Цитаты в теме «двое», стр. 30
Холодный взгляд любовь таит и красота гнетет и дразнит. Прекрасны волосы твои, но одиночество прекрасней. Изящней рук на свете нет, туман зеленых глаз опасен. В тебе все музыка и свет, но одиночество прекрасней. С тобою дни равны годам, ты утомляешь, словно праздник. Я за тебя и жизнь отдам, но одиночество прекрасней. Тебе идет любой наряд, ты каждый день бываешь разной. Счастливчик — люди говорят, но одиночество прекрасней. Не видеть добрых глаз твоих —нет для меня страшнее казни, мои печали — на двоих, но одиночество прекрасней. Твоих речей виолончель во мне всегда звучит, не гаснет. С тобою быть — вот жизни цель, но одиночество прекрасней.
Не трави меня, за ладонь держи, я твой оберег, найденный во ржи, перебесятся месяцы, выдохнув ёмко: «жив», как родным ребёнком станешь мной дорожить. И слепы все те, для кого любовь — облетевший лист, адамово ребро, где под позолотой прячется серебро.
Не сжигай мосты, обнимай сильней, все бессонницы выряжены в палачей, истекает лимит ночей, сладостных речей, приходи засыпать на моём плече.
Будет холод жить меж оконных рам, приходить в виде писем и телеграмм, а потом новый год, рождество, а там все бегут закупать подарки родным в Ашан.
А у нас любовь, за неё не отдано ни гроша. И одна на двоих душа.
Потом накипит, взорвётся, хрустально треснет, как-то околицей выведет напрямик. Память — река. На её берегах мы вместе, как бы нам не сигналили маяки, что бы не говорили все эти люди, ставшие декорацией для двоих. Больше такой как я у тебя не будет. Секунды рассыпались по полу на, бери!
Мир обретает форму, размер, границы. Я просыпаюсь рывком, с трудом понимая где. Прямо сквозь центр сердца проходит стальная спица — мелочь, напоминающая о тебе. Дай мне хотя бы повод учиться слушать внутренний голос, кричащий на все лады:хватит уже перед ним раскрывать всю душу, может, он встретит лучше, но никогда такую же, как и ты.
Я не была в твоей стране
Под солнцем жарким,
И наша встреча лишь во сне
В ладонь — подарком.
Во сне так просто и легко,
Не надо визы.
Из самолета в рук кольцо
Упасть сюрпризом.
Мне снился ты аэропорт
В огнях красивых.
И мы поехали к стенам
Иерусалима.
Я видела ночной Эйлат,
Как мир контрастов.
Где пальмы, пляжи, берега
Палитрой красок.
И в ресторанчике одном,
Держась за руки,
Лягушек лопали с вином
Французской кухни.
С ума сходили до утра
А на рассвете
От счастья плакали с тобой,
Как будто дети.
Желанье на двоих одно,
Монеткой в море.
Чтоб вместе навсегда вдвоем
В любви и в горе.
Я не была в твоей стране
И может статься,
Я прилечу чтоб навсегда
С тобой остаться.
БеатричеГоворят, Беатриче была горожанка,
Некрасивая, толстая, злая.
Но упала любовь на сурового Данта,
Как на камень серьга золотая.
Он ее подобрал. И рассматривал долго,
И смотрел, и держал на ладони.
И забрал навсегда. И запел от восторга
О своей некрасивой мадонне.
А она, несмотря на свою неученость,
Вдруг расслышала в кухонном гаме
Тайный зов. И узнала свою обреченность.
И надела набор с жемчугами.
И, свою обреченность почувствовав скромно,
Хорошела, худела, бледнела,
Обрела розоватую матовость, словно
Мертвый жемчуг близ теплого тела.
Он же издали сетовал на безответность
И не знал, озаренный веками,
Каково было ей, обреченной на вечность,
Спорить в лавочках с зеленщиками.
