Цитаты в теме «движение», стр. 29
«Вот Вы говорите, что человек не в силах контролировать страсть. Я не соглашусь с Вами.
Я недавно присутствовал в опере, и видел лица, те лица, что были обращены к сцене, к певице, на их лицах я видел страсть, но это было такое выражение страсти, которое было близко к умиротворяющему покою, страсть которая мирно плескается и ведёт себя так, как будто ты у тихой заводи, наслаждаешься великолепием её тихой глади, и слышишь как берегам всё равно накатываются лёгкие волны и образуют всплески у самого берега. Так и здесь, я видел эти лица, внимающие оперной певице, и особенно я рассматривал их глаза. Они находились в большом умилении от происходящего, плавными еле заметными движениями они то стремились вверх, на небеса, то опускались вниз, поглощая приходящее к ним пение. Кажется, что пели их души »
Есть такие губы...Есть такие губы, которые невидимыми для тебя движениями, хотя ты их чувствуешь по дыханию, будут искать место на твоей спине, где можно на одно мгновение остановиться и замереть в поцелуе.
Ты сердцем отслеживаешь этот поиск, твое сердце замирает.
И вдруг ты чувствуешь, в конце концов, находят такое место.
Они едва прикасаются к точке, чуть пониже ключицы, и бьют прохладой в самый центр твоего жаркого сердца, и от прикосновения возникает лёгкий, пробирающий душу озноб, который мягкими иголками раскатывается по всему телу.
Такой поцелуй может быть подобен чему угодно: оргазму, наркотической атаке, взлётной точке сублимации, чему угодно, но он бесподобен.
Я живу невпопад, я из графика выбилась где-то.
Реки чувств пересохли, а счастье — в седых облаках.
Не спросив, жизнь врезает замки и диктует запреты,
Заставляя держаться в привычных сухих берегах.
Нарисованный мир так манит ощущением свободы —
Там любые мечты обретают реальность и смысл,
Там светлы небеса, и лазурью сияют восходы,
Под слоями пастели упрятана горькая мысль.
Нет причин оставаться снаружи свободного мира,
И не пить родниковую воду с хрустальных вершин,
Не ловить звуки флейты, волшебной и нежной, в эфире,
Жить, как раньше, во тьме, презирая движенья души.
Только надо суметь. Постараться уйти без оглядки.
Чтобы жалость и долг не тянули назад, как магнит.
Сделать шаг от привычки Но в старом альбоме закладки
Остаются, где память родную улыбку хранит.
О ней за глаза говорят «не от мира сего»
Толпа, что привычно живёт по шакальим законам,
Не в силах понять — там, где царствует подлость и зло,
Она не стоит на коленях у этого трона.
А ей бы исчезнуть. Хоть голову спрятать в песок,
Но всюду бетонные плиты и мёртвые лица.
А ей бы кричать «Им не верь!», но охрип, и продрог,
И вылинял голос, и мрак за спиною таится.
А ей бы бежать. Только туфельки вязнут в грязи.
И бег, как во сне, переходит в движенье на месте.
Здесь вечные ценности — пыль, мишура реквизит,
Который — для старых спектаклей о долге и чести.
Она остаётся С немеркнущим светом в душе.
Лишь шепчет одними губами: «Опомнитесь, люди,
Покуда стоите меж злом и добром на меже.
Признавших ошибки, прощают и строго не судят».
