Цитаты в теме «эмоция», стр. 21 ▷ Socratify.Net

Главное – подобрать всему правильное название, чтобы дать человеку возможность включить механизм самооправдания.
Слово может стоить чудовищно много! Грубость можно назвать выражением естественных эмоций. Извращения – правом человека на разность. Обжорство – углеводной терапией. Вытирать о друга ноги – это забота о чистоте ботинок. Жадность – разумная бережливость. Эгоизм – соблюдение собственных интересов. Подлость – рациональное реагирование на изменение ситуации.

— Подавление своих эмоций и сокрытие их ради любимого человека, это правильно?
— Правильно, как же! Вести себя словно посторонний человек, это разве влюбленность? Если завтра наступит конец света, ты наверняка умрешь первой от сожаления.

В жизни не все так просто дается. Всегда есть что-то, что нам мешает. Эмоции! Наша упрямость, наша ревнивость, наши комплексы, наши догадки, — они помогают нам провалиться.

Академики горды тем, что в поисках истины наша логика, наши эмоции остаются в стороне < > Поэтому, чтобы не лгать о моей беспристрастности, я прошу тебя, читатель, принять во внимание то, что истина — это чисто человеческая интерпретация фактов. И всё зависит от тебя: как ты поймёшь правду, и примешь ли ты её как факт.

— Стандартные эмоции: боль, сожаление, любовь
— Во мне этого ничего нет!

Мы все одержимы желанием забыть воспоминания, сожаления. Нам нужен объект, чтобы эмоции выразили нашу одержимость.

Либрианцы, в сердцах людей гнездится болезнь. Её симптом — ненависть. Её симптом — злоба. Её симптом — ярость. Её симптом — война. Эта болезнь зовется «человеческие эмоции».

У людей хорошо получается выражать одни эмоции, но вести себя совсем по-другому.

— Машинам неведомы эмоции.
— Любовь — не эмоция. Любовь для нас — это связь двух субъектов Кажется, вы тоже влюблены. На что вы пойдете, чтобы не разрушить связь с тем, кого любите?
— На все.
— В таком случае вы тут оказались по той же причине, что привела и меня.

В данный момент я не могу ясно изъясняться, поэтому я перечислю свои эмоции в приоритетном порядке: боль, замешательство, предательство, дискомфорт, страсть, помешательство Последнее это не эмоция, но я подумал, что тебе стоит об этом знать!

Самые тёмные воспоминания находят отражение в самых невинных эмоциях.

Для нас эмоции — показатель умственного растройства.

А потом, когда уже пора прощаться, вдруг прошибают эмоции. Мы сдерживаем слезы, но они все равно льются, только внутри, под нашими лицами. Ее детский смех — больше я его не услышу. Тот, другой, будет слушать его вместо меня, если ей с ним весело. Анна стала чужой. Мы расстаемся, чтобы идти разными путями, каждый в свою сторону. Анна садится в такси, я тихонько захлопываю дверцу, она улыбается мне из-за стекла, и машина трогается. В хорошем кино я побежал бы за ее такси под дождем, и мы упали бы в объятия друг другу у ближайшего светофора. Или она вдруг передумала бы и умоляла бы шофера остановиться, как Одри Хэпберн — Холли Голайтли в финале «Завтрака у Тиффани». Но мы не в кино. Мы в жизни, где такси едут своей дорогой.

Отпусти!Отпусти! Попытаюсь собрать по крупицам
То, что я оставляла под грузом сомнений.
Скоро снег будет тихо над нами кружиться,
Заметая наш парк и наш город осенний

Отпусти! Не дави мне на душу стихами,
Переменой эмоций от минуса к плюсу
Я им больше не верю Потоки терзаний —
Не любовь, — лицедейская тяга к искусству.

Отпусти! Обещаю тебе за свободу
Что не буду, не только писать, даже сниться
(Только жаль, торговаться не учена сроду),
Потому и в руках у тебя, как синица.

Отпусти! Не хочу! Не могу! Не умею!
Улыбаться жестоким и пошленьким шуткам.
Скоро снег Я на несколько лет постарею
В день, когда уходить буду по первопутку.

