Цитаты в теме «губы», стр. 4
О всевышний, если бы я знала цель этой любви, она отрезала мне пути к отступлению, забрала мое сердце, мою волю и исчезла. О всевышний, это все, что у меня есть. Почему он стал таким безжалостным, почему его сердце превратилось в камень? О всевышний, этот дым, этот плачь, эти воззвания к тебе, сможет ли все это услышать мой любимый? Услышит ли он? Если бы я знала! О всевышний, что это за волнения, что это за пелена перед моими глазами? Все это потому, что ты для меня все. Все есть ты для меня. Когда я молчу, когда говорю, у меня перед глазами твоя любовь, твой образ. Мое время и мой хлеб — это ты. О всевышний, где место телу, созданному из глины, где пристанище души и сердца? О всевышний, земная ночь с черным ликом, не может она сравниться с твоим днем, не может прийти за моей весной осень с каменным сердцем. О губы, что скрывают чувства и правду, пришло время замолчать.
Нет. Мы не умираем. Умирает время. Проклятое время. Оно умирает непрерывно. А мы живем. Мы неизменно живем. Когда ты просыпаешься, на дворе весна, когда засыпаешь — осень, а между ними тысячу раз мелькают зима и лето, и, если мы любим друг друга, мы вечны и бессмертны, как биение сердца, или дождь, или ветер, — и это очень много. Мы выгадываем дни, любимая моя, и теряем годы! Но кому какое дело, кого это тревожит? Мгновение радости — вот жизнь! Лишь оно ближе всего к вечности. Твои глаза мерцают, звездная пыль струится сквозь бесконечность, боги дряхлеют, но твои губы юны. Между нами трепещет загадка — Ты и Я, Зов и Отклик, рожденные вечерними сумерками, восторгами всех, кто любил Это как сон лозы, перебродивший в бурю золотого хмеля Крики исступленной страсти Они доносятся из самых стародавних времен
Ах, мадам! Вам идет быть счастливой,
Удивленной и нежной такой,
Безмятежной, свободной, красивой,
Вам неведомы лень и покой.
Окрыленной прекрасной мечтою,
Позабывшей печали и боль,
Сердцем любящей, словом, душою,
Ну, а слезы ведь это лишь соль.
Пресно жить — тоже вроде не в радость,
И не сахар бывают деньки,
Что же нужно — пустяк, капля, малость,
Чтоб горели в глазах огоньки!
Чтобы губы несмело шептали,
Чтоб стучали сердца в унисон,
Даже можно немного печали,
Только чтоб был в печали резон.
Чтоб дожди обходили сторонкой,
Чтоб играли ветра в волосах,
Чтобы нитью хрустальной и тонкой
Вам на плечи ложилась роса.
Вырастали деревья большими,
Утекало немало вод,
И глаза оставались такими,
И высоким был неба свод.
У каждого человека в душе дыра размером с Бога, и каждый заполняет её как может..."Я, например, заполняю дыру символами. Они могут быть электронными, а могут — чернильными. Электронные улетают в даль интернета, а чернильные уходят в стол, окрашивают сердце долгими пыльными вечерами. Всё, что электронно-неявственно мыслями просачивается в чужие умы, больше меня не трогает и почти не волнует. Самое страшное всегда вытекает черной взвесью на бумагу, превращаясь в чернила едкой стойкости, буквы горько-сильные, мысли черно-белые, чувства неистертые
Я пачкаю пальцы в этих чернилах, оставляю следы на бумаге, лице, губах
Мое лицо хранит отпечатки, которые не смоет даже время.
Вида серого, мятого и неброского,
Проходя вагоны походкой шаткою,
Попрошайка шпарит на память Бродского,
Утирая губы дырявой шапкою.
В нем стихов, наверное, тонны, залежи,
Да, ему студентов учить бы в Принстоне!
Но мажором станешь не при вокзале же,
Не отчалишь в Принстон от этой пристани.
Бог послал за день только хвостик ливерной,
И в глаза тоску вперемешку с немочью...
Свой карман ему на ладони вывернув,
Я нашел всего-то с червонец мелочью.
Он с утра, конечно же, принял лишнего,
И небрит, и профиля не медального...
Возлюби, попробуй, такого ближнего,
И пойми, пожалуй, такого дальнего!
