Цитаты в теме «глаза», стр. 221
Ну вот и всё. Теперь уже не трудно
Уйти, когда глаза на ложь открыты.
Что ж пожила немного в сказке чудной.
Отсюда наши врозь пойдут орбиты.
К тебе, как на приём, поклонниц туча
«Вы ждите, мэм, еще не Ваше время»
Ну сколько можно этой давкой мучить?
Зачем мне нужно ожидания бремя?
И номер исчезает на ладошке,
Бегу я прочь из очереди душной.
Хоть слёзы на щеках не понарошку,
Я знаю, будет лучше Это нужно
Не буду ждать, не буду слепо верить,
Твоим словам, и уверениям лживым.
Я настежь открываю окна, двери, —
На выход всем случайным пассажирам!
Только тебя не хватает чуть-чуть Чёрный,
Как кот, на пушистеньких лапах —
Вечер над городом, тихая грусть
Мне с ним уютно, не хочется плакать,
Только тебя не хватает чуть-чуть
Ну где же ты бродишь, счастье родное,
Мне до утра снова глаз не сомкнуть
Но всё равно хорошо и спокойно,
Только тебя не хватает чуть-чуть
Милый, любимый, смешной и колючий,
Ты в настроение подвижен, как ртуть
Может быть, есть кто-то ближе и лучше,
Только тебя не хватает чуть-чуть
Нет, ожидание мне не наскучит,
Здесь тебя ждут. Приходи, не забудь!
Мне не страшны одинокие ночи
Только тебя не хватает чуть-чуть
Совершенно дурацкое стихотворение,
Только для того,
Чтобы согреться.
Мне в этом мире одной без тебя пусто
Заперты в клетку, прервали полёт чувства.
А на прощанье, что будет потом, слушай
Зеркало брызнет осколками льда в душу.
Знаешь, кипят, не выходят из глаз слёзы,
Плакать нельзя Хоть и сильною быть — поза!
Больше не радует солнцем, теплом лето.
Мысль истязает висок: «Где же ты? Где ты?»
Помнишь, нам было с тобой так светло вместе
Наши остались не спетыми врозь песни.
Что ж ты уходишь, холодный чужой, молча
Будто в агонии, стонет душа, корчась
Чувствую, так же тебе без меня плохо
Полного сделать не даст эта боль вдоха
Ты, уходя, оглянись, я прошу, милый
Дальше? Иди если сможешь найти силы.
Я сегодня прощаюсь с тобой,
Но еще ты не знаешь об этом.
Грустный Ангел, что был за спиной,
Притворился на время поэтом,
И стихи, словно крылья, тебя
Укрывали от бед, непогоды,
Ощущение счастья даря,
И полета желанной свободы.
Ни к чему теперь крыльев размах.
День твой завтрашний будет обычным.
Дом, работа Но пусто в глазах
Хоть на вид все достойно, прилично.
Каруселью закружится жизнь.
Пусть не мучит неясной виною.
Ты уж сам, мой любимый, держись.
Ведь меня больше нет за спиною.
Кто эта женщина с потухшими глазами? -
С тревогой я у зеркала спросила.
В ней что-то общее с осенними дождями,
В ней света нет стара и некрасива.
Я точно помню, здесь была совсем другая,-
Улыбкой теплой на весну похожа
Страницы памяти неспешно пролистаю,
Ищу её, и жизнь свою итожу.
Она по-прежнему во мне, но позабыла,
Что можно быть счастливой и беспечной.
Ей часто находить случалось силы,
Чтоб столкновений избежать на встречной.
Судьба, даруй ей ощущение полета,
Любимых глаз спасительную нежность,
Любимых рук тепло, уют, заботу
И веру в то, что существует верность.
И снова вслед ей смотрят восхищенно,
И вновь звенит земля под каблучками,
Сияет взгляд, весной и солнцем полон,
Стократно отражённый зеркалами!
— Мне надо уехать, любимая, веришь?
Партнеры, контракты, заботы, дела,
Успех и падение разных империй
— Я верю, любимый. ( зачем солгала? )
— Ты письма пиши в ожидании встречи.
(Ах, чёрт! Потерялись от почты ключи).
Но если молчу — от того, что застенчив
— Я верю, любимый. ( как сердце стучит! )
— Ты веришь, я буду скучать очень-очень.
Ведь каждый мой день без тебя — словно год.
И год — словно век (это так между прочим )
— Я верю, любимый. ( но мысли — вразброд )
— Я скоро вернусь, обязательно! Слышишь?
Не думай о грустном, прочь страхи гони.
Подружек своих собери на девишник
— Я верю. ( ты только в глаза не смотри )
Так долго играем мы — «верю — не верю»,
Что каждая ложь — как на сердце бальзам
Вернешься постой перед запертой дверью,
И просто подумай а веришь ли сам?
Ждала тебя весь день вчера, но я был занят.
Звонки чужие номера. Ты — как чужая.
Сегодня первый день зимы и что такого?
Ты помнишь, как однажды мы. Увы, не ново.
Я стала как-то уставать. Поспи немного.
Прошедших дней не замечать. Не сей тревогу.
Оставь свой холод напускной. Сейчас не время.
Не уходи, прошу постой. Мне нет прощенья.
Снежинки тают на губах. Не надо плакать.
Скажи: судьба иль не судьба? Топор и плаха.
А мне все снится наш сентябрь. И мне, родная.
Не расстаются так любя, да так сгорают.
Отдельно, словно две свечи, уже огарки.
Прощальный поцелуй молчи, как губы жарки!
Сложилось все давно у нас увы, с другими.
Со мною взгляд любимых глаз, со мною имя.