Я вижу пятно стремительно тускнеющего неба, я вижу растущие вверх леса, я вижу мерно дышащий океан, хрупкий узор инея на оконном стекле, торжественный силуэт водопада, просвет молний, фары машин, высвечивающие одиноких потерянных прохожих, царственно медлительное движение ледников, разноцветные зонты на улицах, мёртвую птицу на земле, каплю росы на лепестке розы, ветер в твоих волосах И я соединяю всё в тугую вязь, в единый безусловный непререкаемый виток бытия, целостный, неделимый, который однажды я назову своей прожитой жизнью. В тот день, когда кто-то мне скажет, а я отчаянно, болезненно, безумно не захочу верить, что тот умирающий старик в постели — это я
Моя жизнь пахнет яблоками. Почти незаметный, сладкий, пьяный аромат, кружащий голову. Запах познания добра и зла, запах грехопадения. Запах страсти и невинности, запах созревших плодов души. Я сам пахну яблоками. Я курю и улыбаюсь в окно, я подкармливаю птиц хлебом, впитывая кожей последнее лето, я подкармливаю дикие одинокие души странными словами, накинув на плечи печаль и глядя, как осыпаются листья яблони. Я смеюсь, легкой рукой открывая сезон урожая. Сезон охоты. Я жадно вдыхаю воздух, я принюхиваюсь, прислушиваюсь, я ищу И предвкушение волной вниз по спине, и движения становятся обманчиво мягкими, и хищно сужаются зрачки, и все быстрее и яростнее бьется сердце Ты пахнешь яблоками.
Позволь мне пригласить тебя на танец, на этот странный урок любви и доверия, учащий различать в бесконечно сером цвете, вобравшем в себя позднее небо, мириады новых оттенков. Позволь мне пригласить тебя на танец и, повинуясь музыке, провести пальцами по твоей щеке, даря опыт тепла и чувственности, уравновешивающий иной, горький опыт тоски и одиночества. Позволь мне пригласить тебя на вальс, доверь моим рукам своё точеное, всё более жадно впитывающее свет и движение тело, и разреши напомнить подзабытое за давностью, скудностью и тяжестью времён ощущение полёта. Позволь мне пригласить тебя на танец, смешать пульсирующую в венах кровь и пульсирующий в воздухе звук, наклониться и губами оставить на твоей шее отпечаток новорожденной тайны. Позволь мне пригласить тебя на танец. А когда он закончится, и стихнет скрипка, и упадёт небо, я сам выну из твоих волос запутавшийся в них обрывок облака.
Ты пастух звезд. Твои слова — продолжение неба, клей для гаснущих светил, острые иглы, способные пригвоздить свет к упругой поверхности пространства. Движение руки, удар плети, выверенный взгляд и как красиво, как ровно и идеально фигуры встают на свои места. Солнце — светит. Не дышит, не обжигает, не смеется в приступе безумия, не гаснет, мучительно расплескивая огонь, нет.. Светит. Это его функция. Остальное — излишне. Все правильно, пастух Так и должно быть. Но мне почему-то становится больно дышать в те ночи, когда над моей головой отголосками чего-то дальнего, давнего, забытого, но очень важного, перестают падать звезды
Я хочу увидеть море. Я хочу дышать до головокружения этим воздухом, густым от мерно вздрагивающей водной глади, от криков птиц, пронзительных, как последнее откровение Бога. Я хочу лежать на мокром прибрежном песке, без одежды, без прошлого, без будущего и курить в сырое небо, улыбаясь невероятной свободе каждого движения ветра, удивительной рыбой струящегося по коже. Я хочу собирать разноцветные камни и стирать с лица брызги воды, не открывая глаз, не будя души, почти не существуя, почти став частью окружающего, движущегося, меняющегося, влажного, солёного, такого чуждого и такого понятного. Я хочу потеряться в ласке волн, я хочу забыть себя самого и просто — плыть. Туда, где жизнь окрашивается мягким светом заходящего солнца. Я хочу сидеть на самой кромке воды, на этой дрожащей грани между фантазией и реальностью, нежностью и жестокостью, человеком и.. морем.
Алисон всегда оставалась женщиной; в отличие от многих английских девушек, она ни разу не изменила своему полу. Она не была красивой, а часто – даже и симпатичной. Но, соединяясь, ее достоинства (изящная мальчишеская фигурка, безупречный выбор одежды, грациозная походка) как бы возводились в степень. Вот она идет по тротуару, останавливается переходит улицу, направляясь к моей машине; впечатление потрясающее. Но когда она рядом, на соседнем сиденье, можно разглядеть в ее чертах некую незаконченность, словно у балованного ребенка. А совсем вплотную она просто обескураживала: порой казалась настоящей уродкой, но всего одно движение, гримаска, поворот головы, – и уродства как не бывало.