В шумном доме орали драчливые дети,
Слуги бегали, хлопали двери.
Но они были двое. Не нужен был третий
Этой женщине и Алигьери.
Так с тобой повязанны,
Что и в снах ночных
Видеть мы обязанны
Только нас двоих.
Не расстаться и во сне
Мы обречены,
Ибо мы с тобою не две величины.
И когда расстонется
За окном борей,
Я боюсь бессонницы
Не моей - твоей.
Думаешь. О чём, о ком?
И хоть здесь лежишь,
Всё равно мне целиком
Не принадлежишь.
Я с твоими мыслями
Быть хочу во мгле.
Я хочу их выследить,
Как мосье Мегре.
А когда задышешь ты
Так, как те, кто спят,
Выхожу из пустоты
В сон, как в темный сад.
Тучи чуть светающи.
Месяц невесом.
Мысли лишь пугающи.
Сон есть только сон.
Ни слова о любви! Но я о ней ни слова,
Не водятся давно в гортани соловьи.
Там пламя посреди пустого небосклона,
Но даже в ночь луны ни слова о любви!
Луну над головой держать я притерпелась
Для пущего труда, для возбуждения дум.
Но в нынешней луне — бессмысленная прелесть,
И стелется Арбат пустыней белых дюн.
Лепечет о любви сестра-поэт-певунья —
Вполглаза покошусь и усмехнусь вполрта.
Как зримо возведен из толщи полнолуния
Чертог для Божества, а дверь не заперта.
Как бедный Гоголь худ там, во главе бульвара,
И одинок вблизи вселенской полыньи.
Столь длительной луны над миром не бывало,
Сейчас она пройдет. Ни слова о любви!
Так долго я жила, что сердце притупилось
Но выжило в бою с невзгодой бытия,
И вновь свежим-свежа в нём чья-то власть и милость.
Те двое под луной — неужто ты и я?
Самого главного глазами не увидишь, надо искать сердцем и, когда последние камни осыплются вниз, шурша,с развалин старого храма, стихнет гул, рассеется дым,и останется только смотреть, как по небу катится огненный шар, —чужой человек из-за холма вдруг тебе принесёт воды. Когда однажды тебя начнёт сторониться последний друг, любовь твоя сделает вид — ничего не помнит, не знает и ни при чём, ты будешь лежать, один на земле, на осеннем сыром ветру, а чужой человек из-за холма укроет тебя плащом. Когда ты вернёшься домой — другим, каким быть хотел всегда, —когда на тебя начнёт коситься странно родная мать, отец перекрестится и вполголоса скажет: «пришла беда», чужой человек — достанет флейту и станет тебе играть. Ты не прощаясь покинешь дом и наскоро свяжешь плот, — он помчит тебя дальше и дальше, порогами горных рек, к воротам холодного ноября, где станет тебе тепло; ведь на плоту вас будет двое —ты и твой человек.
Ну вот и перемены в снах моих:
Ты и туда пробрался не случайно.
Отныне будешь властвовать в них тайно
Не потому, что сплёл Амур двоих,
А потому, что холодно душе
И невозможны наяву полёты.
Усталость будней, частые цейтноты
В затылок жарко дышат нам уже.
Как греет душу память юных лет
И тёплый зайчик солнечный в ладони!
Ночным дождём разбуженные кони
Летят стрелою в сказочный рассвет.
Но нет ночных свиданий, нет коней,
И только сердце бьётся так тревожно.
Родное, будь спокойней, осторожней,
Будь в ритме снисходительней ко мне.
А грех и страсть пусть властвуют во снах,
Где я с тобой — до самоотречения
Или в стихах — до умопомрачения,
Или А впрочем, близится весна.
Кошачье
Пинка не дашь? Болит нещадно бок.
К двуногим порастеряно доверье.
А может ты и есть - кошачий Бог?
Меня с котят не называли "зверей".
Что уши? Потерял не с куражу.
