Цитаты в теме «голова», стр. 180
В тебе ни совести, ни души
Ты столько всего во мне заглушил
Свои молчанием и своей дикой глупостью
Куда делось всё? я запуталась
***********
Внутрь всунуто, комок в горле колом,
Ты во мне синдромом уныния и отчаяния.
Я вся неприкаянная,
Такая странная за тебя прошу.
Господи, только бы он до меня дошел,
Ко мне пришел, мне без него душа пополам,
Голова на раскол,
Без него жизнь валуном катиться,
Катиться куда-то вниз.
И жизнь без него вовсе не жизнь.
Море молчит, дышит берег ветром прибоя.
Без тебя во мне столько горя, просто горы,
Просто годы потеряны,
Знаешь, когда я не знаю — где ты.
Как ты и с кем, без тебя совсем —
Абсолютно — неизбежно накрывает
Меня одеялом ночь и ливни.
Тучи холодны и совсем невидны
За завесой летнего зноя.
Мне без тебя — ни моря, ни музыки.
Мне без тебя вечность застоя.
Немые звуки, ты такой не простой.
В тебе столько моря.
Во мне столько горя.
Стало мне медленно прорастают подснежники.
Заснеженные пробираются из одинаковых снов.
Серо та будней, красота твоих слов.
Как это было давно, что пора бы им кануть в лету.
Кому как не тебе меня радовать, больше и некому.
Над нашей галактикой медленно пролетают кометы.
В тебе ежеминутно взрываются тысячи метеоритов
И осколками к мои ногам, ничего не останется нам.
Отпели капели, отцвели вишни, на подходе осень.
Тот, кто из нас окажется лишним,
Ничего не скажет против, потому что не было нас.
А мне бы еще хоть один этот чертов раз окунуться
В глубину твоих глаз,
Из меня лезет банальность фраз.
В голове — тишина, в событиях — фарс.
И так ежечасно ты был моей радостью, стал — печалью.
Что-то мне подсказывает, что я схожу с ума
И теряю себя каждой ночью в ванильных снах
И днем тоже. у меня с тобой вообще в душе сто лет, как весна
В голове — пробел и безумный блеск в глазах
Что-то мне подсказывает еще, что я теряю рассудок
Могу весь день, например,
Пялиться в одну точку
Или, закрыв глаза, рисовать твой образ,
Не считая часов дней суток
Очень хочется сохранять все секунды
С тобой остановить время взять у него отсрочку
Мне бы читать тебя запоем, рисовать круглосуточно
Пересказывать себе самой
Заново вечера наши встречи разговоры шуточки
Окунуться в тебя целиком с головой без рассудочно
И петь «нам так светло, вечер мой, по воде танцуем»,
Давно заученную в общем
Что-то мне подсказывает, что я неизлечимо
Страдаю тебя, недостачей тебя, нехваткой тебя, манией
Вот угораздило, это просто уму не постижимо
Хотя ты просто моё исключение из всех правил.
От тебя так кружится голова.
От тебя так сложно оторваться.
И ты уезжаешь, а мне метаться
По всем четырем углам.
И ты говоришь — до завтра,
И я говорю — до встречи.
А впереди целый вечер.
Мне бы его пережить.
Я открываю окна,
Забираюсь под одеяло.
Мне думается —
Как светло с тобой стало.
Мне думается — Боже мой,
Как мне тебя не хватало.
Мне думается — за что мне
Такая нежность.
Мне без тебя не жить,
В моем декабре занавешены шторы.
Задвинуты ставни,
На паузе дыхание.
Мы разные, но мы такие равные
В каждом отзвуке нелепых зимних стуж.
И если бы время могло отстановиться,
А пространство могло сузиться
До самых малых величин,
Я бы ни секунды не раздумывая
Оставила нас вдвоем,
Так ты мне нужен.
И этому нет ни какой причины,
Ни объяснения.
Это где-то в области сердца, так и стучит.
Так и рвется наружу,
От твоей нежности голова кружится,
От твоих рук дыхание
Останавливается.
От твоих рук я тихо схожу с ума.