Вот идет он, пьяненький, в драном валенке,
Намешав ерша, словно ртути к олову,
Но, при всем при том, не такой и маленький,
Если целый мир уместился в голову.
Электричка мчится, качая креслица,
Контролеры лают, но не кусаются,
И вослед бродяге старухи крестятся:
Ты гляди, он пола-то не касается!
— Почему ты так редко ко мне приходишь? Моя дверь для тебя навсегда открыта
— Извини, ждет такси. Ты меня проводишь? А на улице чудно Все солнцем залито
— Почему ты так редко
/ Целует в губы /
— Я тебе позвоню, я чертовски устала. А на площади, видел засеяли клумбы? Извини, ждет такси.
— Почему
— Убежала
/ И он ловит ее, как всегда за запястье Прижимает к себе, поцелует в шею/
— Ты мне послана Богом, наверно, на счастье. Но ответь на вопрос
— Там такси.
— Сожалею
/ И она поддается его поцелуям. А дыханье конечно, становится чаще /
— Почему же так редко к тебе прихожу я? Потому что боюсь, что когда-нибудь Дальше? Потому что боюсь, что когда-нибудь / топчется / Мне уйти от тебя никуда не захочется
Грубыми пальцами смело по коже.
Она неприступна, а он осторожен.
Губы по шее доводят до дрожи,
А в голове только тихое «Боже»
Руки блуждают по тонким чулкам,
Сердце стучит, тело рвёт по кускам,
Пульс учащается, бьёт по вискам,
А руки выше и выше к бокам
И с влажных губ вдруг срывается стон.
Воздух не движется — он раскалён.
К чёрту запреты! Тела в унисон.
Этот порог уже пересечен.
Крепко за волосы, смелые ласки,
Руки по телу уже без опаски.
Прочь все сомнения — сброшены маски.
Тело нуждается в бешеной встряске.
Словно бы кто-то вдавил в пол педаль,
Мышцы в напряге — похожи на сталь.
На пол посуда, разбитый хрусталь
Начали. Горизонталь, вертикаль
Ласки, касания, стоны и крики,
Перед глазами лишь яркие блики.
Одновременно рабы и владыки.
Губы оставят на теле улики.
Жажда и похоть, и полная власть.
Близко предел и не страшно пропасть
Тело обмякло, и можно упасть
Нет, не любовь. Просто дикая страсть.
Зевать в присутствии других людей — это дурной тон. Если у человека возникает неожиданное желание зевнуть, ему следует потереть лоб, проводя пальцами от переносицы вверх, и это желание пропадет. Если это не поможет, то можно провести языком по губам, не разжимая рта, или же незаметно зевнуть, прикрывшись рукавом. То же самое относится и к чиханью. Человек, чихающий на людях, выглядит глупо. Кроме этого, есть и другие вещи, в отношении которых следует проявлять осторожность и такт.
Нет. Мы не умираем. Умирает время.
Проклятое время. Оно умирает непрерывно.
А мы живём. Мы неизменно живём.
Когда ты просыпаешься, на дворе весна,
Когда засыпаешь — осень, а между ними
Тысячу раз мелькают зима и лето, и,
Если мы любим друг друга,
Мы вечны и бессмертны,
Как биение сердца, или дождь,
Или ветер, — и это очень много.
Мы выгадываем дни,
Любимая моя, и теряем годы!
Но кому какое дело, кого это тревожит?
Мгновение радости — вот жизнь!
Лишь оно ближе всего к вечности.
Твои глаза мерцают, звёздная пыль
Струится сквозь бесконечность,
Боги дряхлеют, но твои губы юны.
Между ними трепещет загадка —
Ты и Я, Зов и Отклик,
Рождённые вечерними сумерками,
Восторгами всех, кто любил.
Можно я губами
Очень осторожно
Каждый твой кусочек
Буду целовать?
А к тебе подмышку
Спрятаться мне можно?
А под одеялко
В теплую кровать?
Можно очень нежно
Острым ноготочком
У тебя на теле
Буквы рисовать,
Солнышко - ромашкой,
Облачко – цветочком...
Буду прижиматься,
Жарко обнимать?
Можно вниз случайно
Соскользну ладошкой?