Родиться на улице – значит всю жизнь скитаться, быть свободным. Это означает случайность и нечаянность, драму, движение. И превыше всего мечту. Гармонию не соотносящихся между собою фактов, которая сообщает твоим скитаниям метафизическую определенность. На улице узнаешь, что такое в действительности человеческие существа; иначе – впоследствии – их изобретаешь. Все, что не посреди улицы, фальшиво, вторично – иными словами, литература. Ничто из того, что называют «приключением», никогда не сравнится с духом улицы. Неважно, полетишь ли ты на полюс, будешь сидеть на дне океана с блокнотом в руках, сровняешь один за другим девять городов или, подобно Куртцу, проплывешь вверх по реке и сойдешь с ума. Все равно, сколь бы волнующа, сколь бы нестерпима ни была ситуация – из нее всегда есть выходы, всегда есть изменения к лучшему, утешения, компенсации, газеты, религии. Но когда-то ничего этого не было. Когда-то ты был свободен, дик, смертоносен
Быть "Мужчиной"
Я учусь говорить тебе «Да»
Даже сели «немножечко» против
Я учусь, закрывая глаза
Ощущать тебя всей своей кожей
Я учусь читать по глазам,
По губам, по движениям тела.
По дыханию, по волосам
По вибрациям, по биению слева
По теплу, по касаниям рук
По молчанию и по смеху
Я учусь не смотреть вокруг
В посторонних, ища утеху
Я учусь понимать с первых слов
Я учусь не держать обиду,
Не ковать железных оков
Отвечать тебе только для виду
Я учусь принимать твой каприз
Становясь, немножко нежнее
Я учусь находить компромисс,
Уступать, ведь я же сильнее
Я учусь не сходить с ума
Бесноваться, носить личину
Не бросать на ветер слова
Я учусь для тебя быть «Мужчиной».
Поцелую тебя в самых нежных местах —
Гладь мое напряженное тело.
Языком поиграю вот так и вот так,
Если ты меня вдруг захотела.
А когда ты, раскинувшись, скажешь: «Войди!»
(Оторваться почти невозможно!)
Я губами коснусь твоей теплой груди,
И проникну в тебя осторожно.
Это было, наверное, тысячи раз,
Но когда я сливаюсь с тобою,
Забываю про все, что случилось вчера —
Необычное чувство такое.
Не могу передать ощущения мои —
Все знакомо, как будто, и ново
У любви и у секса — законы свои.
Ты мне шепчешь знакомое слово.
И весь мир исчезает, дыхания — в такт
А движенья навстречу, навстречу!
Бесконечная близость безумных атак.
Я тебе что-то тихо отвечу
И найду твои губы губами и всё!
И глаза отрешенно закрою.
Эти пальцы, соски, это тело — мое!
И мы вместе кончаем с тобою.
ДИАЛОГ О ВЕСНЕ
— Ты чувствуешь? Вокруг весна
Зеленый трепет ожидания
И непонятные желанья
Разлила в воздухе она.
Послушай, это все обман,
Смешные выдумки поэтов.
Что с этого, в итоге, нам?
Без разницы — весна и лето
— Ты понимаешь, я весной
Дышу как будто по-другому
Брожу в волнении по дому,
И удивляюсь, что со мной!
— Наверно, авитаминоз
Ешь фрукты, просыпайся
Позже, а, может, это от мимоз,
Будь с аллергией осторожней.
— Я очень радуюсь весне
И чувствую ее кружение,
Тепло лучей, планет движенье,
И днем, и по ночам во сне.
— Не забивай себе мозги,
Подумай лучше
О зарплате, или попей пивка с тоски.
И говорить об этом хватит.
Нам не понятен мир чужой
— У каждого своя ментальность.
Но воздух напоён весной
И это — главная реальность!
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Движение» — 729 шт.