Мы счастливые люди. У нас есть крыша над головой, на кухне еда, уютный свет монитора и доступ к интернету. Да, у каждого своя собственная боль, которую мы любим возвеличивать, доводя до ранга трагедии, но мы — счастливые люди. И мы пишем стихи. Стишки-мотыльки, неуклюжие создания с толстым брюшком опостылевших идей и недоразвитыми крыльями нового вдохновения, огромным числом облепившие стены храма сытой лиры. Мы не сражаемся за каждый глоток воздуха, жизни, земли и неба, пересохшей от боли глоткой сглатывая ком крика, нет, мы пьем чай, курим возле окна и рассуждаем о смысле бытия, цинично взвешиваем природу любви, лениво ковыряем теряющими чуткость пальцами аспекты своих слабеньких эмоций-мух, по привычке считая их слонами. Потому что своя рубашка всегда ближе к телу.

Ты умеешь красиво писать письма. Ты изящно сплетаешь слова и перебираешь тонкими пальцами клавиши человеческих чувств. Но со временем палитра эмоций скудеет и все более сложные, замысловатые, диковинно очаровательные созвучия тщетно прячут под собой выступающую пустоту. И никакая оригинальность, никакая красота не спасет от неумолимо раздевающейся души, в которой исписанными страницами желтеют привычные, до дыр зачитанные осколки твоей жизни, прожитой вскользь, стекающей мутными разводами слов в грязную, матовую, бездонную лужу забвения. Но иногда, очень очень редко, игра в слова перерастает во что-то большее, в игру смыслов, игру над жизнью.

Свет души А что такое свет души? Привычное некоторым религиям изображение ореола вокруг человека, дабы указать на его святость? Условное обозначение умения заражать других тем спектром эмоций, которые признаны положительными? Доброжелательность и человеколюбие в оценке окружающих? Добро. Но понятия добра относительны. Когда людей стреляют у стенки, кто-то видит убийство, а кто-то победу в тяжёлой войне. Значит свет души — в глазах смотрящего в душу. Условность, приманка для светлячков, похожих на тебя самого, отраженный луною духа свет далёкого солнца.

Очень сложно порою с Ней рядом,
Но Она меня так зацепила,
На эмоциях вся жалит ядом,
А ведь в этом и тайная сила

И во сне Она часто приходит,
И ласкает меня до дрожи,
И вопросом своим изводит:—
Ну и кто тебе всех дороже?

Говорю Ей: — Не быть нам вместе,
Твой характер меня убивает,
Ну, а сам тайно жду известий,
Что на стену в сети бросает

Может ну её, мою гордость,
Может сам я создал «взрыв истерик»?
Я любви ради, свергну горы,
Я любви буду вечный пленник

Без Нее жизнь моя будет серой,
Наше счастье я не разрушу,
Я Её полюблю всем сердцем,
Попытаюсь понять её душу.

Каменный город сверкает нам стеклами,
Над городом дождь в нас стреляет из бластера,
Ты мокрая, злая и с туши подтеками,
Ко мне забежала в смущении красная

А дождь барабанит по крышам Nirvan'ою,
Стекая водою на землю потертую,
Нас город встречает прохладными ваннами,
И горькими нотами «Львовского портера »

Вот чай, мармелад и печенье чуть прелое,
Для той с кем три дня уже где-то не виделся,
Которая плакала, ждала и верила,
Затем замолчала и очень обиделась

Я должен сказать тебе кое-что важное,
Такое хорошее, милое, нежное,
Сменить злые драмы, прикольными шаржами,
Плохое минутное, на доброе вечное

Давай посидим, помолчим, поиграемся,
По сути проблем то и нет, все эмоции,
И даже невзгоды что с нами случаются,
Порою полезны, но малыми дозами

Возьми меня за руку тонкими пальцами,
И дождь прекратится и все устаканится,
И выскочат чувства наружу из панцирей,
И все нехорошее в прошлом останется.

— Итак, класс, кто может дать мне еще один пример позитивного или негативного стимулирования?
—
— Отлично, класс. Игнорируйте меня точно как он это делал! Кевин?
— Ну, а
— Заткнись, Кевин! Дарья?
— Хм чтобы ребенок прекратил плакать, мать может сказать: «Ну все! Я отправляю тебя в Эль Пасо к твоему настоящему отцу». Каждый раз, когда ребенок начнет выводить ее из себя, мать может помахать перед его лицом билетом на самолет или даже повесить на стену рядом с картинкой с клоуном. Этот билет отобьет у ребенка желание плакать, как и вообще проявлять любые эмоции навсегда.
— Хорошо, это
— Годами позже, один только вид самолета или просто звук мотора над головой может открыть ящик Пандоры и выпустить подавляющийся годами гнев, разрушая неустойчивую детскую психику и приводя к психическим расстройствам или даже смерти
— Мне нравится ход твоих мыслей.