возможный пройден путь.
Жизнь — это не роман и не кино.
Нельзя ни переснять, ни зачеркнуть.
Спокойнее и проще без любви:
Ни взлетов, ни падений, ни страстей.
Не плачь, не ной и Бога не гневи,
Живи не для себя, а для детей.
Впряглась — терпи и выполняй свой долг.
Что есть — цени, оберегай от бед.
Я эти фразы знаю назубок
И по ночам твержу сама себе.
Не помогает. Корчится душа,
Зажатая в семейные тиски.
Нелепая любовь — последний шанс
От саморазрушения спастись.
Последняя попытка стать собой,
Понять, зачем я на земле живу,
И все-таки узнать, что есть любовь
Не в книгах и кино, а наяву.
Без страха поднимаясь к облакам,
Увидеть мир с небесной вышины.
Хотя бы раз уснуть в твоих руках.
И дальше жить, играя роль жены.
Упала птица и разбилась,
Лишь потому, что не нашла гнезда
И вольной жизни покорилась
Вот в чем была её беда.
Упав на камни, задыхаясь,
Пыталась снова ввысь взлететь
И громким криком, словно каясь,
Просила Бога умереть.
А кровь бежала по земле и камням,
И ветер перья раздувал.
Казалось, вот конец её страданиям
В глазах реальный мир всё дальше исчезал.
Собрав все силы и желанье быть свободной,
Не знать пристанища и зов гнезда,
Забила крыльями о камни также больно,
Как мучила и плакала её душа.
В последний раз, расправив крылья,
Вдохнула грудью и открыв глаза,
Взметнулась в небо и там скрылась
И где-то рядом с Богом умерла.
Мораль:
Не главное на что упасть и обо что разбиться,
А главное попробовать взлететь.
Попробовать взлететь, как эта птица
И знать, что всё равно придется умереть.
Я теряюсь, бледнею и дико туплю,
Торможу без причины по воле амура!
Чёрт возьми, ну попалась опять, ну люблю,
Так зачем же при этом быть круглою дурой!
На хрена мне любовь, если я как дитя,
На тропинку не глядя, чешу по сугробам,
Если куча бумажек моих, шелестя,
Прямо в лужу летит, перепачкаться чтобы!
Если я, приезжая фиг знает куда,
Понимаю, что ехала в место другое!
В холодильнике — майка, в комоде — еда!
Это что ж происходит, простите, со мною?
На фига мне любовь, если я ей в ответ
Лепечу ну такую, пардон, ахинею!
Где харизма моя? Где уверенность? Нет!
Ф душ! Ф холодный! Сейчас же! Дай бог, охладею!
Измучившись непостоянством брюк,
В шкафу сорочка вешаться хотела.
Доски гладильной пожилой супруг
Ее заметил, сняв буквально с тела.
Утюг был стар, но жар еще держал.
Сорочку приложив к доске гладильной,
Прошелся трижды обжигающий металл,
Проникнув до души ее текстильной.
Шептал утюг слова любви кокетке,
В восторге каждой упиваясь строчкой.
Он был искусен, движимый розеткой,
Разглаживать измятые сорочки.
Доска гладильная от мысли согревалась,
Утюг сорочки гладит лишь по долгу,
А вот тепло любви ей оставалось
И сохранялось бережно и долго.
Теперь о смысле: пародист — утюг,
Доска гладильная — поэт, ну, а сорочка —
Его творение, которое, как друг,
Утюг прессует до последней точки.
Звезды ясные, звезды прекрасные
Нашептали цветам сказки чудные,
Лепестки улыбнулись атласные,
Задрожали листы изумрудные.
И цветы, опьяненные росами,
Рассказали ветрам сказки нежные,-
И распели их ветры мятежные
Над землей, над волной, над утесами.
И земля, под весенними ласками
Наряжаяся тканью зеленою,
Переполнила звездными сказками
Мою душу, безумно влюбленную.
И теперь, в эти дни многотрудные,
В эти темные ночи ненастные,
Отдаю я вам, звезды прекрасные,
Ваши сказки задумчиво-чудные!
Что-то на свалку сносили усилием дружным.
Бывшим хозяевам вдруг оказалось ненужным
Заяц безухий и клавиши в пыльном мешке
Рама, сундук, абажур и растение в горшке.
