Цитаты в теме «дверь», стр. 66
Когда будет грустно тебе и тоскливо,
С улыбкой вокруг посмотри ты тогда
И тысячу раз повторяй терпеливо:
-Я не одинок!Это все ерунда!
Конечно,порой донимает унынье,
Тоска так подкатится-сядь хоть и вой.
Себе говори:"Слышишь,ты же мужчина,
Возьми себя в руки...И скуку-долой".
Да,трудно пока.Да,пока одиноко...
Но все переменится,только ты верь-
Твое счастье где-то уже недалЕко,
Еще постучится оно в твою дверь.
И ты возродишься.и духом воспрянешь,
И нежно прижмешь свое счастье к груди.
Любовью и лаской своею одаришь...
Поверь,это все у тебя впереди...
Меняется всё в наш век перемен-
Меняется звук, меняется слог.
И спето про всё. Но выйди за дверь-
Как много вокруг забытых дорог.
В добрый час, друзья, в добрый час,
Наши дни-не зря эти дни.
Я вас жду, я помню о вас,
Знаю я, что мы не одни.
Пусть как никогда, натянута нить-
Не стоит бежать, не стоит робеть.
Так было всегда-легко говорить,
Труднее сыграть, особенно спеть.
В добрый час, друзья, в добрый час,
Наши дни-не зря эти дни.
Я вас жду, я помню о вас,
Знаю я, что мы не одни.
Лет десять прошло, и десять пройдёт-
Пусть сбудется всё, хотя бы на треть.
Нам в жизни везло-пусть вам повезёт.
А значит, не зря мы начали петь.
В добрый час, друзья, в добрый час,
Наши дни-не зря эти дни.
Я вас жду, я помню о вас,
Знаю я, что мы не одни.
К одиночеству у меня такое же отношение, как у других к благословению церкви. Оно для меня свет милости божьей. Закрывая за собой дверь своего дома, я всегда осознаю, что совершаю по отношению к себе милосердное деяние. Кантор в качестве иллюстрации к понятию бесконечность рассказывал ученикам историю о человеке, державшем гостиницу с бесконечным числом комнат, и все они были заняты. Потом приезжал еще один постоялец. Тогда хозяин делал вот что: он переселял гостя из комнаты номер один в комнату номер два, того, кто жил в номере два — в номер три, того, кто жил в номере три — в номер четыре, и так далее. Так освобождалась для нового гостя комната номер один.
В этой истории меня восхищает то, что все ее участники — и постояльцы, и хозяин — считают совершенно естественным проведение бесконечного числа операций для того, чтобы один человек мог спокойно жить в своей собственной отдельной комнате. Это — настоящий гимн одиночеству.
Всё забыла. Не помнит, что рядом дочь,
А и та не упомнит, что значит мать,
Одевать это тулово, подымать,
Да кормить и мыть — а года-то прочь.
Что ни спросит дочь — в пустоту летит,
Еле помнится молодость, но и то
И в ладоши бьёт под любой мотив,
А сама про себя не ответит — кто.
И умрёт во сне, в предрассветный час,
Как истает ночь тонким месяцем,
Эко бремя с плеч — ведь её свеча
Уже много лет, как не светится.
А у райских врат и стучать — невмочь,
Распахнётся дверь — уж такой устав -
Задержалась ты? Так молила дочь
В детстве милости — жить Тебе до ста.
Твое лицо мне так знакомо, как будто ты жила со мной. В гостях, на улице и дома я вижу тонкий профиль твой.Твои шаги звенят за мною, куда я ни войду, ты там, не ты ли легкою стопою за мною ходишь по ночам? Не ты ль проскальзываешь мимо, едва лишь в двери загляну, полу воздушна и незрима,
подобна виденному сну? Я часто думаю, не ты ли среди погоста, за гумном, сидела, молча на могиле в платочке ситцевом своем? Я приближался — ты сидела, я подошел — ты отошла, спустилась к речке и запела на голос твой колокола. Откликнулись вечерним звоном и плакал я, и робко ждал. Но за вечерним перезвоном твой милый голос затихал. Еще мгновенье — нет ответа, платок мелькает за рекой, но знаю горестно, что где-то еще увидимся с тобой.
Как плохо быть холостяком, старому человеку напрашиваться, с трудом сохраняя достоинство, в гости, когда хочется провести вечер вместе с людьми, носить для одного себя еду домой, никого с ленивой уверенностью не дожидаться, лишь с усилием или досадой делать кому-нибудь подарки, прощаться у ворот, никогда не подниматься по лестнице со своей женой, болеть, утешаясь лишь видом из своего окна, если, конечно, можешь приподниматься, жить в комнате, двери которой ведут в чужие жизни, ощущать отчужденность родственников, с которыми можно пребывать в дружбе лишь посредством брака — сначала брака своих родителей, затем собственного брака, дивиться на чужих детей и не сметь беспрестанно повторять: у меня их нет, ибо семья из одного человека не растет, испытывать чувство неизменности своего возраста, своим внешним видом и поведением равняться на одного или двух холостяков из воспоминаний своей юности.
ПОЛНОЧНЫЙ ТРОЛЛЕЙБУС
Когда мне невмочь пересилить беду,
когда подступает отчаянье,
я в синий троллейбус сажусь на ходу,
в последний,
в случайный.
Полночный троллейбус, по улице мчи,
верши по бульварам круженье,
чтоб всех подобрать, потерпевших в ночи
крушенье,
крушенье.
Полночный троллейбус, мне дверь отвори!
Я знаю, как в зябкую полночь
твои пассажиры — матросы твои —
приходят
на помощь.
