Цитаты в теме «губы», стр. 6 ▷ Socratify.Net

Спускаюсь в лифте. На губах
Вкус утреннего поцелуя.
Соседей сонных напугав,
Кричу: О, как тебя люблю я!

Я уезжаю, но глаза
Закрыв, все время возвращаюсь
Туда, в прихожую, назад,
Где я целуюсь и прощаюсь.

Знакомых губ, знакомый вкус
Тепла и дома запах мятный.
Я вечером сюда вернусь,
Здесь все знакомо и приятно.

Что мир предложит мне взамен тебя?
Не стоит и стараться.
Я ухожу, но вот зачем?
Так нелогично расставаться!

Мою помаду вы не тронули губами,
Она осталась, как картина, на века.
Вы не коснулись ни руками, ни словами,
Ни даже краешком чьего-либо стиха.

Вы дверь открыли, что-то бросили уныло
И целый вечер пальцем дергали струну.
Что заходила я к Вам, что не заходила,
Все те же мысли в «настроении на луну».

Я изучила завитушки на обоях,
Которыми оклеена стена.
В квартире [кроме стульев] было двое,
Но почему-то мне казалось — я одна.

Я не верю в богатый внутренний мир запущенного человека, точно так же, как не верю, что существо с накладными прядями и раздутыми, как лепёшки, губами имеет развитый интеллект.

В холодильнике мышь повесилась,
И гроза по прогнозам близится.
Наливаем с тобой Jack Daniel’s —
Вопреки мировому кризису.

Сорок градусов нам не лишние.
Ночь над городом брови хмурит.
Твои губы пропахли вишнею —
Пусть соседи в сторонке курят.

Мы с тобою похмелья полные —
Вот и встретились наши души.
Расстегни мне на платье молнию —
Без него мне гораздо лучше.

Все ненужное на пол падало
Я хочу тебя близко-близко
Ты во мне пробуждаешь ангела.
Видно, ангелы любят виски.

Нежные!
Вы любовь на скрипки ложите.
Любовь на литавры ложит грубый.
А себя, как я, вывернуть не можете,
чтобы были одни сплошные губы!

Мы так много всего говорим, но когда нужен прямой взгляд и всего несколько важных слов, — мы поджимаем губы, сглатываем слова и умолкаем. А потом снова говорим всякую околоорбитную ерунду. И после, «про себя», толкаем блестящий монолог в своей голове со всеми нужными словами, взглядами, как в кино, и отвечаем себе нужными фразами и нужными реакциями Безупречный театр одного одинокого актера.

Хочу руками по плечам,
И пальцы в волосы.
Хочу в объятья по ночам,
И страсти в голосе.

Хочу твой запах на губах
Вдыхать и плавиться.
Хочу сгорать в твоих руках,
И до беспамятства.

Тонуть в желании твоем
До исступления.
И растворятся в нем вдвоем
До откровения

Прощай же грусть!
И здравствуй грусть.
Ты вписана в квадраты потолка.
Ты вписана в глаза, которые люблю.
Ты еще совсем не беда,
Ведь даже на этих бледных губах
Тебя выдает улыбка.
Так здравствуй грусть!
Любовь любимых тел.
Могущество любви,
Чья нежность возникает,
Как бестелесное чудовище
С отринутою головой
Прекрасноликой грусти.

Самая важная задача, которую должен решить человек, самая сложная и определяющая многое работа, которую каждый должен проделать в своей жизни - это работа над собственными ошибками. От результата этой работы зависит то, с каким лицом человек у последней черты встретит смерть: или с улыбкой на губах, или с переполненными страхом глазами.

Полежи еще в постели,
Раз сегодня выходной.
Дни недели пролетели,
Исчезая за спиной.

Может, мы и не успели
Что-нибудь из срочных дел,
Раз закончилась неделя,
Отдыхаем целый день!

Мы от мира убежали,
Чтоб уютно полежать.
В соблазнительной пижаме
Ты как девочка свежа.

Поцелую губы, шею,
Не сдержусь, поглажу грудь
Я, наверно, не сумею
Просто рядом отдохнуть.

Да и ты не сможешь тоже,
Игнорировать интим.
Мы с тобою так похожи,
Мы друг друга так хотим!

Как приятно, в самом деле,
В выходной про все забыть
И лежать с тобой в постели,
И любить тебя, любить.

Рядом со мной на скамейке кто-то забыл журнал, и я начал читать. Но от этой проклятой статьи мне стало во сто раз хуже. Там было про всякие гормоны. Описывалось, какой у вас должен быть вид, какие глаза, лицо, если у вас все гормоны в порядке, а у меня вид был как раз наоборот: у меня был точно такой вид, как у того типа, которого описывали в статье, у него все гормоны нарушены. Я стал ужасно беспокоиться, что с моими гормонами. А потом стал читать вторую статью — как заранее обнаружить, есть ли у тебя рак или нет. Там говорилось, что если во рту есть ранки, которые долго не заживают, значит ты, по всей вероятности, болен раком. А у меня на губе внутри была ранка уже недели две!!! Я и подумал — видно у меня начинается рак. Да, веселенький журнальчик, ничего не скажешь.

Запомни меня надолго,
Как лучшую из набора,
Как лучшую из брюнеток,
Как лучшую из ненужных
Запомни меня и только
Я вместе сложу приборы,
К губам приложу салфетку,
И кончится этот ужин.
Запомни меня по стонам,
По вспоротым бритвой нервам,
По странным мечтам о клетке,
По чистому цвету кармы.
Из тысячи лже-историй Мою напечатай первой,
Читай ее очень редко
И плачь, вне предела камер.
Запомни меня дикаркой,
Запомни меня своею,
(Я в чем-то твоей останусь )
Читай мою переписку
Запомни меня подарком
Кому-то на День рожденья
Мне кажется, я теряюсь,
И больше не буду
Близко

Это только мужчины возвращаются.
Женщины уходят навсегда.
Это только мужчины пытаются
Вернуться через дни или года.