Здравствуй, мой желанный,
Здравствуй, мой малыш!
Размурлычусь тихо,
Заурчу как кошка,
Как ты поживаешь
Без меня, крепыш?
Можно я дыханьем
Доведу до крика,
И зажму, любимый,
Губы твои ртом?
Милый мой, хороший!
Тихо! Тихо! Тихо!
Ночь уже... Разбудишь
Снова сонный дом!
Розжиг костров,выгул собак,
Отлов рыбы и отстрел дичи,
Выпас и выгон скота,
А также выполз змей, выпорос свиней,
Выжереб коней и выкобыл лошадей,
Вымет икры, вылуп птиц из яиц,
Выкукол бабочек и выхухол выхухолей,
Выкур курей и выпрыг кенгурей,
Обгад ромашек, обдир ягод,
Выруб леса и вылом веток,
Выслеж зайца, мыслишь верно,
Выпуг тетерева, выдох вдоха,
Вынос тела, вы нас за нос —
Мы вас по уху, выхлоп газов,
Выкидыш мусора, выводок гусей,
Выродок людей, выплав стали,
Выплыв, сели, выпендр фраеров,
Выклянч денег, вымуштр солдат,
Выпор детей, выдрем в гамаках,
Вытрем губ и выпуч глаз,
Вычих насморка, вытреп
И разбрех государственных тайн,
Выкус накоси и накось выкуси,окот,
Отел и атас,а главное,
Загляд и залаз в дупла
С выкуром оттуда пчел
И распробом медас первого апреля
Запрещен и прекращен
В связи с отказом их от высоса нектара
После выщипа цветов
И выдерга травы, а
Также в связи с полным вымером.
Какая ночь! Душа на вынос
Одной ногой почти в раю
Скажи — откуда ж ты свалилась
Как снег на голову мою
Проклятый снег с утра утюжит
Ну что ж мы мнёмся у дверей
Так глупо лезть в чужую душу,
Жаль, что сбежать ещё глупей
Ты смотришь вскользь, а я пьянею
И тридцать «с хвостиком» не в счёт
И кто сказал, что чуть полнее
Красивым бабам не идёт
Сто лет прошло, но ты всё та же,
Цветёшь и пахнешь всем назло
А я живу — как карта ляжет,
Жаль, что сдают одно фуфло
Зато сейчас — в разводах губы
И конопушки на груди
И оба знаем — всё, что будет,
Верней — не будет впереди
Что мы с тобой простыть сумели,
А долечиться не смогли
Но так легко на самом деле
От не накинутой петли.
Я убил тебя, любимая,
Зарезал без ножа.
Ты лежишь во мне, убитая -
До чего же хороша!
Я убил тебя, любимая,
А ты рядышком живешь -
Золотая, невредимая,
Кофе по-турецки пьешь.
Не оглядывайся, военные,
Не лови за рукава,
Она вправду - убиенная,
Притворилась, что жива.
Ходит в платьице лиловом,
Даже губы не дрожат...
Не ножом убил, а словом,
Слово посильней ножа.
Я убил тебя, любимая,
Чтобы больше не любить,
Я люблю тебя, убитая,
Чем еще тебя убить?
Запеклась на моей совести
Золотая кровь твоя.
Жаль, что в уголовном кодексе
Пропущена статья: За убийство любви - расстрел!
Я сегодня такая странная...Я сегодня такая странная,
Даже счастлива в одиночестве
Кофта мятая, носки рваные
И никто не зовёт по отчеству.
Я сегодня такая домашняя —
Волосы заплела косичкою,
Лицо заспано, не накрашено
Наблюдаю в окно за птичками.
Планы на день — совсем не сложные:
Тёплый плед, пара дисков с фильмами,
Растворимый какао с мороженным,
В ванной час с пузырями мыльными
А вчера я была успешною —
Платье строгое, губы алые.
Принимала решенья поспешные,
Только внешне ничуть не усталая
Ну, а завтра решусь побыть глупою
И оденусь как-то немыслимо,
Озорной всех улыбкой запутаю,
Собью с толка безумными мыслями
Ты люби меня только по-прежнему,
Ты люби меня — ту, настоящую,
Что не спрячешь под яркой одеждою —
В груди сердце тихонько стучащее
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Губы» — 1 279 шт.
