Цитаты в теме «конец», стр. 58
Мне за... давно, бесповоротно.
Печально в зеркало гляжу.
Взгляд поднимаю неохотно,
И по чертам лица скольжу.
Морщинки есть конечно, вижу!
Зато глаза горят Огнём.
А если зеркало приближу,
То кто же отразится в нём!
У Женщин за__двойное зрение!
Мы видим то, что мы хотим.
И мне не нужно освещения,
Мой шарм и так неповторим!
Останусь Женщиной — Богиней!
Красивой, Мудрой, Озорной!
Пусть волосы мне тронет иней,
В Душе останусь Молодой.
Ты чувствуешь себя Девчонкой?
Так будь же ею до конца!
Иначе Жизнь пройдёт сторонкой,
Оставив горсточку песка.
Мне казалось, любовь задушить — пустяковое дело,
Что на это достанет мне смелости, силы, и воли.
Я её убивала мучительно и неумело.
А она умирать не хотела — железная что ли?
Хорошо бы — ударом одним, без мороки и сразу,
Чтоб не дрогнуть душой, наблюдая агонию эту,
Истребить навсегда, уничтожить огнём, как проказу,
Истолочь в порошок и развеять по белому свету.
Чтоб расправиться с прошлым — не выйдет остаться хорошей,
Нужно жалость отбросить и стать хладнокровным убийцей.
И любовь я кромсала нещадно, жестоко и пошло,
А она трепетала бескрылой беспомощной птицей.
Но уж если решила, то надо идти до финала,
Пусть от боли по корчится, к жалости тщетно взывая.
Поскорей бы концы отдала! Я устала, устала,
Убиваю, терзаю её - а она всё живая!
Я в кулак собрала и вложила в удар всю обиду,
И прикончила всё же. Я сильная. Знала — сумею!
Но ни грех отмолить, ни по ней отслужить панихиду
Не смогу никогда — ведь и я умерла вместе с нею.
Впервые став рабом, клянусь, я рабству рад.
Все мысли о тебе, но мыслям нет стеснения,
Все сердце — для тебя, но сердцу нет мученья,
Гляжу в глаза твои — и радостен мой взгляд.
Не раз я счастьем звал часы пустых услад,
Не раз обманут был игрой воображения,
Соблазном красоты иль словом обольщения,
Но после жребий свой я проклинал стократ.
Я пережил любовь, казалось, неземную,
Пылал и тосковал, лил слезы без конца.
А ныне все прошло, не помню, не тоскую, —
Ты счастьем низошла в печальный мир певца.
Хвала творцу, что мне послал любовь такую,
Хвала возлюбленной, открывшей мне творца!
Влюбиться», «Полюбить», «Боготворить"-
Три станции на жизненной дороге.
Маршрут простой, и рельсы — словно нить,
Но до конца пройти дано не многим.
Вначале мы летим на всех парах,
Не тормозим на красных семафорах.
Ревнуем, обижаем впопыхах,
Слетая с рельс на «Виражах Раздора».
И «Полюбить"- всего лишь полпути.
Обычный неприметный полустанок
Мы пролетаем, не сказав «Прости»,
А нам вослед глядит Душа — Подранок.
Зато мы начинаем тормозить
У серой глыбы станции «ПРИВЫЧКА».
Поблекли страсти, некуда спешить,
А счастье бутафорское, в кавычках.
Поймём не сразу — путь наш «запасной».
Бурьян-трава и не щебечут птицы.
Что жизнь?- Рутина. А точней — отстой.
И выбраться сумеют единицы.
Кого винить и на кого пенять,
Что наши души в лености погрязли,
Слова любви устали говорить?
Да просто чувства слабые угасли!
Но видит Бог — не поздно изменить
Самих себя и снова попытаться
Влюбится, полюбить, боготворить!
И позабыть, что Вам уже не двадцать!
Если ты ни на что не способен, ты быстро узнаёшь об этом, и тебя ото всюду гонят, и ты идешь работать заправщиком на автостанцию.
Если ты гений, ты тоже знаешь это, и твоя жизнь сделана.
А вот если ты посредственность, ты никогда не можешь до конца этому поверить, сваливаешь всё на обстоятельства и пытаешься сделать ещё попытку А это уже от меня - пусть у тебя нет ярких удач в профессии, ты не сделал открытий, ты такой, каких миллионы.. но! Если возле тебя людям тепло, если к тебе обращаются за помощью, если своми мыслями предпочитают поделиться с тобой, а не с кем-то другим... если ты - нужен кому-то, кроме родных и близких, то ты - не посредственность. Пусть и самый обыкновенный человек по жизни.
За чужую печаль
И за чье-то незваное детство
Нам воздастся огнем и мечом
И позором вранья.
Возвращается боль,
Потому что ей некуда деться,
Возвращается вечером ветер
На круги своя.
