Цитаты в теме «идея», стр. 43
Человек, у которого, говоря простым языком, черно на душе, никогда не будет чувствовать себя физически здоровым. Если он болен, то он никогда не поправится. Если он здоров, то будет болеть чем-нибудь хроническим Проконсультируйтесь у хорошего психиатра, он вам расскажет, что в клинических непонятных случаях нужно сразу же исследовать психику больного. Человек болеет, болеет, непонятно чем болеет, никто не может диагноз поставить, или ставят диагноз, назначают лечение, а оно не помогает, и врачи ничего не понимают, руками разводят. А потом оказывается, что у этого человека жуткий комплекс вины, им овладела идея самообвинения или собственной греховности и порочности, и ему просто жить не хочется. И его подсознание разрушает организм, не дает ему выздороветь.
Задайте себе один вопрос: «Зачем я живу?».
Только так, реально задайте.
Считаю, если никому не было хорошо от того,
что я сегодня день прожил, — он прошел зря.
Человека без очереди пропустить,
дома две тарелки помыть — уже шаг вперед, понимаете?
Нужно уходить в добро, в позитив. А тьма — ее нет!
Она есть только тогда, когда нет идеи, нет спички.
Включайте спички, люди, на компьютерах своих и даже айподах.
Не важно, что ты делаешь — двор метешь или ракеты делаешь.
Мы все к одному придем, все там будем.
С парнем сегодня в ссоре?
Позвони ему, скажи: «Леш, а Леш, все, забыли».
Отношения между людьми — вот что самое главное.
Каждый из нас — образ Божий, каждый — икона.
Представляешь? Ты — икона, я — икона. Супер.
Все удивительные, все разные, только посмотри!
Мне нравится, когда люди радуются, когда вижу любовь.
В цирке, знаете, кто самый первый человек?
Клоун. Я и стараюсь быть таким клоуном, но и говорить что-то мудрое.
Меня спросили как-то: что есть совесть?
Когда она является и как?
Я мог бы написать об этом повесть,
Но вкратце размышлять я буду так:
У каждого народа есть культура.
И социум, влияя на людей,
Свою о сём понятии структуру
Законов воплощает и идей.
Адам и Ева, помню, устыдились,
Свою, познав у древа, наготу,
Когда глаза плотские вдруг открылись,
В духовную попали слепоту.
И совесть не всегда прорваться может
Сквозь эгоизм и логику ума,
От этого к нам Небо стало строже,
И совесть скрыла внутренняя тьма.
Я думаю, что совесть есть прозрение
И виденье духовной наготы,
Рожденье свыше — это пробуждение
Того, что совестью зовёшь порою ты.
Мне так Богом дано от рожденья
Принимать всё, что в жизни случается,
Гнать неверие в себя и сомненья,
Если что-то не так получается.
Даже если не всё так, как хочется
Понимаю, хоть искренне сетую.
В шумном таборе власть одиночества
Испытать ни кому не советую
Закаляя себя бездорожьем,
Пробегая тропою проложенной,
Думал я, кто мы в промысле божьем?
В чём же смысл в нас идеи заложенной?
Изучая предметы, явления,
Я давал им своё описание,
Но терпели они изменения
На реакцию от состояния.
Я увидел, что мир легко лепится,
Верой искренней в статуи стройные;
Говорили мне: слюбится — стерпится,
Что ж мы божьей любви недостойные!
Я не знаю, что завтра случится,
Что за чашу придется испить,
Понял лишь, что нам нужно учиться,
В этой жизни друг друга любить.
Мы как дети умом, но, играя в жестокие игры,
Изощряемся духом коварства и знанием змеиных идей,
И по каменным джунглям гуляют с улыбкою тигры,
Убивая в себе не родившихся свыше детей.
Мы обмануты тьмой, и пророки немеют от хрипа,
Докричаться ли им, если верим мы только в порок.
О, как поздно цветёт наша мудрость — июньская липа,
А когда плод созрел — обрывают в назначенный срок.
То, что в здравом уме наплодили, вкушать ли нам это!
Но с похмелья болеть будем там, за далёкой чертой.
Как слепые коты, мы любви не увидели света
И не крикнуть вослед уходящему лету: Постой!
Два дня по комнате. Из Угла снова в угол.
Курить. Тьфу, снова мимо потушила
Твои страницы безупречно ищет Гугл.
Я никогда так не хотела. Отпустила
Прости. Назад. Давай. Сейчас. Прости.
Мой телефон от не отправленных — взрывается.
Я, может, глупо ошибалась — по пути.
Но мне одной никак не засыпается
В компьютер. От компьютера. К окну.
Я может разозлилась. Ослабела.
Я может правда так — возьму и сигану,
Чтоб так красиво было сверху мое тело.
Да ладно, детство. Сопли, суицид.
Гоню, конечно. Но в идее что-то есть
Все в норме. Просто где-то там болит
И даже рвется. Мне так страшно, жесть.
Устало кухонно по стенке в тишине.
Я дура. Нет, малыш, реально глупая.