Но дрожью по коже, мурашками по спине,
Порывами злости в душе,
Сменяющимися огромной любовью,
Отголосками забытого в голове,
Не чётким пульсом в виске,
Ритмично выстукивающим
Какую-то старую мелодию,
Не ясными мыслями
И даже бессвязными фразами,
Зачем-то бессмысленно
Раздаренными кому-то улыбками
И в сотый раз рассказанными
Подруге дурацкими рассказами
Предстаёт передо мной
Моё прошлое с Моими ошибками. Но!
С полным отсутствием сожаления
И желания чего-то менять
И даже с появляющейся неловкой улыбкой
И вечным «Я ни о чём не жалею»
И не важно, что многое
Не удалось сделать, доказать
И просто сказать,
Ведь лучшее всегда впереди.
В это надо верить. Я - верю
Знаешь, в чем главная особенность людей как биологического вида?
— В чем?
— Люди постоянно гонятся за видениями, которые возникают у них в голове. Но по какой-то причине они гонятся за ними не внутри головы, где эти видения возникают, а по реальному физическому миру, на который видения накладываются. А потом, когда видения рассеиваются, человек останавливается и говорит — ой, мама, а что это было? Где я и почему я и как теперь? И такое регулярно происходит не только с людьми, но и с целыми цивилизациями. Жить среди иллюзий для человека так же естественно, как для кузнечика — сидеть в траве.
Я беру предложенную сигарету, и Адам даёт мне прикурить. Потом зажигает свою, и мы молча выдыхаем дым в сад. Я чувствую, что Адам смотрит на меня.
В голове так ясно, что я не удивилась бы, если бы мысли сияли надо мной, словно неоновая вывеска над лавкой, где продается рыба с жареной картошкой. Ты мне нравишься. Ты мне нравишься. Щёлк. Щёлк. Щёлк. Рядом со словами загорается красное неоновое сердечко.
Я ложусь на траву, чтобы укрыться от его взгляда. Холод просачивается сквозь брюки, точно вода.
Адам ложится рядом со мной, близко-близко. Так близко, что от этого даже больно. Я мучаюсь.
Ему хотелось самому над собой смеяться, как он раньше смеялся над товарищами, которым случалось терять голову из-за женщины. Асгерд была совсем не похожа на колдунью, но Лейву казалось, что она подменила его душу. Ему вспоминалось, как она плакала над раненым Тормодом, делалось жаль их обоих, и, удивительное дело, на ум приходили мысли, что все остальные пленники, уже увезённые и ещё томившиеся в клетях и сараях, тоже кого-то любили и о ком-то плакали. И себя самого, последнего в роду, Лейву тоже делалось жалко. Почему он должен быть последним? Сын – всегда счастье, как говорил Высокий, даже если не застанет на свете отца. Но где теперь найти девушку, достойную подарить ему жизнь?
Вышеслав едва удержался от того, чтобы не сжать голову руками, заткнуть уши, никого не слушать и навсегда забыть обо всём об этом. А он, дурной, ещё мнил, будто хорошо князем быть — знай себе бейся в поле, раздавай добычу да слушай песни на пирах! Ни одна битва ещё не давалась ему так тяжело, как полмесяца княжения. Княжья шапка оказалась тяжелее каменной жертвенной чаши, которую он однажды видел по пути сюда на священном месте чудинов. Вот как с этой чашей на плечах он и прожил эти полмесяца. И врагу своему он не пожелал бы такого. Ой, хоть бы знать теперь, кто ему враг, а кто друг!
Ингольв здесь, и Снэульв здесь – в числе викингов, разоривших её город, убивших, может быть, Тормода и превративших в рабыню её саму. Снэульв – один из них. У Загляды не укладывалось это в голове, она не могла причислить к врагам человека, который стал её судьбой, которого она вспоминала с такой любовью. Но память же подсказывала то, с чем нельзя было спорить. Снэульву нужен был вожак, с которым он сможет быстро разбогатеть. А кого грабить, им всё равно. Любовь, ставшая самой большой радостью в жизни Загляды, была убита, как ножом в сердце, одним ударом. Снэульв всё равно что умер для неё – уж лучше бы он умер, лучше бы ей плакать над его могилой и продолжать любить его в своём сердце!