Люди пройдут мимо свалки и снова пройдутся
И оглянутся, и вещи им вдруг приглянутся,
И пригодится им заяц и то, что в мешке,
Рама, сундук, абажур и растение в горшке.
Зайца зашьют, и для рамы картина найдется,
Весело лампочка под абажуром зажжется,
Клавиши впору придутся, и дрогнет струна,
Кактус воспрянет, и встанет сундук у окна.
Жизнь продолжается, жизнь начинается снова;
То, что утрачено, вновь обретается; слово
Вновь наполняется смыслом и хочет звучать.
Всё, что отвержено, стало бесценным опять.
Так и в душе нарождается чудная сила:
То, что растоптано, то, что поругано было,
Снегом сияет, летит, не касаясь перил, —
Словно бы кто-то ее подобрал-полюбил!
Пьянствуй, моя голова, лирику в сердце лей
Осень с ума свела уток и журавлей.
Бешенством птичьих стай заражена душа.
Всюду, куда ни стань, сны под стопой шуршат.
Слово куда ни брось, падает там каштан.
Листья с ветвями врозь — золотом в океан.
Лирику пью «с горла», лирику пью с тобой
Ты ведь не умерла, ты навсегда, любовь, —
К падшему ниц листу, к почке в руках весны
Я сквозь тебя расту в небо лучом сквозным.
И напиваясь так, что в голове разброд,
Я ускоряю шаг в осень и небосвод.
Пьянствуй, моя голова.
Жизнь и рассудок — врозь
Лирика не в словах,
Ею дышать пришлось.
Ночь коснется глади шелка
Лапкой луны.
На груди заснув у волка
Кутаюсь в сны
Мир разорван на две части
Жгучей виной
Мы с тобою разной масти,
Крови — одной
Что за волчья судьба —
Ни одна, ни в стае,
И вгрызается время,
Оскалив пасть
Только ты меня держишь не отпуская,
Одиночка, по кличке Страсть
Одиночкой быть не легче
В серости стай.
Так держи за холку крепче —
Не отпускай.
Я уткнусь холодным носом
В шерсть у виска,
Гостьей селится без спроса
В душу тоска
Воздух горло дерет,
Каждый вздох — навылет,
Время сточит клыки
О гранит разлук.
Жаль, что пары из нас
Никогда не выйдет,
Одиночка, по кличке Друг
Жизнь — игра. И мы играем
В злую любовь.
Утро отзовется лаем
Бешеных псов
Нам с тобою остается
Яростный бег
И судьба опять смеется
Пулями в снег.
Лес взорвется ночной —
Нет, не воем — песней,
Той одной, что с тобой
Не успели спеть,
И, кто знает, возможно
Сведет нас вместе
Одиночка, по кличке смерть.
А я сегодня карты порвала,
Старинные, и вовсе не игральные.
И, от греха, обрывки подожгла,
Не вспомнив заклинание прощальное
Горели «Колесница» и «Звезда»,
Пылала «Справедливость» ярким пламенем.
И отправлялось «Солнце» в никуда,
Последним испытанием — экзаменом
А следом сонник полетел в огонь —
К чему его печальные пророчества?
Мне по ночам один лишь снится сон:
Твой взгляд на зыбкой грани одиночества
Наперебой подружки мне твердят:
«Забудь, его любить — да только маяться!»
А мне всё снится твой печальный взгляд,
И ни молиться нету сил, ни каяться.
Ведь впереди — практически вся жизнь,
И улыбаться — мастерство отточено
Что мне с того, что, сколько не молись,
В душе остаться ведьмой напророчено?!.
Пророчество гори оно огнём!
Неведение милее мне, чем знание
В незнании есть мир, где мы вдвоём,
И на двоих у нас одно дыхание.
Не покорствуя судьбы извивам,
Спотыкаясь о печаль и зло,
Человек обязан быть Счастливым,
Раз ему родиться повезло,
Как бы не был в Жизни озадачен,
Не забудь - среди других забот,
Жить на свете редкая удача,
На такое дважды не везёт,
На Восходе или на Закате,
В час когда в природе благодать,
Вдруг такое на душу накатит,
Что в словах никак не передать,
Только онемеешь от простора,
Растворишься капелькой во мгле,
Постигая самое простое,
Как дышать прекрасно на Земле.
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Душа» — 8 705 шт.