Я с ними не раз уходил от беды,
я к ним прикасался плечами
Как много, представьте себе, доброты
в молчанье,
в молчанье.
Полночный троллейбус плывет по Москве,
Москва, как река, затухает,
и боль, что скворчонком стучала в виске,
стихает,
стихает.
Мы так привыкли в наших скоростях
Откладывать привычные визиты
Мол, что такого — ведь такой пустяк,
Заеду завтра. Раз — а дверь закрыта.
И некому писать свое «прости»,
И хочется упасть и не проснуться
Ты что-то важное из жизни упустил —
В последний раз увидеть, улыбнуться,
Обнять тихонько, помолчать вдвоем,
Припомнить старые истории и песни
А время исчезает день за днем.
Оно не станет слушать ваши «если»
Если — что? А если их не станет, всех тех,
Кому вы забываете звонить?
А если кто-то ждать вас перестанет,
Пока вы все твердите «может быть»?
За этой суматохой ежедневной
мы слишком многое не можем разглядеть.
Вот потому я и пишу ему, наверно
Я так боюсь однажды просто. Не успеть.
Не суди меня, Боже, строго
Я ведь только учусь верить.
У разбитых твоих порогов
Я пытаюсь стучать в двери
Мне с тобою — хотя б недолго,
Просто знать, что ты есть выше.
Не боялась ни черта, ни бога,
А теперь ты меня не слышишь
Не суди меня, Боже, право
Я так часто была покорна!
На земле мне кричали «Браво!»,
Ну, а ты лишь смотрел с укором
Я так часто роняла слезы,
Что, наверное, стала морем
Не смотри на меня, Боже!
Я ведь просто не знала горя!
Я любила иных так часто
Я так редко имела меру —
Не прошу, не молю о счастье.
А хочу лишь крупицу веры
Не суди меня, Боже, строго,
Не тверди о моих грехах.
Я слепа. Я искала дорогу.
А ты нес меня на руках.
Важно, чтобы кое-что шло своим чередом. Надо отпускать. Освобождаться. Люди должны понять – никто не играет краплеными картами: иногда мы выигрываем, иногда остаёмся в проигрыше. Не следует ждать, что тебе вернут его, что оценят твои усилия, что признают твой талант, что поймут твою любовь. Завершай цикл. Не из гордыни, не по неспособности, а просто потому, что это больше не вмещается в твою жизнь. Закрой дверь, смени пластинку, прибери дом, выбей пыль. Перестань быть таким, как был, стань таким, каков ты сейчас.
Когда, мечтательно склонившись у дверей,
Ночь придает очарование
Печалям жизненным, я чувствую острей
Свое ненужное призвание.
Ненужное тебе, рабыня губ моих,
И от тебя его я скрою,
И скрою от друзей, нечистых и пустых,
Полу завистливых порою.
Деревья вешние в мерцающих венцах,
Улыбка нищего, тень дыма,
Тень думы — вижу все; в природе и в сердцах
Мне ясно то, что вам незримо.
От счастья плачет ночь, и вся земля в цвету
Благоговею, вспоминаю,
Творю — и этот свет на вашу слепоту
Я никогда не променяю!
Тот, кто в расцвете юности
Вышел прекрасным свежим утром
Из дома возлюбленной
И за кем обожаемая рука
Бесшумно закрыла дверь,
Кто шел, сам не зная куда,
Взирая на леса и равнины,
Кто не слышал слов,
Обращенных к нему прохожими,
Кто сидел на уединенной скамейке,
Смеясь и плача без причины,
Кто прижимал руки к лицу,
Вдохнуть остатки аромата,
Кто вдруг забыл обо всем,
Что он делал на земле до этой минуты,
Кто говорил с деревьями на дороге и с птицами,
Пролетавшими мимо, кто, наконец,
Попав в общество людей,
Вел себя как счастливый безумец,
А потом, опустившись на колени,
Благодарил бога за это счастье, -
Тот не станет жаловаться,
Умирая: он обладал женщиной,
Которую любил.
Нужен ли нам храм для молитвыМолиться можно везде и всюду, но есть места, где молитва находит естественную для нее атмосферу; места эти — храмы, во исполнение обетования: Я обрадую их в Моем доме молитвы (Ис. 56: 7).
После того, как храм освящен, он становится жилищем Божиим. Здесь Бог присутствует иначе, чем во всем остальном мире. В мире Он присутствует как пришлец, как странник, проходящий от двери к двери, не имея, где приклонить главу; Он идет как Владыка мира, отвергнутый миром, изгнанный из Своего царства и вернувшийся в него, чтобы спасти Свой народ. В храме же Он — у Себя дома; Он не только Творец и Господин по праву, — здесь Его и признают Творцом и Господом. Вне храма Он действует, когда может и как может; внутри храма Он во всей Своей власти и силе, и уже от нас зависит приходить к Нему.
Буду позже...Как талантливо ранит она,
Обжигая то страстью, то болью,
Не смиряясь с неглавною ролью,
Выпивает обиду до дна
И коньками скользит по душе,
Не боясь очевидных падений.
Насладясь разногласием мнений,
Ей не нужно советов уже
Как она зазывает в полёт,
Но опять не пристёгнуты крылья
Предсказание становится былью
Чьё-то сердце разбилось о лёд
Как умеет она соблазнять
И довериться хочется сразу
А она шепчет липкие фразы,
Что не может душа не принять
Как её не хватает теперь
Но предательства чёрною тенью
Накрывают мотивы прощенья
Для неё заколочена дверь
На неё хоть молись, хоть злословь,
Но она ловко память подправит
И записку для сердца оставит:
«Буду позже» И подпись: «Любовь».
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Дверь» — 1 655 шт.