— Тебя не волнует, что я монстр? Что я не человек?
— Нет.
Я всерьез задумался, все ли у нее в порядке с головой.
Я раздумывал, что мог бы обеспечить ее наилучшим медицинским уходом Карлайл бы подключил свои связи, чтобы найти для нее самых умелых докторов, самых талантливых терапевтов. Наверняка есть еще возможность исправить в ее голове то, что в ней было не так, что позволяло ей сидеть рядом с вампиром, а ее сердце при этом билось спокойно и ровно. Конечно же, я бы присматривал за обслуживанием и посещал бы ее так часто, как было бы позволено
Я говорю о тех двух типах дураков, которые встречаются в России. — Карков усмехнулся и начал: — Первый — это зимний дурак. Зимний дурак подходит к дверям вашего дома и громко стучится. Вы выходите на стук и видите его впервые в жизни. Зрелище он собой являет внушительное. Это огромный детина в высоких сапогах, меховой шубе и меховой шапке, и весь он засыпан снегом. Он сначала топает ногами, и снег валится с его сапог. Потом он снимает шубу и встряхивает её, и с шубы тоже валится снег. Потом он снимает шапку и хлопает ею о косяк двери. И с шапки тоже валится снег. Потом он ещё топает ногами и входит в комнату. Тут только вам удаётся как следует разглядеть его, и вы видите, что он дурак. Это зимний дурак. А летний дурак ходит по улице, размахивает руками, вертит головой, и всякий за двести шагов сразу видит, что он дурак. Это летний дурак.
Я уже ничего не ждала,
Начала привыкать к одиночеству.
Намекнули, грустя, зеркала:
Представляйся по имени — отчеству!
Мексиканские фильмы любя,
С героинями плакала поровну.
Но когда увидала тебя,
Жизнь рванула в обратную сторону.
Ну и что, что обжигалась,
И не очень молода.
От ожогов не осталось
В моём сердце и следа.
Обжигалась, что ж такого?
Это с каждым может быть:
Я ещё сто раз готова
Обжигаться и любить.
Все забытые вспомнив слова,
Молодой я вдруг стала по-прежнему.
Снова кругом пошла голова,
Переполнившись мыслями грешными.
Как сладка мне ночей кабала,
Как к утру расставаться не хочется.
Намекнули, смеясь, зеркала:
Рановато по имени-отчеству.
Когда чёрный-пречёрный сантехник бежит по чёрному-пречёрному подвалу, он обязательно во что-нибудь врежется. В этом весь смысл.
Например, вчера я с разбегу сломал железную трубу, головой. И сразу в потолок ударил прекрасный, хоть и неуместный в подвале фонтан. Это было как признание торжества моего интеллекта над их водопроводом.
Вечером читал премию Дарвина. Там тоже про героизм и сражение со стихией. Например, один цирковой лиллипут прыгал на батуте, а невдалеке зевал бегемот. И акробат упал прямо в зевок бегемота. И пропал там навсегда. Так, по жестокой иронии, один артист съел другого артиста. Эти бегемоты, оказывается, не умеют выплёвывать цирковой реквизит. Ни мячики, ни обручи, ни акробатов, ничего не отдают. Поэтому, если вдруг фатально не заладилось с батутом, просто ползите вперёд. Вы непременно увидите свет в конце бегемота.
— У меня из головы не выходит плакат, который я видел на станции метро той ночью, когда убил двоих чернокожих ребят, — фотография теленка, он смотрит в камеру, глаза расширенные, он напуган вспышкой, его туловище словно в каком-то ящике, а ниже большими черными буквами написано: “Вопрос: Почему Этот Теленок Не Может Ходить?” И потом “Ответ: Потому Что У Него Всего Две Ноги”. А потом я увидел еще один плакат, то же самое фото, тот же самый теленок, но под ним стояло: “Воздержитесь От Публикаций”. — Я замолкаю, не выпуская из рук хлебную палочку, потом спрашиваю:
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Голова» — 4 189 шт.