Мы со сцены ушли,
Но еще продолжается действо,
Наши роли суфлер дочитает,
Ухмылку тая.
Возвращается вечером ветер
На круги своя,
Возвращается боль,
Потому что ей некуда деться.
Мы проспали беду,
Промотали чужое наследство,
Жизнь подходит к концу,
И опять начинается детство,
П
Пахнет мокрой травой
И махорочным дымом жилья,
Продолжается действо без нас,
Продолжается действо,
Возвращается боль,
Потому что ей некуда деться,
Возвращается вечером ветер
На круги своя.
Мы в прошлом, я давно уже забыла.
Лишь иногда ты снишься по ночам.
Не жаль мне то, что я тебя любила,
От чувств своих сгорала, как свеча.
Но только в разговоре мимолетном
С подругой ни о чем, да о тебе
Вдруг сердце защемило мое что-то.
Я поняла, скучаешь обо мне.
Она и я остались уже в прошлом,
Делить тебя не станем мы теперь.
Один вопрос. А вдруг вернуть все можно?
Увы, для нас закрыта в счастье дверь.
Расстались мы. Кто виноват? Не знаю
Наверно, заигрались мы в любовь
И лишь теперь я только понимаю,
Друг другу часто причиняли боль.
И вот сейчас, когда тебя забыла
Вдруг что-то сорвалось в моей душе.
Быть может, до конца не разлюбила?
Коль рада, что грустишь ты обо мне.
Мёртвое вряд ли начнёт дышать.
И не спасают дожди по крыше.
Замерло. Каждый неверный шаг
Станет концом, что начертан свыше.
В этот момент видишь только тьму,
Не шевелясь, разглядеть пытаясь,
Искру, звезду, силуэт, судьбу
Нет ничего. Ни чудес, ни края
Лужами — снег. Не тусклее свет.
Вырастет травка. Цветы и снова
Будет одно из прошедших лет
Конченных. Выжженных. Бестолковых.
Дальше куда Только в сплин и грусть
И отворятся другим просторы.
Небо — крылатым. А звёзды Пусть.
Пусть будут звёзды И сена ворох,
Запахи трав, пенье птиц, цветок,
Нежный и яркий, пусть чувства будут
Мне только шаг сединой в висок.
Мне только сны, что к утру забуду.
Обожглась я душою, поверив
В то, что сказки живут наяву,
Распахнула для радости двери,
Позабыла про рок и судьбу.
Мотыльком полетела на пламя,
Так хотелось любви и тепла,
Что надежду и веру венчая,
Над землею с мечтою плыла.
Но все рухнуло вдруг в одночасье,
Вмиг сгорело дотла на ветру,
Заблудился конец доброй сказки,
Провалился сквозь ложь в пустоту.
«Валидол для души побыстрее!"-,
Я в дежурной аптеке прошу,
Так болит и как будто немеет,
Что терпеть эту боль не могу!
«Валидол для души!"-умоляю,
Но в ответ слышу горькое «Нет,
Для души я лекарства не знаю,
Только время поможет тебе.»
Просто крылья устали,
А в долине война
Ты отстанешь от стаи,
Улетай же одна.
И не плачь, я в порядке,
Прикоснулся к огню
Улетай без оглядки!
Я потом догоню...
Звёзды нас обманули,
Дым нам небо закрыл.
Эта подлая пуля
Тяжелей моих крыл.
Как смеркается, Боже,
Свет последнего дня
Мне уже не поможешь!
Улетай без меня..
До креста долетели,
Ты — туда, я — сюда.
Что имеем — поделим,
И - прощай навсегда!
Каждый долю вторую
Примет в общей судьбе:
Обе смерти — беру я,
Обе жизни — тебе...
Ждать конца тут не надо.
Нет, пока я живу,
Мой полёт и отраду
Уноси в синеву!
Слышишь — выстрелы ближе?
Видишь — вспышки огня?
Я тебя ненавижу!
Улетай без меня.
Вы не из тех, кто падает с моста,
Чтоб жизнь закончить с чистого листа,
Вы просто сосчитаете до ста —
И до утра: Вы знаете места.
А утром Вы начнёте, где вчера
И к Магомету спустится Гора,
А всё, что остаётся за бортом —
Пусть воду пьёт — и никаких потом —
Потом — и суп с котом, и куры в ощип,
А Ваше всё останется при Вас,
Плюс я, как что-то тёплое на ощупь,
И две других, приятные для глаз.
Плюс целый мир — без края и конца,
И взять его легко, зайдя с торца.
Вы будете молиться перед сном
Тому, кто запустил Ваш метроном,
А мясо Вам захочется сырым
Вы знаете, куда ведут дороги в Рим.