У одиночества есть цвет — увядших листьев,
Они деревьям не нужны — летят под ноги.
Зимой для веток, как балласт — обузой лишней,
Когда-то радовали глаз и вот в итоге
У одиночества есть вкус — ментола горечь
От бесконечных сигарет и терпкость чая.
И сердце бьётся не в груди, а где-то в горле,
И новый день мне перемен не предвещает.
У одиночества есть звук — дождя по крыше,
Чужих шагов по тротуару — гулким эхом.
И может быть, я потому тебя не слышу,
Что слишком тихий голос твой на фоне этом?
У одиночества есть смысл — тревожить память,
Разворошить давно забытые сюжеты.
Рождая строки, боль души уйдет стихами,
Чтоб мир стал вновь много голос, наполнен светом.
О ней за глаза говорят «не от мира сего»
Толпа, что привычно живёт по шакальим законам,
Не в силах понять — там, где царствует подлость и зло,
Она не стоит на коленях у этого трона.
А ей бы исчезнуть. Хоть голову спрятать в песок,
Но всюду бетонные плиты и мёртвые лица.
А ей бы кричать «Им не верь!», но охрип, и продрог,
И вылинял голос, и мрак за спиною таится.
А ей бы бежать. Только туфельки вязнут в грязи.
И бег, как во сне, переходит в движенье на месте.
Здесь вечные ценности — пыль, мишура реквизит,
Который — для старых спектаклей о долге и чести.
Она остаётся С немеркнущим светом в душе.
Лишь шепчет одними губами: «Опомнитесь, люди,
Покуда стоите меж злом и добром на меже.
Признавших ошибки, прощают и строго не судят».
Я уезжаю, слышишь? Сегодня уезжаю.
Билет я предъявлю тебе, как приговор судьбы.
Я знаю, твердо знаю, сейчас тебя теряю,
Беспомощны глаза твои, полны немой мольбы.
Скажу тебе чуть слышно: «Останови мгновенье,
Найди слова, те самые, в которых сердца стук,
Разрушь привычной жизни рутинное течение»
Быть может, сможем выбраться мы из сетей разлук.
Московские вокзалы, любви последний отблеск.
И горькие слова твои — осколками в судьбу.
Вот взмах руки прощальный — разлук осенних кодекс,
А поезд вновь торопится из осени в пургу.
Посмотри мне в глаза, видишь бездну на дне?
Отражается мрак в потемневших зрачках
Пустота, только ветер несет по судьбе
От разрушенных замков песок, на губах
Застывает беззвучный отчаянный крик.
И багровая речка течет между скал,
Здесь без жизни земля — каждый стебель поник
Только камни летят за обвалом обвал
А ведь надо всего-то немного тепла,
И однажды расколет гроза небеса.
Под прозрачными струями серая мгла
Растворится. Невиданных птиц голоса
Зазвучат там повсюду, и солнце взойдет.
А в хрустальных ручьях лишь живая вода
Будет течь, охраняя мой мир от невзгод
И останутся в прошлом беда, холода
Ты порадуйся вместе со мною цветам,
Позабудь боль случайно оброненных фраз
Я с тобой разделю новый мир пополам
Что ты видишь, любимый, на дне моих глаз?
Ну что же, Граф, никак Вы не уйдете!
Да не топчитесь жалобно в передней!
И осторожнее на повороте
Вас видели с цыганкою намедни.
Босые ноги, юбка, шаль с дырою.
Вам, cher ami, такое ведь по вкусу?
Как смели Вы её равнять со мною?!
Что? Говорите, поддались искусу?
Враньё и блеф! Вы в этом преуспели.
Что ж, уходите! Только безвозвратно.
Каким же сладким голосом Вы пели
Мне «песни», что она Вам неприятна.
Вы позабылись На вторые роли
Я не гожусь, Всегда была на первой.
Не покажу своей сердечной боли, —
В глазах я Ваших лучше буду стервой.
Пока стихи наивные писала,
Пока тепло Вам, не скупясь, дарила,
Змеиного не замечала жала
Стихов не будет. Кончились чернила.
Прощайте, Граф! Я не скажу «до встречи».
И счастья Вам вослед не пожелаю!
Мне радовать, простите, больше нечем.
Закрылись двери в рай весною в мае.
— Самое страшное, братья, — это время. Время. Мгновения, которое мы переживаем и которым всё-таки никогда не владеем.
Он достал из кармана часы и поднес их к глазам Ленца:
— Вот она, мой бумажный романтик! Адская машина Тикает, неудержимо тикает, стремясь навстречу небытию Ты можешь остановить лавину, горный обвал, но вот эту штуку не остановишь.
— И не собираюсь останавливать, — заявил Ленц. — Хочу мирно состариться. Кроме того, мне нравится разнообразие.
— Для человека это невыносимо, — сказал Грау, не обращая внимания на Готтфрида. — Человек просто не может вынести этого. И вот почему он придумал себе мечту. Древнюю, трогательную, безнадежную мечту о вечности.
Никогда я не забуду это лицо, никогда не забуду, как оно склонилось ко мне, красивое и выразительное, как оно просияло лаской и нежностью, как оно расцвело в этой сверкающей тишине, — никогда не забуду, как ее губы потянулись ко мне, глаза приблизились к моим, как близко они разглядывали меня, вопрошающе и серьезно, и как потом эти большие мерцающие глаза медленно закрылись, словно сдавшись
А туман все клубился вокруг. Из его рваных клочьев торчали бледные могильные кресты. Я снял пальто, и мы укрылись им. Город потонул. Время умерло
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Глаза» — 5 802 шт.
