Цитаты

Цитаты в теме «гитара», стр. 5

Позволь мне сказать две вещи. Первая касается интеллектуалов, гнилых
интеллигентов, умников, яйцеголовых Самое простое — издеваться над ними Да уж, это чертовски легко и просто. Чаще всего кулаки у них ни к черту не годятся, да и не любят они этого — драться Драка возбуждает их не больше грохота сапог по брусчатке, звяканья медалей и больших черных машин, так что Достаточно отнять у них книгу, гитару, карандаш или фотоаппарат, и вот они уже ни на что не годны, эти придурки Кстати, диктаторы чаще всего именно так и поступают: разбивают очки, жгут книги и запрещают концерты — это им ничего не стоит, больше того — помогает избежать проблем в будущем Но знаешь что Если быть «интеллектуалом» — значит любить учиться, проявлять любознательность и внимание, восхищаться миром, трепетать от волнения, пытаясь понять, как все устроено, и, ложась вечером спать, чувствовать себя чуть меньшим придурком, чем накануне, то — да! — я интеллектуалка и горжусь этим Даже жутко горжусь.
Хрупко зыбки миражи
Хрупко зыбки миражи
Нестабильна мира жизнь
Но опять восходит солнце

Сквозь цветные витражи
Не окончена борьба
Не изведана судьба
Но пока свободно место

У расстрельного столба
Не дописаны стихи
Не замолены грехи
Но пока не гонят стадо

К живодеру пастухи
Не распаханы поля
Не засеяна земля
Но наивно рада жизни

На Земле любая тля
Заплатили палачу
Будет больно — закричу
Но сквозняк в моей темнице

Не задул еще свечу
Жизнь на смерть обречена
По Земле ползет война
Но на старенькой гитаре

Крепко держится струна
Я твой враг и ты мой враг
Реет гордо черный флаг
Только греет почему-то

Нарисованный очаг
Никого жалеть нельзя
Все из грязи — да в князья
Но плечом к плечу как прежде

По судьбе идут друзья
Плачем горю не помочь
Прогони печали прочь
И скажи судьбе спасибо

За разлуку и за ночь
За не сыгранную роль
За испытанную боль
И за то, что ты по жизни
Не такой уж полный ноль.
Лунный полтинник свалился из тучи
В цепкие руки неспящих деревьев.
Бродит ночами со мной мой попутчик —
От несчастливых любовей похмелье.

Мелочью звёздной забрали мы сдачу
С глупых покупок на старом вокзале,
И раскидали, в карманы не пряча,
В чёрные дыры — ночей зазеркалье.

Мы с ним не копим, а тратим беспечно
Деньги, надежды, друзей и недели.
Мой нелюбимый, не первый не встречный,
Мы под луной в синеву загорели

В горе и в радости я тебе ровня,
Как и не снилось супружеским парам.
Равно пристрастные к булочкам сдобным
Мы обожаем собак и гитары.

Пошлый ковёр, абажуры и чашки —
Пыльные тюрьмы с пожизненным сроком.
Не одержимость уютом домашним
В списках похвальных моих не пороков.

Быть нелюбимою многого стоит
Мне наплевать на готовку и глажку.
Но не дают по ночам мне покоя
Пошлый ковёр, абажуры и чашки.
Моя жизнь — то иероглиф. То руны,
То отлив, то прилив, то прибой,
Я порвал на гитаре струны,
В грязь лицом, и опять в запой.

Никогда не стремился к цели,
Цель, не ставя на пьедестал;
Я играл поутру на свирели,
Я играть до сих пор не устал.

Но идя по лесным болотам,
Изодрав свою душу в кровь,
Никогда не винил кого-то,
А искал на земле любовь.

Оказалось гораздо проще:
Не искать, кто горит, а гореть;
Как я мог заблудиться в роще —
Мне же выпало счастье петь.

Мне же дали возможность видеть
То, что спрятано за стеной;
Как же мог я тебя ненавидеть,
Что случилось, о боже, со мной.

Пусть вороны закроют пасти —
Не сожрать им моих голубей;
Усмиряя земные страсти,
Стану я во сто крат сильней.

Позабыт ветхий домик мною,
Где вскормила меня земля,
Я - Вадим от небес Луною,
Мне был компасом крик журавля.