Там, на помойках, жизнь - не земляника.
У самого-то шкура, погляжу,
не молью глупой трачена, поди-ка.
Я лапы отморозил на снегу.
Так, думал, и загибну в жутких корчах.
Ты извини - мурлыкать не могу.
Забыл, как подключается моторчик.
Горбуша? Мне?! Зачетные харчи.
Ты, брат, того... Теперь нас тоже двое.
Я, говорят, тоску могу лечить.
Мышей отважу, если беспокоят.
Из детства вспомнил - розовый клубок...
А можно на диван? Посплю немножко.
Какой дурак когда-то ляпнуть мог,
что только к дому привыкают кошки?
Чувствуешь, я ведь учусь молчать. Робко подтаявшая свеча нить фитиля распускает во имя света. Эту ладонь, затихшую у плеча, эти глаза солёного серого цвета я не придумала - радость спала внутри,тихо,как бабочка в коконе нежной боли... Ищешь корично-седой Магриб в диких просторах моей юдоли? Я не мешаю, найдёшь-скажи. Радуюсь каждой простой улыбке, счастье - прозрачные миражи,что выдувает в просвете зыбком зла и добра стеклодув-судьба. Если успеешь, поймаешь тайну: двое унявших в себе раба, в поле любви забрели неслучайно.
Исповедь
Я поставил несколько фильмов — «Ирония судьбы», «Служебный роман», «Гараж», О бедном гусаре замолвите слово», «Вокзал для двоих», «Жестокий романс», «Забытая мелодия для флейты», «Дорогая Елена Сергеевна» В этот период параллельно «с многочисленными и разнообразными занятиями и обязанностями существовало что-то вроде внутреннего монолога или, если хотите, стихотворного дневника. В стихах фиксировалось то, что не находило себе места, да и не могло найти, в сценариях и фильмах мучительное желание высказаться о личном, только моем, стремление поделиться чем-то заветным, жажда исповеди и побудили меня к стихотворству. Исповедь, я думаю, то, к чему властно тяготеет каждый вид искусства. В этом смысле поэзия наиболее интимна. В искренности, правдивости чувств, обнажении тайников души, умение заглянуть в человеческие глубины, наверное, суть поэзии.
Осеннее утро проткнуло ветвей наготой
Печальное небо, унылое серостью красок,
И листья засыпали стол на открытой террасе,
Дарившей вчера еще теплый уют и покой
Фонарь над столом помнит медленный вальс мотыльков,
Куда-то пропавших за серую дымку тумана,
Заливистый смех, перезвон веселящий стаканов,
Надрывность гитары и вторящих ей голосов
Страницы романа и ночи июльской тепло,
Мерцание свечи, аромат засыпающих лилий
Молчанье двоих, что друг друга когда-то любили,
Но стали чужими. Чье время уже истекло
Бессильно вернуться, распавшись на тысячи слов
По капле сквозь пальцы печально и как-то нелепо
Как жизнь забирая из листьев, короткое лето
Уходит, опавших надежд оставляя покров.
Слышишь?
Кто-то из нас двоих не стерпел обиды
Слова раскрошив во рту, как печенье «Конти»
И это так больно, больно так больно видеть
Как ты дрожащей рукой раскрываешь зонтик
И лица — совсем чужие — все мимо, мимо
А дождь — холостой и тихий — по краю крыши
Мы снова зачем-то клин вышибаем клином
И это так глупо, глупо так глупо, слышишь?
Мир утонул в молчании, и ветер в окна
Злобно, наотмашь, швыряет слова обиды
Гордость упрямо идет босиком по стеклам
И это так больно, больно тебя не видеть
Резко, пощечиной, хлопнули наши двери
Разве не каждый, кто встал между нами, лишний?
И хрупкое наше счастье сейчас не верить
Да, это глупо, глупо так глупо, слышишь?
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Двое» — 690 шт.
