Цитаты

Цитаты в теме «конец», стр. 20

Наша ночь тебя видела пьяного.
Что там пьяного — на рогах!
Окруженного тесно путанами
В лакированных сапогах.

Ты читал наизусть Булгакова
И курил нецензурную брань.
Наша ночь говоря мне, плакала.
Не сдержала тебя, дрянь.

Ты рассказывал им истории
И поил без конца виной.
А путаны стояли — спорили,
С кем из них ты уйдешь домой.

От кабацкой Москвы Есенина
Под подолы плевали в пыль.
Ты в стихах находил спасение.
Ты с вином их мешать любил

Наша ночь тебя видела странного:
Говорила, пропал уже.
Я тебя ненавидела пьяного,
В именительном падеже.

Чувства сношены сердцебиением.
Мне не место в твоих ладах.
Ночь тебя упоит вдохновением
В лакированных сапогах.

Не спасу! Закрываюсь ставнями.
Хоть валяйся, умри у ног.
Ненавижу тебя я, пьяного!
Да простит же меня пусть Бог

Ночь наотмашь чернеет знаками
Строгой рифмы твоей опять
Я читала тебя и плакала
А на утро — пошла искать.
И, начав с ошибки, вы долгие годы можете идти в ложном направлении, что выяснится лишь в конце. Жизнь слишком коротка. Не стоит попусту тратить время.
Секрет всякого образования заключается в терпении; и любопытство — это не то же самое, что жажда знаний.
Относительно бесцветности замечу, что большинство из нас добивается этого качества без особых хлопот.
Когда наступают холода, я часто думаю о тех, кто спит под открытым небом.

Мы все живем будущим, даже если это то будущее, где нас и в помине не будет.

Реальность — это шифр со многими разрешениями, и каждое из них верно.

Отнюдь не каждая женщина достойна того, чтобы мужчина с ней боролся.

Зрелость — это понимание того, что человеческие усилия в большинстве своём завершаются мыслью о собственной заурядности.

Самое важное происходит у нас за спиной.
Ох, доводят девки мужиков
Раздеваясь сразу до трусов,
Фоткаются, а потом в сети,
Всех мужчин хотят с ума свести

Не лицо на главной, а спина
Будто всем и сразу отдана
Если сразу зад, то что потом?
Раньше люди думали умом

И с кого придётся выбирать?
Оба сына будут подрастать
Девками полным-полна страна,
Но в цене лишь ноги, да спина

А мужчинам даже невдомёк,
Что в сети ты ищешь кошелёк
Если выставляешь голый зад,
Значит, нет других координат

Может мозг у некоторых там
Слава нынче шпилькам и трусам!
А лицо, душа и мир внутри,
Это всё не в моде, посмотри

Вспомни ты за мать и за отца,
Хватит выставляться без конца
В пошлости себя не потеряй.
Интернету жизнь не доверяй!

Девочка Тебе детей рожать
Дочь иль сын пойдут в сети гулять
Будет ли, скажи, ребёнок рад,
Встретив милой мамы голый зад?
Да, черт возьми, вот так и никак иначе. По-другому не получается, не поется. Или я притворялась немой, или ты — незрячим, но теперь нам обоим за все это воздается. Вот сидим с тобой на разных концах потока, наблюдаем за изменчивостью мейнстрима, не касаемся друг друга, не бьемся током, объясняем только то, что необъяснимо. Если речь заходит о прошлом — меняем тему, если речь заходит о будущем — замолкаем. Речь вообще ходила раньше, куда хотела, потому сидит сейчас под семью замками. Мы хандрим от слов и сердимся на погоду, раздражительны, опасливы, нелюдимы. Мы друг друга принимаем — в угоду году, так упрямо нас скреплявшему воедино. Мы встречаемся за чаем, с привычной ленью рассуждаем, как однажды вернется сила.
Два ворчливых старика на краю Вселенной, не заметившие смерти, что приходила.
— А вы, значит, смерти не боитесь?
— Да я про неё вообще не думаю. Как выйдет, так и выйдет. Жить и смерти ждать? Глупо. И чего на неё, дуру, оглядываться? Она и так всегда рядом, с утра до вечера и с вечера до утра. Мы бродим через смерть, как через окутанный туманом лес. Вокруг нас, повсюду, её деревья, её ямы, её овраги. Каждую секунду можно напороться, оступиться, провалиться. Смерть проносится в потоке машин, которые гонят по встречной полосе. Малейший поворот руля — и всё, мгновенный конец. Весной смерть свисает сосулькой с крыши. Она лежит в кармане у психа, который прошёл в толпе мимо вас, обдав мёртвым взглядом. Мог завизжать, полоснуть — но что-то его отвлекло, накинется на кого-нибудь другого. В старину люди очень хорошо знали: жизнь хрупка и в любую секунду может оборваться. Сейчас эта неопровержимая истина как-то подзабылась. Но от этого она не перестала быть истиной. Только грызть себя из-за этого незачем. Постареете — помудреете. Тело само вам подскажет, что ничего особенного в смерти нет.