Все дело в том, что мне мешает это «не».
«Я не люблю тебя». Вторые сутки в ступоре.
Учила жизнь меня быть доброй, мягкой,
Из мелочей проблем не раздувать,
Обидел если кто, всплакнуть украдкой,
И больше о плохом не вспоминать.
И только молчаливой стать сумела
И скромной, словно ангел во плоти,
Как жизнь давай учить меня быть смелой,
Отстаивать позиции свои.
Учила быть открытой и правдивой,
И я сказала: вот он - верный путь!
А жизнь с детьми беседою игривой
Давай учить быть хитренькой чуть-чуть.
И так во всём: я только стану щедрой,
Так жизнь ко мне обманщика ведёт.
Я назову одну идею верной,
А их десяток в очередь встаёт.
Я возмущалась, дать ответ просила:
Всё ж в идеале быть должна какой?
И поняла, что жизнь меня учила
Всегда быть мудрой и решать самой -
Где промолчать, где честно повиниться,
Где выживать в условиях войны,
С кем доброй быть, кому душой открыться,
А от кого бежать, как от чумы.
Драматический артист должен в исполнении воздерживаться от всего, что не составляет сущность его роли, но тщательно отыскивать и воспроизводить все ее типические черты. Его игра должна быть согласна с природой, но не быть её повторением. Нет сомнения, что Юлию Кесарю случалось иногда кашлять и чихать, как и всем другим смертным, и художник, который в его роли вздумал бы кашлять и чихать, не отступил бы от природы, но он своим реализмом умалил
бы идею Юлия Кесаря, ибо его сущность состояла не в чиханье, которое он разделял и с другими римлянами, но в чертах, ему одному принадлежащих.
— Каких я подлостей наделал?
— Ты посмеялся над мечтой!
— Я уточнил ее пределы,
И только.
*********
- Друзей не сыщешь? Я на что?
И будем славно веселиться,
Вгоняя в зависть все столицы!
— Паясничать, справляя тризну?
— По ком?
— По пролетевшей жизни.
*********
— Смеешься?
— Прячу блеск слезы
За яркой молнией улыбки
Среди разверзшейся грозы
— Все это было лишь ошибкой.
— И будет. Каждый новый раз.
*********
- Набор затей у нас огромный,
Ведь жизнь — веселая игра!
- Не для того, кто на кону.
*********
- Будет день,
Родятся новые безумцы,
Обильно наплодят идей
О кои хором и убьются.
— Мне больно думать, что ты прав.
— Не думай. Не пришла пора
Писать печальные итоги.
— У каждого — своя дорога?
— Одна на всех.
*********
Влюбиться — посмотреть в себя,
Любить — искать в другом глубины
И вековечную причину,
Соединившую сердца.
Отныне. Присно. Без конца.
Если слушать его внимательно — это выглядит занимательно:
Я почти понимаю истину, он легко говорит о ней,
Но теряю истоки таинства в повторениях восклицательных,
Мне так трудно сдержать эмоции под прицелом его идей.
Если слушать его мечтательно, получается познавательно —
Сразу пишется на подкорку. Возвращаясь в тревожных снах,
Пробивает заслоны рацио, изливаясь строкой мерцательной
Аритмии, и поселяется в не открытых пока стихах.
И я слушаю. Бессознательно отмечаю: « очаровательно»,
Наблюдая свою улыбку, отражённую в зеркалах,
И когда становится истина поглощающей и касательной,
Тихо млею чеширской кошкой — просто кошкой — в его руках.
Самый лучший секс, друзья, — это не отточенные годами тренировок движения. Не безупречная техника, не навязчивая идея. Самый лучший секс — это мечта, которая стала явью. Реальность, похожая на сон Ты — то ли охотник, то ли добыча. То ли госпожа, то ли рабыня. То ли ангел, то ли демон. Ты — искра и дождь. Горечь и сахар. Ты перестаешь думать и бояться. Разрушаешь и создаешь. Теряешь, находишь. Плачешь, смеешься. Секс — это чудо! Счастье. Жизнь.
Но, как сказал один хороший парень Генри Морган, чтобы идеальный секс никогда не заканчивался, не надо его начинать.
Мужчины мучили детей.
Умно. Намеренно. Умело.
Творили будничное дело,
Трудились — мучили детей.
И это каждый день опять:
Кляня, ругаясь без причины
А детям было не понять,
Чего хотят от них мужчины.
За что — обидные слова,
Побои, голод, псов рычание?
И дети думали сперва,
Что это за непослушание.
Они представить не могли
Того, что было всем открыто:
По древней логике земли,
От взрослых дети ждут защиты.
А дни все шли, как смерть страшны,
И дети стали образцовы.
Но их все били. Так же.
Снова. И не снимали с них вины.
Они хватались за людей.
Они молили. И любили.
Но у мужчин «идеи» были,
Мужчины мучили детей.
Я жив. Дышу. Люблю людей.
Но жизнь бывает мне по стыла,
Как только вспомню: это — было!
Мужчины мучили детей!
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Идея» — 942 шт.