Я блуждаю по жизни, встречая рассветы,
Совершая ошибки, как все мы порой
Раньше срока хочу знать к вопросам — ответы,
Не пройдя до конца путь, положенный свой
Тороплюсь всё успеть и в погоне к вершинам,
Истончаю ту нить, что зовётся душа
Сколько раз мне пришлось сделать больно мужчинам,
Сколько раз я врывалась, а после — ушла
Обжигать и гасить, что за участь такая
Как с собой совладать, посадить под замок?
Повинуюсь судьбе, далеко не святая,
Отпиваю от жизни свой горький глоток.
Посвящается Damiane! Он поднял одну трехлинейку. Сжал в руках грубовато выструганную, но удобную шейку приклада, ощутил исходящую от оружия надежность. Да, конечно, много чего напридумывали люди для уничтожения себе подобных за последние десятилетия, а всё же если разобраться, так эти четыре килограмма дерева и стали, обработанные и скомпонованные определенным образом, куда эффективнее многомиллионной стоимости само наводящих ракет, лазерных устройств и прочих супер сложных изделий. В том смысле, что в конце 20 века стоимость уничтожения одного вражеского солдата составляет более ста тысяч долларов, а в те годы, когда капитан Мосин создавал свой шедевр, названная сумма никак не превышала полусотни золотых рублей. Остальное каждый может посчитать сам. Вот ещё один, даже не самый сильный довод против милитаризированного мышления.
Я так скучаю по бумажным письмам,
Чернильной вязи, строчек, фраз и слов
По восхищению твоим наивным мыслям
И музыке, чуть слышимой, стихов.
Мне, не хватает слов простых до дрожи
«Целую », «Ну, пока» и «Жду ответ»
И писем от тебя мне не хватает, тоже
Ты их не пишешь столько долгих лет.
Мне не хватает той «почтовой» жизни,
Где в почерке расслабленном руки,
Ты, не скрываешь наболевших мыслей,
Не выдираешь чувства из строки.
Там в каждом слове искренность печали,
Открытость сердца, родственность души.
И «Здравствуй, мой родной», всегда в начале,
В конце «Люблю, целую» и «Пиши»
Не перебрать иной судьбы конверты,
Где в письмах нежность, теплота и свет.
Увы, мой милый друг, но письма тоже смертны
Когда ты пишешь, но не ждешь ответ!
Задача состоит не в том, чтобы обременять свою память определенным количеством книг. Надо добиваться того, чтобы в рамках общего мировоззрения мозаика книг находила себе соответствующее место в умственном багаже человека и помогала ему укреплять и расширять свое миросозерцание. В ином случае в голове читателя получается только хаос. Механическое чтение оказывается совершенно бесполезным, что бы ни думал об этом несчастный читатель, наглотавшийся книг. Такой читатель иногда самым серьезным образом считает себя «образованным», воображает, что он хорошо узнал жизнь, что он обогатился знаниями, а между тем на деле по мере роста такого «образования» он все больше и больше удаляется от своей цели. В конце концов, он кончит либо в санатории, либо «политиком» в парламенте.
Это было хуже всего. Ничего! Ничего – 10 лет, ничего — целых 3652 дня и 3653 ночи. Конец игре, играм — пропала острота существования. Я блуждал по жизни, как героиня трагедии Расина – Гермиона, в мужском обличии. Где я, что сделал, что еще должен сделать, что за бред меня охватывает, что за печаль снедает. Как узнать — люблю я ее, или ненавижу. Софии убила меня, уничтожила, зарезала, изнасиловала, опустила и все в этом духе. Все кончилось тем, что я стал думать о ней в прошедшем времени. Любовь, семья, работа, параболическая антенна, короче сплошной Расин.
На твоём краю земли первый снег
Лёг щекой на спины рек и дорог,
На другом краю земли человек
От разлуки этой ночью продрог.
Осень близится к концу, и опять
Не добудишься проспавший рассвет,
А ему совсем не хочется спать
Потому, что тебя рядышком нет.
За окошком темнота — глаз коли,
Сигаретный в небо просится дым,
И не пишутся стихи о любви
У него давно девчонкам другим.
А в твоём окне за шторками свет,
И тебе под первый снег не уснуть —
Даже разницей координат и лет
Не получится любовь обмануть.
И укрывшись одеялом мечтать
Продолжаешь в сотый раз об одном,
Как вы будете, обнявшись стоять,
И смотреть на первый снег за окном.
Все эти годы я бежал вперёд, хотел обрести что-то важное, что-то недостижимое, и, кажется, в конце концов, остался ни с чем. Я не знал откуда вырвалась эта тревожная мысль, и боялся признаться себе, что это правда, и продолжал работать. Потом, я заметил, что день ото дня моё сердце ожесточается, а жить становится всё невыносимее. Однажды утром я с ужасом осознал то, что до сих пор не мог принять. Мне стало ясно, сколь многое я утратил. Я уволился из компании, и я понял, что стою на краю пропасти
-
Главная
-
Цитаты и пословицы
- Цитаты в теме «Конец» — 3 174 шт.