Я не верю, чудес не бывает,
Не случайна и манна с небес,
Чем всё кончится! Кто его знает!
В новой схватке мой ангел и бес.
Вчера прилетали ваши, их было трое.
Сказали что ты в порядке, но много куришь.
Пытались меня утешить и успокоить,
Сказали что ты никого до сих пор не любишь.

Они говорили, курили и пили виски,
Я терла ладонями щеки себе не веря.
Когда показалось что ты стал ко мне так близко,
Они попросили закрыть все окна и двери.

Вчера прилетали ваши, кричали пели.
Просила забрать с собой — но они не в силах.
Скажи ты им — мне хреново в пустой постели,
Ну выдай им как мне плохо, ты слышишь. милый?

Я вроде бы поутихла, и первый, в светлом, гитарой за бряцал,
Высоцкого начал петь мне.
Второй говорил что мол люди не шлют приветов,
И в общем-то им так скучно, на этом свете.

А форточка билась под ветром, скрипели двери,
За ними закрытые вечером накануне.
Последний из ангелов так умолял поверить
Он тряс меня и кричал- «Эй, очнись, он умер!»
Стрелки спотыкаясь бегут,
Тёмное время, поздняя осень.
Идешь по дороге домой,
Кто тебя ждет – осень не спросит.

Сядешь в последний трамвай,
Листья ногами пинать в парке.
Залпом последний стакан,
Майка и жизнь - всё наизнанку!

Если похожий на свет полдень
Вдруг отступил и погас, значит
Нет у тебя ни минуты вовсе,
Скоро зима все дороги спрячет.

Дома на гитаре аккорд,
Стены в цветочек, китайские блюдца,
И кто-то ещё за столом
Вторую неделю сидит и смеётся

Скрученным в узел лицом,
Молча плюёт на бычок сигареты.
Стрелки, спотыкаясь, бегут.
Босоногое детское счастье, где ты?

Если похожий на свет полдень
Вдруг отступил и погас, значит
Нет у тебя ни минуты вовсе,
Скоро зима все дороги спрячет.

Нужно на всё наплевать!
То, что случилось, понять невозможно!
Как же ты смог потерять
То, что хранить было в общем не сложно.

Снова косые дожди
Стучат в подоконник. Вроде бы малость.
С города и до весны
Собрав чемодан, на юг уехала радость.
Переродиться в следующей – оранжевым цветом. Больше любить собак и ненавидеть лето.
Жить в двух шагах от метро. Из окна читать «Петроградская» По воскресеньям выходить на случайной станции. Быть чуть счастливей, умнее, чуточку ниже. Без труда говорить по-английски. Проводить лето в Париже. Красить в прозрачный губы. Обожать розовые румяна. Легкие платья, туфли. Когда холодно – прятать руки в карманы. Любить Тебя до потери сознания. Называть в телефоне «июльским мальчиком».
Спотыкаться о странности, и оставленную Тобой в прихожей гитару. Писать курсовые по римской богине Диане. Удивляться флэшбэкам. Летом вязать Тебе свитер. Зимой умываться снегом.
Думать, как хорошо все-таки вышло. Я живу в Питере. Счастлива и любима. И люблю так прочно и странно, будто в прошлой жизни это уже проходила. Интересно как у нас в ней все было?
Любопытная Варвара
Приходила на базар
И во все свой нос совала:
В сапоги, в сметану, в сало,

В мед, в горчицу, в скипидар —
 Что купили? Как продали? — 
Где украли самовар? —
 Сколько пару в самоваре? — 

Для чего дыра в гитаре? — 
Что нашли на тротуаре —
Три копейки или пять
Пригрозили на базаре

Нос Варваре оторвать. — 
Как! — Варвара подскочила. — 
Неужели рвут носы?
Я охотно бы купила

Пару штучек для красы?
А почем у вас усы?
Взяли тут и нос Варваре
Оторвали

На базаре. —
 Ах! — Варвара с любопытством
Свой разглядывает нос. — 
А скажите, за границей

На носы хороший спрос? —
 Где достали нос «картошкой»?— 
Нынче носят «калачом»? — 
А у вас царапнут кошкой

Или стукнут кочережкой?
Где Когда Зачем Почем
Побежал народ с базара.
Все кричат: — Уймись, Варвара! —

 Караул! — кричит народ. — 
Любопытная Варвара
И без носа — нос сует!