Женщины обычно не прощаются,
Чтобы горьких слез не показать.
Потом с подругами своими напиваются,
Считают — вместе легче забывать.

И в мыслях женщин — стать еще прекраснее.
Найти другого, лучшего во всем.
Всем видом показать, что очень счастливы.
И как с другим спокойно, хорошо.

Но почему мужчины возвращаются,
Тогда, когда никто уже не ждет?!
Ведь женщины во все грехи бросаются,
Когда решают, что закончилась любовь.

Выходят замуж за того, кого не любят.
Рожают им детей, греют постель.
Их поцелуями чужие губы будят
И называют девочкой своей.

И в час, когда мужчины возвращаются,
Они готовы заново начать
Но мысли эти рушатся, ломаются,
Когда приходит время выбирать.

И лучше б никогда не возвращались вы.
Не причиняли заново ту боль.
Когда-то этих женщин вы оставили.
Разрушив преданную их любовь.

Мы ищем вопросы, мы знаем ответы.
Антракт.
В три затяжки скурить сигарету.
Костер из надежд, детских сказок и веры.
Еще горит пламя — уже звенят нервы.
День прожит, он умер, его больше нету,
А время мы меряем на сигареты
Реальность — текила с лимоном и солью,
А мы те актеры, что вышли из роли.
Суфлера не слыша, смеемся над миром,
Танцуем на крыше забытого тира.
Актеры свободы. Заложники ветра.
Мы ищем вопросы. Мы знаем ответы.
Антракт.
В три затяжки скурить сигарету.
Улыбки на лица! Мы здесь до рассвета.
Гаданье на кофе. Надежда на чудо.
Ладони в крови. В тихом шепоте губы.
И мир на осколки за сказку кому-то

Ты уткнёшься в плечо и заснёшь,
Пробормочешь про шум за стеной,
И кольнёт чуть заметная дрожь,
Оттого, что ты рядом со мной.

Оттого, что у нас всё всерьёз,
Что шальной от тепла твоих губ,
Что ромашками мокрых волос
Надышаться никак не могу.

Для двоих — вдвое мягче кровать,
Кто-то мудрый заметил не зря,
Нам с тобою давно наплевать —
Что другие про нас говорят.

Нам хватает покоя в душе,
Мы до дури не ждём новизны,
Не скопили огромных шишей,
Но зато никому не должны.

Чтоб забыть заморочки свои —
Нам хватает всего полчаса,
Мы умеем кричать о любви —
Просто глядя друг другу в глаза.

В этом крохотном мире своём,
Где отвыкли от шумных гостей,
Мы мечтаем проснуться вдвоём
Чуть сильней, чем забраться в постель.

Я не могу жить без тебя, всё пусто,
Как-будто умер мир внутри меня.
Исчезла с губ улыбка, стало грустно,
Я понимаю, миг вернуть нельзя.

Так много слов несказанных осталось,
И планам не дано существовать.
Злодейка-смерть нечаянно подкралась,
Решив тебя на зло любви отнять.

Разрезана судьба на «до» и «после»,
А между ними только пустота.
12 месяцев в году одна лишь осень,
Наш день любви и черная черта.

Я не могу жить без тебя, я плачу,
Пытаюсь научится заново любить.
Не знаю, может время даром трачу,
Но понимаю, надо дальше жить.

Этот город называется Москва.
Эта улочка, как ниточка, узка.
Эта комната - бочонок о два дна.
И сюда приходит женщина одна.

Меж ключиц её цепочка дивных бус,
Он губами знает каждую на вкус,
Он срывает их, как капельки с листа,
А она стоит, как девочка, чиста.

Это чёрт её придумал или Бог?
Это бредил ею Пушкин или Блок?
И кому была завещана в века
Эта смуглая, точеная рука?

Эти чёрные, печальные зрачки
Открывали все засовы, все замки.
Ей подвластны все дворцы и все дома -
Это входит в дом к нам Истина сама.

Изгоняли её с тронов короли.
Увозили в кругосветку корабли.
Оставались караулить берега
Ложь-разлучница, распутница-деньга!

А она ломала руки о ключи
И срывала цепи бусинок с ключиц,
И лежали они, весом в шар земной,
На прямых ладонях Истины самой.

— Я пережил этот день не один раз. Я знаю всё, что может случиться.
— Да ладно, всё ты знать не можешь!
— Могу.
*хором*
— Ну да, конечно! Ишь, угадал. Нет, не угадывал. Отлично, ты читаешь мысли. Хватит, Сэм. Сэм!
*хором, очень быстро*
— По-твоему, это забавно? Ведёшь себя словно дитё малое. Сэм Винчестер красит губы. Сэм Винчестер плачет во время секса. Сэм Винчестер прячет линейку под кроватью Слушай, довольно!

Любовь – это упоительная катастрофа: знаешь, что несешься прямо на стену, и все же жмешь на газ; летишь навстречу своей гибели с улыбкой на губах; с любопытством ждешь минуты, когда рванет. Любовь – единственное запрограммированное разочарование, единственное предсказуемое несчастье, которого хочется еще.

— Я бы хотел бы поцеловать ее в губы.
— Этого мало, старина. Надо поцеловать ее в губы, пожать ей руку, послушать ухо, понюхать нос, укусить в зубы, наступить на ногу, насрать на задницу, посмотреть в глаза и полизать язык.
— Ты забыл самое важное — «поцарапать ей ногти».